Чтение онлайн

На этот раз Иса ошиблась. Уиттерн из Дома Рябины, наследник своего старшего брата Эрфта, человек уже в годах, но здоровый и крепкий, приехал раньше, чем его ждали. В то самое время как Иса беседовала с Марклой, Уиттерна уже допустили к королю Флориану. С ним была Раннора — вошла, потупив голову и едва дыша от застенчивости.

— О! — сказал владыка Рендела, когда гостей привели в комнату, где он сидел у очага, играя в какую-то настольную игру с одним из своих придворных. Рядом с доской лежала кучка монет — ставка, за которую сражались игроки. — Это ты.

— Я молю вас о милости, ваше величество, — сказал Уиттерн. — Позвольте поговорить с вами наедине.

Король побарабанил пальцами по доске, держа фигурку, которую собирался передвинуть. Затем поставил ее и отослал свиту.

— Будьте неподалеку, — приказал он. Стайка угодливых придворных с поклонами отошла в дальний угол комнаты, где, закутавшись в меховые накидки, лизоблюды сбились в кучку, дабы не мерзнуть. Один из них махнул слуге, и тот принес жаровню, чтобы им было поуютнее во временном изгнании.

— Ну, и чего ты хочешь? — спросил Флориан. Он вольготно раскинулся в кресле, не предложив сесть ни пожилому вельможе, ни молодой женщине.

— Полагаю, вы знаете, ваше величество. — Уиттерн взял Раннору за руку и заставил ее шагнуть вперед. — Эта дама носит ребенка, и ребенок этот ваш. Мало того что вы совратили Лаэрн и она умерла, рожая вашего ребенка, который тоже умер, так теперь вы поступаете так же и с ее кузиной. Этого нельзя стерпеть, сир!

— И что ты сделаешь, чтобы заставить меня жениться, если я этого не захочу?

Уиттерн сверкнул глазами.

— Я — не мой брат, ваше величество, а Раннора — не ее кузина. Мы оба сделаны из более крепкого материала, чем они. У меня есть сила в этой стране. Если вы не сделаете этого добровольно, вас заставят.

Флориан закинул голову и расхохотался.

— Ты? — сказал он наконец, смахивая слезу с глаз. — Ты заставишь меня? Я просто восхищен твоей наглостью. Однако послушай, старик. Я буду поступать так, как хочу, когда хочу и с кем хочу, И ты не настолько мужчина, чтобы помешать мне. Теперь ступай.

По щекам Ранноры потекли слезы. Она впервые заговорила.

— Вы говорили, что любите меня, — судорожно произнесла женщина. — А я любила вас. Иначе я не подпустила бы вас к себе, никогда. Теперь я не люблю вас, но честь предъявляет свои требования. Я не рожу еще одного царственного ублюдка. И так хватает толков о незаконной дочери, которую сделал ваш отец, и о тех хлопотах, которые она породила, сама того не желая.

Флориан резко выпрямился.

— Не смей так говорить! — рявкнул он. Но голос короля дрогнул, и приказ прозвучал неубедительно. — Немедленно оставьте меня!

— Мы еще поговорим об этом, и не раз, — пообещал Уиттерн. — Вы велели нам уйти. Мы повинуемся. Но будьте уверены — мы встретимся, и скоро.

Седой вельможа и его внучка покинули королевские покои. Придворные вернулись и заняли прежние места у очага. Флориан наконец передвинул фигурку на доске.

Его противник, мелкий дворянчик по имени Пиоль, хмыкнул: «Вы проиграли, ваше величество», — и сделал ход, завершивший партию. Он сгреб деньги, и все рассмеялись — все, кроме короля Флориана.

Ясенка, неуверенная в себе, не понимающая, зачем женщина, бывшая ее злейшим врагом во всем Ренделе, вызвала ее к себе, вошла в личные покои вдовствующей королевы. Сердце у нее ушло в пятки и трепыхалось там, как пойманная птичка. Когда же Ясенка увидела рядом с королевой леди Марклу, сердце ее и вовсе провалилось в неведомую бездну. Но Иса улыбнулась, пусть и слегка натянуто, и приветственно раскинула изящные руки. В свете очага сверкнули четыре Великих Кольца.

— Подойдите же, леди Ясенка, чтобы мы могли посмотреть на вас.

Ясенка повиновалась, надеясь, что колени у нее не подогнутся. Хорошо, что горничная Эйфер позаботилась о ее внешнем виде. У Эйфер хватило здравого смысла посоветовать Ясенке надеть не то платье, в котором она появилась в комнате умирающего короля, а другое. Оно было сшито из темно-синего бархата — придворный цвет — и приятно согревало в необычную стужу посреди лета. Туфельки были из той же ткани. Согласно обычаю, Ясенка оставила у порога замка деревянные башмаки, которые носили все женщины, чтобы не запачкать грязью и не промочить легкую обувь.

Ясенка сама решила не надевать подаренного Харузом ожерелья с гербом Дома Ясеня, вместо него выбрав другой его подарок — бусы из лазурита и серебра. Ее волосы были распущены по плечам, как подобает девице. Она глубоко присела перед королевой, как научила ее Маркла.

— Благодарю, ваше величество, — сказала она женщине с суровым лицом, которая таким неумолимым взглядом смотрела на гостью. Королева тоже была в бархате, но темного, роскошного зеленого цвета, а ее украшения, не считая четырех Колец, были из золота и изумрудов. Ее лицо выглядело безупречно, но руки, пусть еще изящные по форме, обтягивали перчатки. Именно руки выдавали возраст Исы. — Большая честь для меня быть приглашенной к вам.

Вдовствующая королева едва заметно кивнула.

— У меня была причина послать за вами, — сказала она. — Садитесь. И вы, леди Маркла, тоже. Ваши ответы, дорогая, касаются и ее. — Она указала на пару низеньких кресел, стоявших рядом.

Маркла, шурша юбками и испуская аромат сирени, опустилась в одно из кресел. Ясенка порадовалась тому, что Эйфер разузнала о значении духов из голубых цветов и вместо них выбрала для своей госпожи лимонный запах. Королева, сказала Эйфер, ненавидит голубые цветы, потому что их любила ее соперница, мать Ясенки.