Чтение онлайн

Прошлое было единственным утешением, доступным падшему рыцарю, а боль, вызываемая воспоминаниями, была единственной вещью, способной пробудить его дремлющие эмоции и чувства и помочь ощутить себя подобным человеку. Прошлое жестоко и рельефно проступало в его сознании с каждым шагом, который он делал но темным коридорам своего нового дома, с каждым словом, касающимся истории его преступлений, срывающимся с уст болтливых баньши. Постоянная сильная боль, причиняемая ему этими воспоминаниями и неистребимым желанием вернуть то, что он потерял, не только не оживляла его чувства, а, напротив, притупляла и хоронила их.

Так и сидел Сот на своем изъеденном червями троне, не чувствуя ледяного ветра, врывающегося в залу сквозь перекошенные главные двери, не слыша ни стенаний баньши, ни стука башмаков с железными подошвами. Азраэля он заметил только тогда, когда гном бросился на каменный пол прямо перед троном.

– Что ты хочешь мне сообщить, мой сенешаль? – спросил Сот гулким, но ровным и бесстрастным голосом.

Гном выпрямился. Он был одет и бриджи, запылившиеся за время долгого путешествия, и стальную кольчугу, покрывшуюся пятнами ржавчины от дождя и пота. А на кольчугу был наброшен изодранный шелковывый камзол. Вышитая на камзоле черная роза находилась в странном контрасте со снежно-белыми усами и бакенбардами гнома.

– Прошу прощения, могущественный лорд, – начал он. – Я не сумел отыскать никакого следа лагеря вистани.

Сот вздохнул. В последние месяцы до него стали доходить слухи, что в его королевстве появилось маленькое цыганское племя. Предводительницей его была женщина, владеющая амулетом немалой магической силы – дубинкой легендарного героя Кульчика-Скитальца. Цыгане зарабатывали свой хлеб, рассказывая волшебные сказки малочисленным племенам эльфов, населяющим королевство Сота. Большая часть этих легенд описывала подвиги Сота или касалась судьбы Рыцаря в Серебряных Доспехах, который был очень похож на лорда Нихдааргардского замка.

Сот не сомневался, что Магда каким-то чудом сумела выжить и организовать собственное племя: в одной из легенд говорилось об отважном рыцаре, который спас предводительницу от огнедышащего виверна, охранявшего выход из замка Равенлофт.

– А второе мое поручение? – поторопил Сот, сжимая поручень трона с такой силой, что древнее дерево затрещало.

– Темноволосая женщина с хитрой улыбкой действительно скитается в холмах, – доложил гном. – Эльфы сказали мне, что она называет себя странным именем Китиара. Еще она утверждает, что она – ваша судьба и что это ее голос призвал вас сюда сквозь Туман.

Сот с силой ударил по трону железным кулаком.

– Я желаю, чтобы всякий, кто распространяет этот слух, был убит! – крикнул он. – Я сам выковал свою судьбу. Я сам – главная и единственная причина своего проклятья!

За последние несколько лет Рыцарь Смерти часто повторял эти слова, однако он прекрасно понимал, насколько они не соответствуют истине. Существовали и другие порождения Тьмы, которые обладали гораздо большим могуществом, нежели он сам. Он был хозяином Нихдааргард-Кипа и властелином королевства, размеры которого превосходили даже размеры соседней Баровии, однако эльфы называли его страну Ситкас, что на их языке означало „Страна призраков“. И хотя Сот никогда бы не согласился с этим, все же это было самое подходящее название для его царства теней.