Русская Доктрина
Шрифт:
[
<-16
]
В таком первенствующем положении, не означающем угнетения иноверцев, православие находится в Греции, ислам — в целом ряде государств.
[
<-17
]
Самый «большой» стиль из тех, о которых уместно говорить, – цивилизационный. Он является выражением ведущих идей той или иной цивилизации, ее бытийных приоритетов и может охватывать сразу несколько исторических периодов. Так, можно говорить о шумеро-аккадском, египетском, крито-микенском, ассиро-вавилонском, эллинистическом стилях как стилях, порожденных определенным типом восприятия реальности, религии, государственности, экономических отношений.
[
<-18
]
Кому придет в голову демонстрировать пренебрежение к десяти заповедям Ветхого Завета? Однако эти заповеди являются именно запретительными, призванными ограничить страстную природу человека.
[
<-19
]
К слову о новгородской демократии, она очень напоминала целым рядом своих черт современную Россию: диктат олигархической прослойки, сводящий на нет представление реальных интересов основных сословий общества; через подкуп “худых мужиков” олигархия осуществляла свою стратегию. По верному замечанию И.Л. Солоневича, “Новгород был построен более или менее по ганзейскому типу: государство как торговый дом. Правительство как правление акционерного общества… Москва рассматривала каждую завоеванную или присоединенную область как свою новую составную часть, как новую часть общего государства, а не как торгово-промышленное сырье, не как меховой или челядинный сырьевой рынок”. Старая новгородская “демократия” воспроизводила западный архетип “колонизации” иных племен, а не русский (московский) архетип правильной империи. Следовательно, олигархический вариант демократии явно не соответствует многовековой русской политической традиции. Вместе с тем в России всегда существовала мощная традиция низовой демократии – как в деревенской общине, так и в городах. Русские горожане были объединены по улицам, собиравшим “уличанский сход” и избиравшим своего старосту. Уровнем выше был “конец”, созывавший “кончанское вече”, и, наконец, вершиной демократии Древней Руси являлось вече городское. Здесь уместно говорить не о национальной демократии, но о самоуправлении народа, что, несомненно, является исконной и весьма почтенной разновидностью “демократии”.
[
<-20
]
Из государств, образовавшихся на территории исторической России, в качестве имеющих историческую государственность могут рассматриваться лишь Латвия в границах герцогства Курляндского, Грузия, как государство, заключившее Георгиевский трактат с Россией и признаваемое в границах этого трактата, и Узбекистан, если он готов претендовать на наследие Бухарского эмирата, Хивинского и Кокандского ханств.
[
<-21
]
В этом контексте участие России в Организации стран – экспортеров нефти (OPEC) и Форуме стран – экспортеров газа (GECF) является обязательным.
[
<-22
]
Проект создан на базе Института социально-экономических проблем народонаселения Российской академии наук (руководитель – академик РАЕН, профессор Н.М. Римашевская).
[
<-23
]
Все это имеет смысл лишь в случае полного изменения экономической политики России и создания на ее землях многих точек промышленного и аграрного роста. В противном случае наша страна, неспособная сегодня дать работу даже имеющемуся населению, потерпит крах в налаживании переселения.
[
<-24
]
Ясно, что речь здесь идет не о русской средневековой нации, в городах и землях которой не было конституций.
[
<-25
]
Термин “концептуальная власть” имеет и второе дополнительное значение, являющееся следствием только что объясненного первого: концептуальная власть — это и власть над обществом определённой концепции, по которой осуществляется общественное самоуправление.
[
<-26
]
Соответственно этому, интересно обратить внимание, что в своих работах времён революции 1905 — 1907 гг. (в общем-то в то же время, когда В.О.Ключевский написал свои заметки) И.В.Сталин, провозглашая лозунг “Долой самодержавие!”, не единожды его уточнял “Долой царское самодержавие!” (Сочинения, т. 1, стр. 80, 88), а одна из его статей 1907 г. прямо называется “Самодержавие кадетов или самодержавие народа?”, в которой прямо утверждается, что “победа революции — это диктатура (самодержавие) пролетариата и крестьянства” (Сочинения, т. 2., стр. 20), — т.е. по его мнению итогом революции должно было стать самодержавие трудящегося большинства населения, а не обособившейся от народа правящей “элиты”, которая, как показывает история, в силу своей продажности, к самодержавию не способна, даже если и несёт в себе притязания на самовластье.