Чтение онлайн

— Что ты хочешь, Ирина? Чтобы я рассчитал Аркадия Павловича? — на данный момент, это единственное, что мог предложить граф.

Дочь покачала головой.

— Нет, папенька, не стоит пока. Дай мне во всем разобраться, я ещё не могу понять, что к чему, — она поплотнее закуталась в легкую шаль, хотя на улице от жары в теньке спешили укрыться и животные и люди. Но она испытывала холод, и этот промозглый холод шёл изнутри. — Ещё многое предстоит сделать. И… меня удивляет твоё решение отправится в Петербург. Ты и словом ранее не обмолвился, что хочешь покинуть усадьбу.

— Да, но мне кажется, что в городе вам будет лучше. Вы легче свыкнетесь, заведете знакомства, у тебя появятся подруги, поклонники. Да и мне надобно встретиться со старыми знакомыми.

— А как же дом? Что, снова оставим его без присмотра? Ты извини, но на Аркадия Павловича надежи мало. Я не хочу по возвращению начинать всё заново, — решительно произнесла Ирина, не повышая голоса. — Что до знакомств…. В уезде известно, что ты возвратился, только все и ждут, когда ты отправишься к ним с визитами или сам начнешь принимать.

Что-то в голосе дочери не понравилось графу. Он откинулся на высокую спинку кресла.

— Как погляжу, ты не в восторге от такой перспективы.

— Что именно? Петербург? Да, я не стану скрывать, у меня нет желания отправляться туда. А до соседей…, - она пожала плечами. — Ради Бога, я буду только рада, если ты возобновишь знакомства. Единственное, что мне не нравится, так это любопытные взгляды. Тебе известно, что я несколько раз замечала на наших владениях посторонних людей?

— Ирина, побойся Бога, ты говоришь, как заправская помещица.

Она негромко рассмеялась.

— А что, может, через несколько годков и стану таковой.

Тут уж у Василия Дмитриевича всё взбунтовалось, он вспомнил речи дочери, которые она вела уже не раз.

— Ты снова за старое, Ирина? Почему, скажи, ты вбила себе в голову, что непременно останешься девицей? Что не найдется достойный дворянин, за которого ты с радостью пойдешь замуж? Здесь, согласен, есть и моя вина. До сей поры в основном тебе приходилось общаться по части только с моими знакомыми, которые ни коим образом не могли затронуть твои чувства. Старики, нудные ученые, исследователи. Но, Ирина, поверь, мы в России, многое теперь изменится! Ах, блистательные офицеры, разноформенные сыны Марса! Они кому угодно способны вскружить голову! А молодые дворяне? Нет, Ирина, я уверен, ты изменишь мнение, как только познакомишься с молодыми людьми твоего возраста, ты расстанешься с глупыми убеждениями остаться незамужней девицей.

Ирина выслушала страстную речь отца, выпрямила спину. Она смолчала, но если бы отец знал, какую бурю эмоций поднял в её душе подобными речами! Как всколыхнулись старые надежды и мечты! Но она тотчас взяла себя в руки, не позволила чувствам завладеть разумом. Её матушка поддалась чувствам и жестоко поплатилась. С ней такого не произойдет.

— Возможно, твои хваленые офицеры мне понравятся куда больше занудных англичан и чванливых петухов-французов. Но это случится потом. Сейчас же, моё самое заветное желание, — привести имение в надлежащий вид. Папа, я не хотела бы покидать усадьбу, — она поднялась с кресла и прошла к отцу, встала рядом. — Но это не значит, что тебе следует откладывать поездку в Петербург. Нет, ни в коем случае, — Ирина вслух не призналась, что после отъезда отца ей будет куда проще. — К тому же, если девочки прознают, что по моей вине, они не увидят Петербург, о котором ты им столько рассказывал всего интересного, они ни за что мне этого не простят. Напротив, я буду только рада, если вы поедите в Петербург.

Граф с сомнением посмотрел на дочь. Уж больно быстро она сдалась, и новость восприняла спокойно, он ожидал более шумной реакции. А здесь ни споров, ни упреков.

— Мне и так стыдно, что тебе приходится одной заниматься домашними делами…, - он предпринял слабую попытку возразить.

— Батюшка, перестань. Ты знаешь, мне доставляет это удовольствие. А вы на самом деле, поезжайте. Покажи девочкам Неву, медного всадника, Зимний дворец, Адмиралтейство. Им будет интересно. А я тем временем займусь домом. Выпишу мебель, обустрою комнаты. Ты за меня не волнуйся.

— Тогда я сегодня же за ужином сообщу Зое с Сашей о замечательной новости, — у графа отлегло от сердца. Пожалуй, Ирина искренна, когда ей нравится в имении. А он-то боялся, что её начнут преследовать тяжкие воспоминания.

— Так будет правильнее, — согласилась Ирина.

— Но ты всё же не живи затворницей, познакомься с соседями, девочка. По мне, так с нами соседствуют Ракотины. Когда-то я знавал их деда, не знаю, жив ли сейчас Давыд Георгиевич, но могу сказать, что очень занятное семейство.

— Офицеры? — Ирина чуть заметно скривила губы, но отец не заметил усмешки.

— Нет, промышленники. Это я про деда. У него три внука, и чем они сейчас занимаются, мне неведомо. Но знакомство надо возобновить.

Как только Ирина вышла из кабинета, то бессильно прислонилась к стене, прикрыла глаза. Разговоры с отцом становились с каждым разом более тяжелыми. А дальше будет только хуже.

Но не могла же Ирина напрямую сказать отцу о страхах, не отпускающих её. О ночных кошмарах, мучащих её на протяжении девяти лет, когда она просыпалась вся в поту и с ужасом смотрела в темноту за окном. Как бы оба они не старались, им никогда не стать близкими людьми. Да, они живут под одной крышей, но дочь никогда не сможет открыться отцу, рассказать о причине, по которой она избегала любого мужского общества.

Ей под Новый год исполниться двадцать лет. И папенька всё чаще заводил разговоры о возможной скорой свадьбе.

Ирина вся сжалась. Нет, никогда! Что угодно, но только не под венец!

— Ты уверен, что не желаешь со мной покататься?

— Абсолютно!

— Ну, смотри.

Петр Ракотин понимающе улыбнулся Роману Устову. Вчера они побывали в местной таверне, и малость перебрали со спиртным. Понятное дело, легли спать далеко за полночь. И всё было бы ничего, если бы рано утром к ним не пожаловал сосед, назойливый и пренеприятнейший тип, Максим Корсаков, которому не терпелось поделиться последней сплетней.

А сплетня заключалось в том, что недавно вернувшийся из-за границы граф Палагин по-прежнему не желал никого принимать, и мало того, оставил управление имением на старшую дочь, Ирину Васильевну, а сам укатил в Петербург. Максим Анатольевич немного покривил душой, когда рассказывал о встрече с Ириной Васильевной. Мол, они столкнулись в уезде, у лавочника, и та своим поведением и откровенными взглядами дала понять, что не прочь с ним познакомиться поближе. Конечно, он, Максим Корсаков, такой возможности не упустит, и обязательно на днях заедет к молодой графине. Девица вернулась из Франции, проживала там много лет, а всем известно насколько в Париже модно легкомыслие в поведение.