Чтение онлайн

Корабли в море на полном ходу, да ещё и под прикрытием самолётов, очень тяжёлая мишень. Немцы честно атаковали русский флагман, но им постоянно мешали истребители врага. Линкор просто менял курс, а его собратья выбрали новую жертву, сосредоточив огонь на «Гнейзенау».

Пилоты вернулись на аэродромы. Пока их заправляли, выпили ещё по кружке кофе с коньяком и полетели через Балтику. «Гнейзенау» уже не было, русские стреляли по пылающему «Шарнхорсту».

Тяжёлые крейсера и эсминцы немцев к тому моменту пытались удрать в рассыпную, но в них вцепились клыки русских крейсеров и эсминцев. Попытались помочь хотя бы убежать, атаковали русский тяжёлый крейсер.

Пилоты игнорировали атаки русских истребителей! Их сбивали, но товарищи прорывались и посылали машины ниже всего, что позволяют уставы! Сотня последних бортов обрушилась на врага целыми двумя волнами, одна за другой с разных направлений. Есть аж два уверенных попадания бомбами в тысячу и пятьсот килограммов!

Потеряли сорок семь самолётов, большинство бомб ушло в море. Флагманский крейсер русских горит, но на плаву и стреляет из уцелевших орудий. Немецким пилотам нужно возвращаться на базы, нет бомб, и кончается топливо. Новый командир контр-адмирал Гессен ровным тоном поблагодарил за работу и приказал больше не прилетать.

Парни вернулись к себе и, шатаясь, как пьяные, побрели отсыпаться. Утром они спросили, кто вернулся из эскадры. Командиры сказали, что пришло в базы девять эсминцев. А пилотам нужно быстро завтракать и вылетать на корабли русских…

Прямо слышу мысленное восклицание пытливого читателя, что автор утопил флот немцев – всё-таки пошёл вразнос, хотя и обещал этого не делать. И автор пытливому читателю заранее отвечает, что никаких нервов, сплошная логика.

Для начала, какую пользу получила реальная Германия от своих кораблей? Практически никакую. Подводники, конечно, отличились, но выполнили они хоть на неделю задачу блокировать Британию? Нет, не смогли.

Что уж говорить о монстре «Тирпиц», который, по определению Гитлера, стрелял чистым золотом. Вот лёгший на дно Невы русский «Марат» с одной уцелевшей башней многократно окупился.

Потопленный и уничтоженный, он притягивал к себе налёты бомбардировщиков, что в это же время не бомбили русские позиции. И его орудия постоянно стреляли. Каждый залп линкора – это немецкий танк в среднем.

А потопленный вначале войны «Бисмарк» или простоявший всю войну в шхерах «Тирпиц»? Я же вывел их в Атлантику, не повезло англичанам. В мире магии дуракам вообще мало везёт.

Супер-линкоры немцы использовали по прямому своему назначению, они взяли Британию за глотку – конвои отменяются, пытайтесь пробраться врассыпную через подводные лодки.

Но что делать остальному флоту Германии? Честно бодаться с флотом Гардарики, который превосходит их по числу вымпелов и по всем основным параметрам? Или всё-таки уничтожить русские корабли первым ударом, чтоб точно?

Теперь поставим себя на место русских. Нам стало достоверно известно, что Германия подло нападёт, весь её флот собирается для этого в кучку. Ваше решение? Ну, может, кто-то и стал бы договариваться, а я лично вывел бы в море свои силы и пинал бы вероломного врага, пока тот не забулькает.

И я тут автор на секундочку, а это мой авторский и, особо отмечу, магический мир. Адмиралы Гардарики вывели в море новейшие корабли и уничтожили врага встречным ударом.

И сделали это в открытом бою! Атака подводок не считается, это другое. Ведь корабли немцев стреляли в ответ и даже попадали. Все тяжёлые корабли русских получили повреждения, а два линкора и тяжёлый крейсер даже серьёзные. Гонялись за эсминцами врага русские эсминцы и лёгкие крейсеры сами, без поддержки.

Новейшие тяжёлые корабли вернулись в базы чиниться, такие повреждения стали бы для старичков фатальными. Старых кораблей у прижимистых русских было очень много. Они же всегда готовились к столкновению с Германией или с Британией…

Ну, ещё для очистки совести некоторые плюсовали французов. Вот готовились русские к войне, но не воевали и ничего не выбрасывали. Каждый вымпел на плаву, даже не являясь серьёзной угрозой, удлиняет врагу список целей. Однако в этот раз старичкам нашлась другая работа.

С рассветом, когда европейские самолёты уже летели над Балтикой, пушки немцев обрушились на позиции артиллерии датчан и их окопы. Через час огневой подготовки европейцы пошли в атаку! В этот раз действительно европейцы, в основном, французы с итальянцами, хотя отметились все. Даже Люксембург и Монако выделили по батальону.

В Евросоюзе посчитали, что в начале войны всем нужна яркая победа! И сильного сопротивления от датчан не ожидалось, так не использовать же против них немецкие дивизии. Только пушки были чисто германскими из-за логистики.

Вот после подготовки всё это воинство атаковало мирно спящие датские окопы. Над этими оборонительными сооружениями потешались всей Европой! Зачем датчане их вырыли и местами забетонировали, если не собираются воевать? Только показывать туристам?

Однако в мирных окопах засели совсем немирные датчане и стреляли в европейцев! Датские пушки отвечали слабо, а потом и вовсе примолкли, отбивались лишь из винтовок и пулемётов.

С европейских аэропланов часто сбрасывали листовки. Любопытный Аксель прихватил одну, что пролетала рядом, и попробовал разобраться.

– И как тут подумать, когда вокруг все стреляют! – сказал он, отложив листовку, и снова припал к ружью.

На него безразлично посмотрел Йорген, передёрнул затвор винтовки и продолжил стрельбу.

В перерывах между атаками тоже сбрасывали с аэропланов листовки, и за ними сразу открывали огонь из пушек. Предполагалось, наверное, что датчане зачитаются. Но они бегом укрывались в хорошо защищённых блиндажах, не отвлекался даже любопытный Аксель.

Хоть европейцы и не ждали от датчан упорного сопротивления – они вообще его не ждали – однако атаковали в целом успешно. Захватывали траншеи, любопытного Акселя застрелили в голову. Датчане отходили, унося с собой убитых.

Ближе к вечеру европейцы дошли до линии датских дотов. Полевая артиллерия с ними не справлялась, и вокруг из окопов стреляли датчане. Тут могут помочь пушки кораблей или авиация.

Стемнело, атаки прекратились. Датчане прощались с павшими, рыли могилы и грустно смотрели на убитых. Йорген сказал: