Чтение онлайн

– По древнему обычаю все его магические амулеты, что найдёшь на нём, отныне твои, – сказал Авдей.

Тогда «солнышко» пока в карманчик, переходим к неприятному. Где тут шейка его бывшего владельца?

Закончив встречу, вернулись домой. Я принял душ и надел кадетскую повседневку, заботливо приготовленную Миланьей. Только трофейный амулет переложил в нагрудный карманчик и вышел в гостиную, как ни в чём не бывало.

Катерина встретила меня долгим грустным взглядом, её подружки смотрели без выражения, как и их коллеги Авдей и Мухаммед. Миланья крестилась, грустно вздыхая. Я прошёл в кресло и сказал девушкам:

– Я опять живой. Можете съесть по паре бутербродов.

– Мы не хотим, – неприязненно ответила Надя.

– Я пойду тогда, помолюсь за всех… – проговорила Миланья, перекрестилась и ушла.

А Катя вдруг встала, подошла ко мне, наклонилась и провела пальцем по щеке. Кожу неприятно защипало. Она повернулась к подружкам и сухо сказала:

– Быстро сюда аптечку.

Клава подорвалась к шкафу и через минуту стояла возле Кати с открытой коробкой, а Надя из неё вытащила бутылёк, говоря задумчиво:

– Сначала перекисью?

– Угу, – сказала Катерина, взяв у неё флакончик и сворачивая пробку.

Надя тем временем отщипнула ваты…

– Туда смотри! – грубо молвила Катя, указав пальцем на Мухаммеда.

Я уставился на него и дальше ничего толком не видел. Чем-то провели по щеке, собрали ватой лишнюю влагу. Потом приложили бинтик с мазью и приклеили пластырем. Оно сразу зачесалось.

– Не трогай! – приказала Катерина.

Она и Надя сели на диванчик, а Клава сначала поставила аптечку на место.

– Шрамы украшают парней, – сказал Авдей.

– Только не на роже, – возразила Клава, усаживаясь.

– Тогда переходим ко второму вопросу, – проговорил я, вставая, и вынул из кармашка амулет. Подошёл к Кате и показал его на ладони. – Ты знаешь, что это такое?

Девчата подскочили и обступили нас, глядя на «Солнышко». Катерина на него посмотрела и подняла на меня странно весёлые глаза.

– Где ты его взял? – спросила она тихонько.

– Снял с мёртвого врага, – сказал я сухо.

– С шеи, – уточнила она и воскликнула вдруг. – Но ты же христианин!

– И что? – сказал я дерзко. – Боярину уже было всё равно, а Перуну приятно! И амулет ведь нашёлся.

– Он как-то работал? – спросила Надя. – Ты почувствовал в схватке что-то необычное?

Я перевёл на неё взгляд и ответил:

– Похоже на мистику, но я не ощущал всплесков агрессии.

– Значит, работал, – мрачно проговорила Клава.

Катя грустно вздохнула и уточнила:

– Тебя уже называли чудовищем?

– Ты обзывала зверёнышем, – напомнил я сварливо.

Она кивнула и взяла кругляш с ладони. Поднесла к глазам, бормоча:

– А теперь ты подрос… и становишься зверем. Интересные какие руны! Занятный амулетик…

Я выдержал приличную паузу и спросил:

– Он мне может что-нибудь дать?

– Только для общего развития, – проговорила Катя, рассматривая руны. – Такие амулеты создаются особыми магами лишь для конкретного человека…

Она протянула мне «солнышко» и улыбнулась:

– Зато ты начал коллекцию трофеев. Убери его в шкафчик.

Я взял амулет и, сунув в карман, проговорил:

– И это всё, что ты скажешь?

– Я же не особый маг! – ответила она с вызовом. – Сама узнала в Европе, там за такие штучки платят огромные деньжищи! – Катя хмыкнула и сказала. – Правда, Андрей думает, что это шарлатанство. Но вот же амулет, который работал… если это не свойство его бывшего хозяина.

– Хорошо, с этим разобрались, – молвил я. – Для политинформации почти не осталось времени. Сразу пойдём в зал?

– Пожалуй, да, – сказала Катерина.

На физкультуре занялся именно физкультурой. Тотемный транс ведь совсем не решение всех проблем. Он усиливает, ускоряет то, что уже нужно иметь. И сам транс мне не даёт и пятой части сверху, его тоже требуется развивать.

Вот для развития транса обычные условия не очень подходят. Ну, свалюсь я в схватке в тотем, выиграю один раз, а потом? Против меня четверо опытных воинов-рысей, способных звереть и выходить из зверства, будто мерцают. Они усиливаются и ускоряются почти вдвое, в полтора раза точно.

Я просто должен быть сильнее и быстрее их всегда. И это для меня против парней около тридцати, тем более против девочек, вполне реально. То есть я довожу их до транса, лечу на пол и говорю себе, что мне не хватило в этот раз самую малость. Надо ещё поработать над собой.

А самому входить в транс я с недавних пор себе запрещаю, и это уже вторая часть тренировки. Я обязан сохранять трезвость рассудка в любом замесе, я могу себя контролировать. Непроизвольных провалов в тотем у меня просто не должно быть.

В общем, скоро сказка сказывается, а в самой сказке всё равно интересней, даже когда не всё получается. Часик физкультуры прошёл ярко и ко всеобщей пользе. Сходили мы в душ и переоделись. Приходим в гостиную, а там Мирзоев в военном, только без погон, читает журнальчик.

Мы учтиво с Русланом Ибрагимовичем поздоровались и расселись в диваны и кресла. Катя спросила, как он доехал, а Мирзоев со свойственной ему иронией поведал о состоянии зимних дорог. Не всё у нас гладко. Кое-где слишком гладко, а порой и скользко. Однако на поезде замнач по тылу невместно, лучше погибнуть героем.