Чтение онлайн

— Ты врешь, бродяга! — выкрикнул Урге, багровея от гнева, подаваясь вперед. — Ключ от врат Валгаллы мой! И хранится он в моей сокровищнице!

Вставая в полный рост, король оттолкнул было метнувшегося к нему Ульвахама, порываясь ухватить Олава за бороду, но брат не отступил и не дал Урге потянуться за мечом. Мягко, но настойчиво, обняв за плечи, он усадил короля на трон и, заметив настороженные взгляды замерших в изумлении придворных, умерил пыл, улыбнулся примирительно:

— Дослушай его, брат король! Олав, хоть и бродяга и тот еще пропойца, но врать не умеет!

Урге, сверкнув сердито глазами, кивнул.

— Я спрашивал Квельдульва Коваря о том, кто его отец и мать, на что тот только усмехнулся, но не дал мне ответа, — продолжил Олав без тени испуга или смущения, словно и не заметив королевского гнева. — Он также не знает и никогда не слышал о братьях Лейфе и Энунде, которые предали род и стали поборниками веры в единого бога, с именем его на устах умирая в сухих землях. Я было думал, что ошибся, но когда осмелился спросить его имя, он ответил — Аритор.

— Я бы тоже не поверил в эту историю, если бы Олав был первый, кто рассказал ее. Ни ты, мой брат Урге, ни я не являемся прямыми потомками Бьерна. Твой ключ и символ королевской власти достался тебе от его дочери Хильды, — напомнил брату Ульвахам, стараясь проявить выдержку и спокойствие в этот напряженный момент.

Услышав это напоминание, Урге опустил взгляд и заворочался на троне, словно боясь его потерять, принимая тем не менее непринужденную и расслабленную позу, которая далась ему с явным усилием.

— Твоя правда, брат. Я, как и ты, — подчеркнул Урге несколько мстительно, — не могу гордиться высоким происхождением. Но мой союз с Хильдой был законным. Все это знают! Она последняя в роду Бьерна, а о ее братьях доподлинно известно, что они все погибли.

— Урге — достойный правитель, — вмешалась в разговор сама королева Хильда, незаметно появившись из своих покоев. — Я ни дня не жалею, что вверила в его заботливые и умелые руки королевство отца. Я лишь приумножила наши силы и земли, наши богатства, объединив их воедино. Никто не смеет обвинить меня в поспешности выбора, и в том, что мой супруг не достоин этого трона!

— Мое почтение, королева, — ответил Олав, — я высокого мнения о вас и вашем муже. Чту ваших предков! Я ваш верный слуга и говорю о том, что видят мои глаза. В моих словах нет предательства или лжи. Мой дом здесь. Стоит на королевской земле, госпожа. И я прославляю духов-хранителей моего повелителя. Но не может ли быть так, что тот Квельдульв и есть ваш брат?

— Ключ от врат был только один, — задумчиво размышляла вслух Хильда, наморщив лоб. — Отец очень много говорил о славе предков, что возвысили нас от первых колен Бьерна. Быть может, Квельдульв, о котором ты нам только что рассказал, потомок другого аса? Тюра или Локи?

— Я спрашивал разрешения коснуться ключа, и тот, кто назвался Аритором, позволил мне это. Я держал его в руках, даже смог разглядеть древние руны, начертанные на кромке печати. Нет сомнений в том, что это подлинный ключ. Мало того, — предвосхитил Олав наметившуюся было реплику короля, — я узнал, что молодой конунг, которого мы знаем под именем «мудрый воин» с греческим именем, означающим «победитель», — ученик Квельдульва и почитает его наравне со своим отцом.

Король Урге прищурил взгляд, несколько секунд смотрел на удивленное и задумчивое лицо Хильды и, поднявшись в полный рост, громко произнес:

— Если все так, как ты говоришь, Олав Лесовик, и если тот, кто назвался Аритором, действительно потомок Бьерна и брат моей жены Хильды, то я должен встретиться с ним и убедиться в этом лично. И коль откроется правда, то потомок великого рода, владеющий еще одним ключом от врат Валгаллы, получит свой трон. Клянусь богами, я стану его слугой, если тот пожелает! Вот мое слово!

— Красиво сказано, Урге, но что будут стоить слова, когда потомок асов явится в твой дом?

Вся королевская свита и сам король обернулись к темной стороне зала, откуда неспешно вышла на свет Эгиль. Кто-то из придворных тихо выругался, иные затаили дыхание, напряглись. Пара рослых стражников у дверей сдержанно отвернулись, сплевывая через плечо. Сам же король скривил недовольную гримасу и отвернулся от появившейся, словно ниоткуда, ведьмы в бессильном гневе. Шустрая, проворная и весьма властная старуха, довольная произведенным эффектом, забубнила гнусавым голосом:

— Род Бьерна не единственный, кто владел ключами от врат. Этот поход, если отправишься в него сам, не принесет тебе славы, мой король. Но если проявишь терпение и станешь ждать, то явишь миру истинное достоинство. Ночью руны мне поведали, что дому твоему следует готовиться к встрече гостей, и уже утром прибыл брат Ульвахам. Но теперь руны говорят, что сильным не время собираться в дорогу, времена неспокойные и настала очередь мудрых.

— Твоя очередь?! — простодушно удивилась Хильда, пристально разглядывая походный наряд тетушки.

— Кому, как не тебе, — назидательно прошипела Эгиль, — известно, что воин, убивший оборотня Квельдульва, рискует перенять его проклятие. Твой Урге слишком молод и горяч, чтобы проявить должное терпение! Позволишь ему пойти в этот поход, зная об этом? И потом кто кроме меня еще сможет прочесть руны на печати ключа? Гардарик — земля тихая, я бывала там не раз, и руны давно предсказали мне эту дорогу. Тем более я лучше тебя, Хильда, помню своих собственных племянников, и если тот, кто назвался Аритором, один из них, я его узнаю наверняка.

— Собираясь в поход, мой муж не спрашивает у меня дозволения, дорогая тетя, — сказала как отрезала Хильда. — Он сам король, и ты слышала его слова. Вернуть трон истинному потомку Бьерна по мужской линии было бы великой честью, и Урге готов оказать эту честь.

— Но пока король он! Ведь так, Урге?! — Эгиль распахнула шерстяную накидку, демонстрируя всем собравшимся крепкую кольчугу под ней и широкий кинжал, закрепленный в ножнах на поясе. — Я знаю, что скверна характером и что ты сам и все твое окружение не очень-то будут переживать, если я сгину в Гардарике, так что невелика потеря, мой король. Оставайся в своих землях, на своем троне, а я отправлюсь по пути Олава и привезу тебе доказательства или сгину бесследно на радость тебе и твоим «заклятым друзьям».