Руины
Шрифт:
Джеф внимательно посмотрел, куда показывал Эрик. Ребра немного припухли, но больше Джеф ничего не увидел.
— Это просто опухоль, Эрик.
— Черт! — воскликнул Эрик.
— Это бывает, это нормально.
— Разрежь здесь! — не успокаивался Эрик.
— Я не собираюсь…
— Разрежь, и сам увидишь!
Джеф в нерешительности посмотрел на Матиаса и Стейси. Он не знал, что делать, как успокоить Эрика.
— Дай ему наложить швы, солнышко, — попыталась помочь Стейси.
Эрик даже не взглянул на нее. Он протянул руку к Матиасу и сказал:
— Дай мне нож.
Матиас посмотрел на Джефа и покачал головой.
— Или разрежь, или я сам это сделаю! — не унимался Эрик.
— Эрик… — начал Джеф.
— Оно во мне! Ты что, не понимаешь?! Я чувствую!
Джеф помолчал секунду, потом взял у Матиаса нож и сказал Эрику:
— Ну-ка, покажи еще раз.
Эрик ткнул пальцем себе в припухшее ребро:
— Здесь, оно здесь.
Джеф наклонился, поднес нож и сделал надрез. Из раны мгновенно засочилась кровь.
— Видишь, — сказал Джеф. — Там ничего нет.
Эрик был весь в поту, он процедил сквозь зубы:
— Глубже!
— Нет, Эрик, — сказал Джеф. — Там ничего нет.
— Оно прячется. Разрежь еще.
— Если я буду резать дальше, то задену ребро. Знаешь, как это больно?
— Но оно там! Я чувствую.
Джеф вытер кровь.
— Это просто опухоль, Эрик.
— Может, оно уже забралось под кость. Или еще глубже.
— Я все достал. Прекрати выдумывать! — сказал Джеф, отдав нож Матиасу и взяв нитку и иголку.
— Оно съест меня. Как съело Пабло!
Джеф сделал вид, что не слышал его и начал зашивать раны.
— Больно, — уже шепотом сказал Эрик.
Джеф быстро накладывал швы, стараясь делать все как можно аккуратнее.
Сначала Эрик молчал и тихо лежал с закрытыми глазами, потом глубоко вздохнул и прошептал:
— Я… я не хочу умереть здесь.
— Все будет хорошо. Никто не умрет.
— Почему? Разве тебе не кажется, что я вполне могу умереть… Да и все остальные тоже.
Джеф ничего не ответил. Он уже зашил все раны на груди Эрика и принялся за раны на ноге.
Эрик открыл глаза.
— Джеф! — тихо позвал он.
— Что?
— Как ты думаешь, мы все умрем здесь?
Джеф, немного подумав, ответил:
— Мы в сложном положении. И, чтобы выжить, нужно держаться вместе и доверять друг другу. А еще надо быть начеку.
— Ты не ответил на мой вопрос.
Джеф кивнул.
— Я знаю, — тихо сказал он.
Джеф хотел добавить что-то еще, но промолчал.
Когда Джеф наложил швы на все раны, он дал Эрику выпить еще немного текилы. Потом нашел остатки аспирина и протянул Эрику.
— Возьми, — сказал он. — Это лучше, чем ничего.
Раны болели… Эрику казалось, что ему стало тесно в собственной коже. Он даже не мог пошевелиться, поэтому так и лежал на спине и смотрел в небо. «Отличный день для пляжа… моря… — подумал он и попытался представить Канкун, отель, пляж, море… — С утра мы бы обязательно искупались, а потом пошли завтракать. А днем, если бы не было дождя, поехали кататься на лошадях. Стейси и Эмми никогда не ездили верхом и очень хотели попробовать». Представив это, Эрик сразу вспомнил об Эмми и посмотрел в ее сторону. Стейси пыталась закрыть Эмми глаза, но они почему-то открывались. Все лицо Эмми был о в ожогах от ядовитого сока растения. Эрик понимал, что им нужно похоронить ее. А для этого придется выкопать глубокую яму, но сделать это будет нелегко.
Неожиданно Эрик почувствовал какой-то приятный запах. Ему безумно захотелось есть. «Хлеб», — подумал он.
Стейси ощутила то же самое:
— Ты чувствуешь? — спросила она.
— Пахнет хлебом, — ответил Эрик. — Кто-то печет хлеб…
— Индейцы? — спросила Стейси.
Джеф ходил по поляне и принюхивался, пытаясь определить, откуда исходит запах.
— Может, они принесли нам хлеба? — улыбаясь, сказала Стейси. — Надо пойти вниз…
— Это не индейцы, — уверенно произнес Джеф. Он стоял, наклонившись над зарослями, спиной к ребятам.
— Но…
Он повернулся и жестом подозвал Стейси к себе.
— Это растение, — сказал Джеф.
Матиас и Стейси встали, подошли к растению и наклонились к красным цветам. Эрик даже не пошевелился: во-первых, он и не мог встать, а во-вторых, он поверил Джефу.
Убедившись, что это именно растение источает аромат свежеиспеченного хлеба, Стейси вернулась на свое место и села рядом с телом Эмми. Она зажала нос и попыталась дышать ртом, чтобы не чувствовать этот мучительный запах.
— Я не могу, Джеф. Не могу, — чуть не плакала Стейси.
— Давайте съедим апельсин, — предложил Джеф.
Стейси покачала головой:
— Это не поможет.
Джеф ничего не ответил и пошел в палатку.
— Как оно это делает? — спросила Стейси. Она смотрела то на Эрика, то на Матиаса, в ожидании, что хоть кто-то ей все объяснит. Одной рукой Стейси зажимала нос, а другой вытирала слезы.
Через несколько секунд Джеф вышел из палатки.
— Оно же специально это делает, да? — снова спросила Стейси.
Никто ей не ответил. Джеф сел рядом и начал чистить апельсин. Эрик и Матиас наблюдали за ним.
— Почему сейчас, — не унималась Стейси. — Почему не…
— Оно ждало, пока мы сильно проголодаемся, — сказал Джеф. Он разделил апельсин на дольки. Всего получилось десять штук. — Если бы оно начало раньше, то вряд ли бы так нам досадило. Мы бы уже привыкли к этому запаху. А сейчас… — Джеф на секунду замолчал. — По той же причине оно не сразу начало передразнивать нас. Оно всегда дожидается момента, когда силы на исходе, когда уже тяжело бороться.