Рубежье
Шрифт:
– Сейчас сюда явятся другие твари доесть все, что осталось от первых. А вообще они обычно жрут добычу живой. Хочешь ею стать?
Толстяк нашел в себе силы вскочить:
– Я с вами.
– Тогда не отставай.
Мужик забрал с камня карабин и камертон, последний разобрал и сложил в карман рюкзака, который пристроил за спину. Они вдвоем двинули по пологому склону прочь от леса. Стрелок то и дело посыпал следы каким-то порошком. Когда прошли пару километров от поляны, молодой выдохся окончательно.
– Вроде оторвались, – сообщил второй. – Как зовут?
– Павел.
– Значит, будешь Пышкой, – внес свои коррективы в «позывной» спутника бородач. – Я – Кент.
– Иннокентий? – немного продышавшись, переспросил толстяк.
– Ты плохо слышишь? – нахмурил брови бородач.
– А что я такого сказал?! – вдруг прорвало молодого. – Что тут вообще происходит? Чей это розыгрыш, кто заказал тех жутких кукол? Вы за это ответите! У меня отец…
Хлесткий удар, отбросивший Павла на три метра, сразу заставил его замолчать.
– Здесь всем глубоко начхать, кто твой папаша! А что до «кукол», так действительно жутких ты еще не видел. И играть с ними не советую. Некоторые способны за один кус от человека половинку оттяпать, – отчеканивая каждое слово, с нажимом произнес Кент. – Будешь орать, они очень быстро явятся. Тогда придется им на жрачку оставить тебя – не погибать же обоим? Вставай и топай впереди. Курс – на солнце. Буду спрашивать – отвечай вполголоса. Понятно?
– Да.
Светило близилось к закату и больше не слепило глаза. Ошарашенный толстяк поднялся и пошел. У него и мысли не возникло оказать сопротивление мужику, назвавшемуся Кентом. У того было оружие, да и удар оказался весьма впечатляющим.
– Откуда сам? – начал допрос старший.
– Из Москвы.
– Что помнишь перед тем, как сюда попал?
– Сюда – это куда?
– Вопросы – моя вахта, ты отвечаешь, – приглушенно напомнил Кент, но так убедительно, что молодой человек вздрогнул.
– Мы выехали за город на шашлыки. Пока они жарились, начали играть в волейбол, – сбивчиво принялся рассказывать он. – В какой-то момент мяч отскочил в сторону, я побежал за ним. А тут Димка как заорет: «стой!!!» Я обернулся, увидел его перекошенное от страха лицо и вдруг рухнул в яму, хотя точно помню – поляна была абсолютно ровной. А тут – сразу монстры, выстрелы… Дальше вы и сами все видели.
– Хорош выкать! – на полтона повысил голос Кент. – У нас это не принято.
– Не буду.
– Значит, друг увидел, а ты – нет?
– Да он вообще малость странный – видит то, чего еще нет. Как-то в грозу указал место, где после его слов шарахнула молния!
– Я велел не орать! – шикнул на толстяка бородач.
Он задумался, и минут пять спутники молча шагали по усеянной камнями равнине. Впереди виднелись горы неприглядного серого цвета. Наконец, Кент продолжил разговор:
– Сейчас дойдем до станции, там тебе вправят мозги, а потом мы с тобой очень подробно побеседуем о твоем друге.
– А можно задать вопрос? – не сдержался Павел.
– Давай. Только один и быстро.
– Что значит – «вправят мозги»?
– Чтобы жить тут, прежних мозгов недостаточно, – усмехнулся бородач. – Да и воздух для твоей дыхалки не подходит. Мы прошли какую-то милю, а ты уже взмок, вон воздух ртом хватаешь, как выброшенная на берег рыба. Тебя нынче любая животинка легко за борт жизни вышвырнет.
– Здесь – это где?
– Я сказал – вопрос только один. А теперь закрыл пасть, и молча гребешь дальше.
Ни Кент, ни, тем более, Павел, понятия не имели о том, что ведун, подкинувший бородачу наводку на полянку, сейчас сидел в своей пещере и внимательно слушал их разговор. Этот человек не только составлял прогнозы необычных событий для богатых клиентов, но и обеспечивал себе подстраховку на случай, если кто-то из них потом предъявлял претензии. Тогда он мог прокрутить записанный разговор, доказав, что деньги уплачены не зря.
Закончив прослушку, ведун потер лоб кончиками пальцев и тихо произнес:
– Хороший улов нынче достался Кенту, и все же самым ценным оказался рассказ новичка. Неужели Кент решится на особый заказ?
Меня часто называют занудой или философом. Занудой, когда начинаю задавать вопросы, а философом, когда пытаюсь рассуждать вслух. Например, о возникающих проблемах. Точно знаю – они были, есть и будут, но это не значит, что следует впадать в уныние. Терпеть не могу тех, кто постоянно жалуется на обстоятельства, мешающие жить, что-то создавать, расти, в конце концов. А препятствия для того и существуют, чтобы их преодолевать или обходить. И кто знает, куда эта дорожка выведет…
Взять хотя бы случай, когда исчез Пашка. Нас всех потом долго мурыжили в полиции, у меня язык устал от бесконечных ответов на одни и те же вопросы. В итоге они никого не нашли, выезд из города всей шашлычной компании запретили до конца расследования, и наши отпускные билеты на самолет пропали…
Нечего сказать – сходили на природу! Пашка никогда не был спортсменом, какого лешего его понесло за мячиком? Видать, хотел перед кем-то из девчонок выпендриться… До сих пор не пойму, куда он вломился, да только когда прозрачный воздух пошел волнами, у меня на затылке волосы встали дыбом, испугался до жути. Причем ни Сашка, ни Вовка, ни девчонки ряби на пустом месте не видели и ничего странного не заметили. Для них Пашка просто исчез… Пришлось мне соврать, что, видимо, пылинка в глаз попала, и просто почудилось некое наложение картинок друг на друга…
В итоге Сочи этим летом остался без нас. Обстоятельства? Несомненно. Ребята после всего случившегося страшно расстроились. Володька решил залить горе спиртным, Сашка заперся в квартире с ноутом, решив пройти сложный уровень в какой-то игре. Я же воспринял ситуацию, как знак свыше, и отправился к Ленке мириться – мы с ней месяц назад крупно поцапались.
Однако до дома подруги я так и не дошел. По пути я буквально столкнулся с классной девушкой, причем обстоятельства «встречи» заставили ее зайти ко мне в квартиру. Удача? Само собой! И неважно, что ее «Тойота» почти прокатилась по моей ноге. Кость не пострадала, зато через четверть часа вокруг меня суетилась почти топ-модель.