Чтение онлайн

Чего-то не хватало в документах о нем и других членах его семьи. Ровене пришлось подумать, что же было пропущено. Потом её вдруг осенило: ни он, ни его родственники никогда не проходили тест на наличие Таланта. Это было самое невероятное упущение, поскольку большинство семей рьяно искали приметы хоть каких-нибудь способностей, малых или крупных, в своих потомках. Значительный, признанный Талант значил привилегированное образование, а зачастую и денежную помощь для всей семьи. Не то чтобы на такой богатой и малонаселенной планете, как Альтаир, это было так уж необходимо, но хорошая прибавка к доходу пока ещё никому не мешала. Закон никого не обязывал регистрироваться в центре тестирования Талантов, но выглядело довольно странно, если кто-то не воспользовался предоставленной возможностью.

Она проверила данные на его корабль «Мираки», схему его плаваний за последние четыре года, так что ей теперь было известно, где он рыбачил, останавливался, кто были его пассажиры. Она также узнала, что когда он закончил учебу у дяди, опытного моряка, ему дали ссуду на покупку шлюпа, и он много работал, чтобы вернуть кредит, и теперь он полноправный владелец судна. «Мираки» имел лицензию на чартерные перевозки, на ловлю рыбы и исследовательские работы. За восемь лет со времени спуска на воду корабль выполнял все работы, которые позволял его размер. Послужной список «Мираки» содержал все факты вплоть до настоящего времени, и она не нашла никаких записей о нарушениях, штрафах или убытках.

Ровена встала в шесть часов, плотно позавтракала и чуть не опоздала на лодочную пристань Сендера, потому что слишком долго выбирала соответствующую случаю одежду. Она собиралась выйти за пятнадцать минут до назначенного часа – лодочная станция была в двух шагах от дома, – когда поняла, что Туриан не поддается или избегает сетей девушек, гораздо более искушенных в кокетстве, чем она. Он считал её просто хорошенькой молодой девушкой, слегка худой. Хорошо, она начнет прямо отсюда. И будет продвигаться дальше.

Ровена появилась в назначенном месте с последним ударом часов в рабочем комбинезоне и со сменой вещей в багажнике велосипеда. Её изыскания прошлой ночью говорили, что скорее всего работа будет грязной. В кармане запасных брюк лежала тяжелая пачка кредиток.

– Ты когда-нибудь работала на паруснике? – спросил её Туриан уже через пару часов, заметив, что помощница почти не нуждается в инструкциях.

– И да и нет. Мне всегда нравилось плавать под парусами, поэтому я старательно изучала все, что смогла достать о парусниках. Хорошее образование всегда в первую очередь учит, где найти то, чего вы не знаете.

– Надо сказать, ты ловко применяешь теоретические знания на практике.

Обычно интеллектуалы – плохие помощники. Чем ты занимаешься?

– О, скучищей! Перевозками импорта и экспорта. – И она неопределенно пожала плечами. – Но платят прилично, да и приработок неплохой. Мне придется пройти инопланетную подготовку для дальнейшего прогресса. Я была достаточно хороша для работы в компании, пока они не заметили, что я очень хочу развивать свои способности.

«На этот раз девица с головой», – думал Туриан. Чем-чем, а неискренностью он не страдал, поэтому проникновение в его сознание не было нарушением его личной неприкосновенности: все эти мысли лежали на поверхности, как непроизнесенный монолог.

Когда солнце достигло зенита в сверкающем безоблачном небе, он объявил перерыв и предложил перед обедом искупаться в конце причала лодочной станции. Ровена одним движением скинула комбинезон и оказалась в воде быстрее его, смеясь и брызгаясь. Сложение моряка все так же впечатляло.

Глубокий бронзовый загар подчеркивал изгибы его сильного тела.

После купания они взобрались на причал и сели в тени от развешанных для сушки сетей.

– Ты такой хороший работник, что я решил оплатить твой завтрак, – объявил он одобрительно.

– Один раз ты мог заплатить, но дважды в сутки – не пойдет. Я захватила достаточно денег для нас обоих.

Вокруг его синих, как море, глаз лучились морщинки. Он встал, весь в каплях воды, руки на бедрах, и посмотрел на неё сверху вниз.

– Деньги девать некуда?

– Долг платежом красен. Ты меня выручил, и я возвращаю свой долг.

Сейчас я хочу помочь тебе отремонтировать «Мираки», а ты за это позволишь мне пойти с тобой в плавание, когда он будет спущен на воду. Идет?

Они пожали друг другу руки. Туриан смеялся, а мозг его восхищался её независимостью. Она хотела бы, чтобы он думал не так громко, так как это давало ей нечестное преимущество. И ещё она старалась сделать все, чтобы доказать, что она не так молода, как кажется.

Им понадобилось ещё три дня до спуска «Мираки» на воду. Ровена работала наравне с моряком, пытаясь не слишком показывать, что выполняет ещё не высказанные вслух приказы. Прохладными вечерами Туриан записывал в судовой журнал, что было сделано, и говорил, что предстоит сделать завтра. Если ей приходилось чему-то обучаться, она без труда скрывала свои умственные способности, но физическая нагрузка, особенно усталость в плечах, оказалась для неё настоящим открытием. Она добросовестно выполняла каждую работу, прежде чем идти спать. Спалось ей намного лучше, чем все последние месяцы.

Когда Туриан проверил каждый дюйм «Мираки»: корпус, палубу, днище, мачту, шкоты, снасти, мотор, кубрик, камбуз и каюту, – он пригласил представителя морской инспекции Приятной Бухты проверить готовность корабля к выходу в море и подтвердить его лицензию. Корабль прошёл осмотр, и Ровена не скрывала распирающей её гордости за то, что лично участвовала в этом.

– Ну, когда я могу выйти в море? – спросила она Туриана, после того как он проводил инженера до причала. – Прогноз погоды говорит, что завтра будет ясно, ветер – пятнадцать узлов норд-норд-вест.

Туриан засмеялся и растрепал её волосы. Она почувствовала внезапный приток острого сексуального чувства, вызванного его случайной лаской. Но она не должна слишком сильно реагировать на простое дружеское прикосновение. Его ласковый, дурашливый жест не произвел бы на неё такого впечатления, если бы подобные проявления дружеского участия не были так редки среди Талантов, сберегавших их только для усиления мысленной связи друг с другом. К тому же как она не хотела преждевременно выдавать себя капитану Туриану, по-прежнему считавшему её «молоденькой девушкой», несмотря на все попытки разуверить его в этом.