Романтическое плавание
Шрифт:
– Я тоже тебя обожаю, мое сокровище! – сказал он. – И горжусь тем, что у меня такое разумное дитя. Конечно, ты хочешь иметь некоторую свободу выбора, это естественно. И я не тиран…
Какое-то время они оба молчали. Лексия знала, что отец не отнесся к ее словам всерьез. А Гарри Дрейтон был уверен, что, несмотря ни на что, сумеет все сделать так, чтобы дочь выбрала себе в мужья маркиза Уимбортона.
Да, у Лексии имелась свобода выбора, но в пределах его собственных пожеланий. То есть – никакой.
«И папа не знает о маркизе того, что знаю я», – думала девушка, вспоминая слова Фрэнка.
«Самовлюбленный, надменный, считает себя лучше всех на свете…»
Хорошо еще, что она вовремя об этом узнала, – благодаря Фрэнку, который повел себя с ней как добрый приятель. Теперь Лексия знала, как ей себя вести: она заставит маркиза пасть к своим ногам, но сама при этом останется холодна.
Может быть, завтра они с Фрэнком снова увидятся? Она расскажет, как прошло чаепитие в особняке маркиза, и Фрэнк снова посоветует что-нибудь дельное?
Вспомнив о нем, Лексия невольно улыбнулась – Фрэнк такой симпатичный!
Она закрыла глаза и представила себе его лицо – выразительный нос, твердо очерченный подбородок, темные волосы с рыжеватым отливом…
И его губы она помнила очень ясно – крупные и красивые, словно созданные для поцелуев.
Лексия одернула себя. Фрэнк – наемный слуга, проживающий в доме маркиза. Она представила себе, что бы сказал отец, сумей он прочесть ее мысли, и ужаснулась.
Но природная тяга к независимости все же заставила ее произнести:
– Знаешь, па, в Штатах я узнала много важного для себя. Например, что все люди равны.
– Нонсенс! И чем скорее ты выбросишь это из головы, тем лучше.
– Почему нонсенс? А если я выберу в мужья очень достойного мужчину, но без титула?
Конец ознакомительного фрагмента.