Роман с героиней
Шрифт:
Значит, не судьба. Я меланхолично взял конфетку и пошел, не огорчаясь -- острых впечатлений получить не удастся.
И ошибся: меня опять врасплох облаяла песка, когда я поднимался по своей улице. Даже сердце екнуло. Я остановился, кинул ей карамельку и сказал, что прощаю ей коварные нападения. Пусть и она простит мой розыгрыш с медведем. Собака сгрызла гостинец и заурчала. Я пошел и лишь погрозил ей пальцем, когда она заклацала мне вслед зубами со своего бетонного балкончика.
И когда пришел в свой номер и позвонил Оксане, ее не оказалось.
Она сама позвонила к полуночи и сказала, что бродила по городу, прощаясь с ним, и посидела в том кафе, где мы познакомились... Мы ходили с ней по одним и тем же местам, но не встретились. Ну и хорошо.
И мы стали договариваться, во сколько ей завтра утром выйти из отеля, чтобы не опоздать в аэропорт. Я сказал, что заеду за ней ровно в восемь -Анатолия уже заказала такси.
Выгреб содержимое холодильника в мешок, сунул в него оставшиеся пачки туалетного мыла, не распакованный тюбик зубной пасты и тихонько отнес на кухню -- Анатолии.
Анатолия спала, горела рождественская елка в гостиной, и шебаршились в клетке птички -- я постоял, запоминая их и прощаясь.
Глава 11
Афины. Аэропорт.
Утром я обнялся с Анатолией, похлопал ее по мягкой спине, она вытерла слезы, приглашала приезжать еще. Таксист подхватил мой чемодан и понес к машине.
...В аэропорту мы прошлись по пустынному зданию и сели на диванчик. Оксана достала фотоаппарат:
– - Давай я тебя сфотографирую. Только улыбайся.
Я, как мог, улыбнулся.
– - Теперь я тебя.
– - Я стал доставать свой.
– - Ты мне напишешь?
– - Да.
– - Приезжайте вместе с женой летом. И малого берите, с дочкой познакомим.
– - Улыбайся, -- сказал я.
– - Не могу, -- сказала Оксана.
– - Подожди.
– - Она отвернулась и полезла в сумочку.
Я вышел на улицу и покурил. Подъезжали такси, греки катили чемоданы на колесиках, меня обнюхала собака и отошла. Я подумал, что через час полета мы расстанемся: ей на Вену, мне на Амстердам. И едва ли когда увидимся. Я подошел к киоску сувениров и купил лазоревый камушек в виде сердечка на серебряной цепочке. Простенький и изящный, как мне показалось.
– - Это героине моего романа на Новый год.
Она взяла с улыбкой: "Спасибо".
Я взвел фотоаппарат: "Готова?"
Она кивнула. Я щелкнул раз, другой, третий.
– - Первый бокал в Новый год я подниму за тебя. И твою семью.
– - Я тоже, -- сказал я.
– - Передавай привет Матвеичу -- "Ой, блин, лучше бы я умер!" И маме. Не грусти, все будет хорошо.
– - Ты мне очень помог, -- сказала Оксана и тронула капюшон моей ветровки.
– - Если бы не ты...
– - Не обижайся, что не смог уделить тебе много времени. И не обижайся на мои резкие слова...
– - Чудной ты человек...
– - Чудной.
Она чмокнула меня в щеку и вытерла пальцем помаду.
– - Не забывай меня, пожалуйста...
– - Не забуду.
В самолете мы молча смотрели в один иллюминатор, и я тихо радовался, что все обошлось: не надо будет врать жене, прятать глаза, а светлая грусть останется при мне, и ее не надо будет стыдиться..."