Чтение онлайн

— Съезд протезистов? Вот, стало быть, как Арлин удалось от вас отделаться? Эта женщина совершенно лишена воображения.

— Не судите ее слишком строго. По-моему, я напугал ее, только не пойму чем. Может, дело в том, что я чужак и федеральный служащий?

— Ну да. Таких Хикс в свои чудесные апартаменты не допускает. Да и вообще она на дух не переносит легавых.

— У вас слухи расползаются быстро.

— Это точно. Пол сказал Бенни Пиклу, хозяину ружейной лавки, что вы приезжаете, и этого оказалось вполне достаточно. У Бенни самый длинный язык по эту сторону Больших Водопадов.

— Не понимаю, что дурного в том, чтобы быть федералом? Я не неряха и человек порядочный: на пол не плюю и не сбегу, не уплатив по счету.

— Это не имеет никакого значения. Арлин не нравится, даже когда я появляюсь рядом, а ведь меня она хорошо знает. Ну а вы для нее не лучше чумы. Из Вашингтона заявились, так? А Вашингтон — рассадник греха и разврата. Ладно, Мак, будет об этом. Вы здесь, и вы хотите разобраться с тем, что произошло. Я — тоже. Отчего бы нам не объединить наши усилия? Вопрос лишь в том, готовы ли вы играть на равных.

От такой прямоты я даже слегка опешил.

— Вообще-то я совершенно не собирался ни с кем играть, но уж если делать это, то, разумеется, на равных. Не понимаю, в чем тут вопрос. Я хочу разобраться, как и что здесь произошло, и просто счастлив, что местная полиция просто не отмахнулась от расследования — ведь нетрудно было признать случившееся попыткой самоубийства, вызвать психиатра, и дело с концом. А теперь мой вопрос: вам известно что-нибудь из того, что я должен знать, или вы считаете, что Джилли случайно врезалась в этот чертов утес?

Мэгги, хотя и немного оттаяла, отвечать не торопилась.

— Когда и как вас ранило?

— А откуда вы знаете? Неужели я до сих пор выгляжу как овсянка недельной давности?

Шериф склонила голову набок и внимательно посмотрела на меня. Кажется, она моложе, чем мне представлялось поначалу. На ней темные очки, в которых так любят щеголять дорожные полицейские в твердой уверенности, что они производят устрашающее впечатление на нарушителей. Волосы у Мэгги каштанового цвета, они заплетены в толстую косу, прихваченную на затылке булавкой в виде индейского тотемного столба; помада на ее губах бледно-кораллового оттенка, точь-в-точь как у моей английской подружки Кэролайн. Но Кэролайн, модельер по профессии, никогда не выглядела такой решительной и уверенной в себе, как эта женщина.

Дав мне время изучить ее, Мэгги сказала:

— Всегда ненавидела овсянку. К счастью, у вас с ней ничего общего, но передвигаетесь вы с некоторым трудом, словно вам на двадцать лет больше, чем в действительности. Кроме того, у вас на левой щеке следы порезов, а еще вы потираете правый локоть и немного скособочились, будто ребра побаливают. Нет, это не овсянка. Итак, что же с вами приключилось?

— Машина подорвалась.

— Что-то я об этом ничего не слышала.

— Не здесь, в Тунисе. Паршивое место. Стоит слово сказать, как рот песком забивает, а людей, с которыми мне пришлось иметь дело, милягами никак не назовешь.

И неожиданно я рассказал этой совершенно незнакомой мне женщине все подробности своего приключения, о которых посторонним, собственно, знать было вовсе не обязательно, а уж заштатным полицейским тем более. Но ведь мы договорились играть на равных, вот я и делился информацией, как сказали бы люди, знающие толк в политической корректности.

— Поехали, пообедаем в «Эдвардианце». По названию вроде английский клуб, но на самом деле кормят не очень вкусно, зато обильно, а вам, судя по всему, калории не помешают. Сколько потеряли — фунтов пятнадцать?

— Около того.

Было всего два часа пополудни, но больше всего мне сейчас хотелось завалиться в мягкую кровать, чтобы в комнате было темно и часа три никто не беспокоил.

— Ладно, езжайте за мной.

Через двадцать минут, велев единственному на десять членов клуба официанту принести мне кусок мяса с пюре и зеленым горошком (сама Мэгги заказала куриный салат), я откинулся на спинку стула и продолжил разговор:

— Первый и последний раз я был здесь около пяти лет назад, когда только что вернулся из Лондона и Джилли с Полом пригласили меня познакомиться с его родителями. Это местечко мне неплохо запомнилось. Похоже, с тех пор ничего так и не переменилось. А вы давно здесь шерифом?

— Полтора года. Мэр у нас женщина, мисс Джеральдина Такер. Во время выборов она была заядлой феминисткой, во всяком случае, утверждала, что это так, и тогда же решила, что если городу чего-то не хватает, так это шерифа-женщины. Раньше я служила в полиции Юджина, где вляпалась в одну очень неприятную историю, и мне пришлось искать работу в другом месте. В результате мне подвернулась отличная возможность. — Мэгги пожала плечами. — Штат у меня небольшой — помощник, секретарша и с десяток добровольцев, готовых в любой момент прийти на помощь, но и преступность, как вы догадываетесь, невелика: не там машину поставят, скорость превысят плюс пара краж в месяц, да и то больше проезжающие шалят. Словом, всякая мелочевка. В последнее время много домашних свар, но в Юджине било куда больше. — Мэгги бросила на меня взгляд, в котором явно читалось: «Ну что, квиты?»

— Так что там в Юджине стряслось? — с улыбкой спросил я.

Выражение лица у нее вдруг сделалось таким же постным, как суп, который за соседним столом уплетал какой-то китаец.

— Об этом я, если не возражаете, предпочла бы умолчать.

— Ладно, как вам будет угодно. Вообще нам дадут когда-нибудь поесть? Корову, что ли, они там свежуют? О чем вы собирались переговорить с Полом?

Не успела Мэгги ответить, как в ресторан лениво вошел странного вида старик: голову его венчала пышная шапка совершенно седых вьющихся волос, а в руках он мял бейсбольную шапочку. Неожиданно улыбнувшись мне, он показал все свои тридцать два пожелтевших от табака зуба.

— Привет, Чарли. — Мэгги протянула старику руку. — Все еще не сдаешься? Заметил что-нибудь, о чем мне надо знать?

— Ага. — Голос у старика оказался скрипучим и тонким. — Так это и есть наш молодец из Вашингтона?

Мэгги усмехнулась и представила нас друг другу. Старика звали Чарлз Дак, он оказался местным жителем с пятнадцатилетним стажем.

— Понимаю, сейчас вам не до того, Мак, но позже, когда у вас появится время, я готов с вами потолковать.

— Идет. — Мне было интересно, какими байками он собирается меня развлекать.