Родители и дети
Шрифт:
В прошлом году, в день рождения Франца-Иосифа он сдуру отправился вместо службы в церковь, позабыв, что императора давно нет, и страшно удивился, что церковь закрыта. Только к обеду он сообразил, что у нас теперь республика.
С детьми папаша свиреп и в случае чего спуску им не дает. Он запрещает нам — всякие развлечения, даже гимнастику и футбол.
Горничных он нанимает только немок, чтобы дома было с кем говорить по-немецки.
Вернувшись домой навеселе, папаша обычно принимается врать вам про свои школьные успехи в детстве. Он будто бы учился на одни пятерки. А на самом деле в его старом дневнике мы видели только двойки и тройки да записи о переэкзаменовках. В старшем классе он провалился на экзаменах и остался на второй год».
На второй тезис домашней работы — «Скрывают ли от меня родители свои пороки?» — молодой Машек ответил так:
«2. Нет, не скрывают. У нас все делается открыто, у всех на виду. А то, чего нам, детям, не приходится видеть самим, мы все равно узнаем от знакомых».
Для ответа на третий тезис — «Почему я обязан скрывать пороки своих родителей от посторонних?» — мальчик воспользовался цитатой из сегодняшней лекции учителя Швольбы:
«З. Потому, что они произвели меня на свет а я должен быть благодарен им за это».
Ответ на вопрос «Почему я не должен брать с родителей дурной пример?» гимназисту показался нелегким, и он ограничился туманной фразой:
«4. Нужно вести себя разумно и пристойно, чтобы и в будущем избежать родительских пороков. А когда я сам поступлю на службу, моим долгом будет заботиться о моих детях, чтобы они, чего доброго, не померли без родительского попечения».
Пятый вопрос был проще простого: «Ссорятся ли между собой мои родители?»
«5. Что ни день, то скандал, а подчас и драка…» На шестой вопрос мальчик не успел ответить: кто-то тихо подошел сзади и потрепал его по плечу. Пятиклассник тщетно пытался спрятать сочинение, ибо подошедший был сам папаша-полицеймейстер. Он только что вернулся из ресторана в самом радужном настроении.
— Ну, сынок, — произнес он в приливе отцовской нежности, — я вижу, ты усердно работаешь. Так же усердно и успешно, как я в твоем возрасте, когда приносил домой одни пятерки. У тебя, оказывается, отличный почерк, а я и все замечал. Но почему же ты пишешь карандашом? Что это у тебя, черновик, не так ли?
Полицеймейстер взял в руки сочинение, погладил сына по головке и отечески сказал:
— Потерпи, малыш, скоро получишь свой мяч. Будешь футболистом и бойскаутом.
Затем он погрузился в чтение и стал темнее тучи. Несчастный школьник попятился к порогу, но у самых дверей панаша настиг его хищным прыжком. В следующую минуту целиком подтвердилась фраза из сочинения: «С детьми отец свиреп и в случае чего не дает спуску…»
Полицеймейстер в конце концов обломал о своего сына остатки своей былой гордости — шпагу от парадного мундира, использовав ее вместо палки…
Когда на следующей неделе пятиклассники сдавали сочинения, Машек-младший, дрожа, вручил учителю и свою тетрадь. В ней под заголовком сочинения было написано:
«Ваши тезисы пересланы в министерство просвещения на рассмотрение».
Далее следовали подпись полицеймейстера, казенная печать и исходящий номер.
* * *
Говорят, учителя Швольбу на этот раз перевели в Прикарпатскую Русь.