Чтение онлайн

– Все, моторчик у Богдана Степановича заглох, – шепотом прокомментировала грандиозное по масштабу и замыслу выступление директора Лара Лисичкина, корреспонденту спортивной редакции Ромке Безухову.

– Не дождешься, сейчас выкрутится. – Еще более тихим голосом ответил ей Ромка. Пауза затянулась.

– А сейчас Лысый, – решил повеселить рядом сидящих журналистов Ромка.

Но шутку расслышала только Лисичкина, она захихикала в маленькую, ухоженную, лисью ладошку. Татьяна Стервозова сердито уставилась на Лисичкину. В отличие от главной стервы службы информации, Сюсюткин, любил свой безупречный во всем образ директора, и ничего крамольного в действиях сотрудников не заметил. Ему нужно срочно найти выход из словесного пике. Как-то Богдан Степанович завис. Ну, конечно, пора передавать эстафетную палочку.

– А теперь, я хочу слово предоставить владельцу нашего замечательного телеканала «Полет» представителю «Партии Губерний» Артуру Владимировичу Лысому.

– Я же говорил, а теперь Лысый. Нет, лучше горбатый, – не унимался Ромка, ему нравилось веселить публику.

Народ в редакции, как по команде перестал улыбаться. Журналистская братия без должного внимания, но с показательным почтением переключила внимание с придворного Сюсюткина на короля информационного бизнеса Артура Лысого.

На Лысом природа позволила себе, отдохнуть, она полностью лишила его шикарной шевелюры на голове, а также позабыла из щедрых запасов наделить его бровями, ресницами и даже волосами на груди и загребущих олигархических руках. Лара Лисичкина являлась стопроцентной женщиной в сфере чувств и развлечений. Поэтому, каждый раз, когда Артур Лысый посещал их редакцию, а случалось это крайне редко, она мысленно задавала себе один и тот же вопрос. Смогла бы она переспать с очень богатым, но совершенно не волосатым, как ее гладкая голая коленка, мужчиной. Думала над дилеммой Лара недолго. Скорее да, чем нет, пророчески вещал ее внутренний голос. Ничего такого Лысый ей не предлагал, он жил другой, сытой жизнью. Ларе Лисичкиной оставалось настроить свои лисьи ушки на прием грубо вибрирующих голосовых связок, совершенно неволосатого мужчины, придать умное выражение хитрой мордочке и покорно слушать политическую ерунду.

– Вы меня хорошо знаете, я вас беспокою не часто. – Артур Лысый пристально окинул взором аудиторию. – Все это время мы не вмешивались в творческий процесс, зарплату вы все получали своевременно. Или я не прав?

– Правы, совершенно, абсолютно правы, – занервничал Богдан Степанович.

– Я, как член партии власти, нашей «Партии Губерний», хочу попросить вас поддержать на выборах нашу политическую силу, и нашего кандидата в президенты Виктора Федоровича Япановича. Думаю, вы люди образованные, поэтому правильно оцениваете возникшую в стране ситуацию. Вся промышленность нашей задорожной губернии неразрывно связана с Россией. Вспомните о проекте военно – транспортного самолета Ан-70. В этот совместный проект Закраины и России вложено более 5 млрд. долларов. Мне представить страшно, что произойдет в стране, если к власти придет оппозиционная команда, возглавляемая Виктором Юбченко, с ее явными симпатиями к Западу. Проект Ан – 70 мы благополучно похороним!

И потом? Америка нас газом не обеспечит, для нее Закраина – промежуточный плацдарм. Ее коварные геополитические планы направлены на Россию с ее природными ресурсами. Вы хоть представляете, что произойдет, если Россия станет продавать Закраине газ по рыночной цене? Тарифы на жилищно-коммунальные услуги мгновенно вырастут в 2–4 раза, большинство предприятий сократят объемы производства или вовсе прекратят существование.

Я видел отчет аналитиков. Или мы с Россией, или Закраину ожидает коллапс в экономике. Мы в 2004 году только-только достигли стабильности. Лучше несовершенные правила в экономике и политике как сейчас, чем хаос, к которому нас приведет команда Юбченко. Говорит Виктор Андреевич красиво, как западный проповедник, послушаешь его на митингах – все у него воры и бандиты. А где он наберет столько профессиональных чиновников с чистыми руками, чтобы управлять страной? Все эти лозунги, оранжевые ленточки – красивая атрибутика и только. Надеюсь на ваш здравый смысл, на ваш профессионализм. Надеюсь, что вы поддержите на выборах нынешнего премьера, крепкого хозяйственника Виктора Япановича. Он, по моему губернскому убеждению, станет достойным президентом Закраины.

– Какие еще нужны аргументы? – поинтересовался Богдан Степанович у неблагодарной, пишущей братии.

– Никаких, – добродушно заявил Безухов, на стадион я уже опоздал.

– А я на пресс-конференцию опаздываю. А я, Богдан Степанович, в налоговую, – послышалось со всех концов редакции.

– Вот, – с улыбкой ретировался Богдан Сюсюткин перед Артуром Лысым, – им зрелищ не надо, работу давай.

Аудитория ожила, зазвонили мобильные телефоны, народ стал переговариваться.

– Пройдемте на первый этаж, в молодежную редакцию. Нас там очень ждут, – суетился Сюсюткин.

Гости удалились. Роман Безухов демонстративно похлопал входной дверью им вслед.

– Что ты делаешь? – поинтересовалась Татьяна Васильевна Стервозова.

– Мы забыли похлопать оратору, а редакционная дверь – самая воспитанная среди нас. Видите, Татьяна Васильевна, как она старается, хлопает во всю ширину своей деревянной души дорогим гостям! Сейчас у нее, сердешной, ручка от несказанной радости отпадет. И что мы без благодетелей будем делать, кто нас уму-разуму научит? – достав носовой платок, Безухов стал нарочито плакать и сморкаться в него. – Ты успокоишься или нет, хватит хлопать, все петли отлетят, – паясничал Безухов, обращаясь к редакционной двери.

Деревянная дверь сердито молчала в ответ, она не любила наглого Ромку, политиков и начальство. Она не любила публичность, но строго выполняла служебные обязанности всех впускать и выпускать. Она хотела служить людям, но не прислуживать. Дверь демонстративно сопротивлялась. Ромке надоело кривляться, дергая скрипучую дверь и он отстал. Театрализованное представление закончено.

Пора работать. Журналисты вооружались. Прихватив блокноты и видеокассеты, они помчалась на съемки.

В редакции информации, кроме Стервы, остались трое: мадам Лисичкина, которая интенсивно красила глаза, Жора Волкодав, ведущий рубрики криминальная хроника, ушедший с головой в Интернет, и Наташка Благова, решившая второй раз плотно позавтракать.

– Благова, ты собиралась худеть, – решила, как обычно поиздеваться над ней Стервозова, хотя сама страдала от излишнего веса.

– А я и худею, – с улыбкой на лице отражала нападение Благова.

– Придется тебе помочь, – Стервозова встала, подошла к Наташке и бесцеремонно оторвала половину бутерброда.

– Теперь ты точно не поправишься. Слышишь, Волкодав, – сменив объект своего пристального внимания, обратилась Татьяна Васильевна к парню внушительных размеров, который ушел от повседневной суеты в мир жесткого и прагматичного порно. – Как тебе весь этот цирк с Россией, самолетом и Америкой? Где она, а где мы. Профессор… Жорик, представляешь, Япанович написал в автобиографии слово профессор с двумя фф. Вчера прочитала в Интернете, до сих пор прийти в себя не могу, – не унималась Татьяна Стервозова.

– Не представляю, – возбужденно прохрипел Жорик.

Стервозова заглянула Волкодаву через плечо.

– Нет, ну ты точно маньяк. Ты на работе или куда? Трупы давай, криминальные разборки, поднимай жирный зад и рысью на сюжет. Слышишь!!!

– Трупы будут. Моя профессиональная интуиция подсказывает, преступление должно произойти через полчаса – успокоил Жорик, горластого редактора. – Будет очень много трупов. Сегодня я расскажу вам, ребята, страшную-престрашную историю про профессора, который любил, есть маленьких и пухленьких журналисток. Изображая страшного профессора Волкодав, словно ниндзя, выпрыгнул из-за рабочего стола.