Ревенант
Шрифт:
Проклятье, сейчас бы перенестись, как нормальный потомок Падших, но Блэсфим никогда не могла так сделать. Это для неё под запретом.
Инстинктивно, она взяла маму за запястье и начала вливать в неё целительную силу, но эта способность давным-давно потеряла свою силу.
Чёрт!
— Просто держись, — сказала Блас маме, виляя по улицам, едва ли не въехав в бок такси и не сбив доставщика на велосипеде.
Блэсфим проехала на парковку, принадлежащую больнице, но проехала дальше за лже-стену за пределы человеческой парковки, и с визгом остановилась. Затем, на долю секунды, показавшейся вечностью, засомневалась.
Каждый в больнице считал, что Блас — Ложный Ангел, да, она могла бы придумать объяснения, почему её мать другого вида, но и это вызовет вопросы. Вопросы от того, кто, как она догадывалась, уже подозревал.
Всего две недели назад, Призрак — главврач, основатель и руководитель ЦБП — достаточно загадочно предупредил, чтобы она держалась подальше от Ревенанта. Отчего в её голове засели параноидальные мысли.
Мама застонала, и Блэсфим вдруг стало неважно, что подозревал Призрак. Её работа… черт, жизнь в опасности, но и Дева на грани жизни и смерти, а Блас не могла позволить матери умереть.
Быстро выскочив из машины, она побежала к раздвижным дверям неотложки.
— Мне нужна помощь! — выкрикнула она. К ней тут же подбежали Люк — парамедик оборотень, — и Рейз — демон Семинус, врач, — и все вместе они выбежали на улицу с каталкой.
Спустя несколько мгновений Блэсфим уже была в палате и натягивала перчатки, пока Люк проверял жизненные показатели Девы, а Рейз направлял в неё целительные силы. И его ругательство указало на проблему с этим.
— Живот вспорот, — констатировал он. — Проклятье, поперечная кишка разорвана. Я могу исцелить раны, но ей нужна операция, чтобы не было заражения. — И посмотрел на Блас. — Риск высок, ты ведь знаешь, что Ложные Ангелы плохо реагируют на анестезию.
Дерьмо. Блэсфим не хотела рассказывать правду о матери — и потенциально, о себе — но не могла подвергнуть риску Деву, отправляя на операцию, заверив докторов с ложными данными о виде. Может, ей удастся исказить факты и надеяться, что никто не станет копать глубже?
Блас подняла взгляд от руки матери, в которую вставляла катетер с кровью.
— Она не Ложный Ангел.
Рейз выгнул бровь.
— Но ты сказала, она твоя мама.
— Приёмная мать, — солгала Блас. — Она — падшая. — По крайней мере, последнее правда.
Рейз отдёрнул руку и выругался. Она поняла его шок: падшие ангелы стали редкостью, и в основном остались злобные придурки. И так как обитатели Шеулика ушли, теперь они стали на вершине пищевой цепочки.
Рейз склонился к животу, чтобы лучше рассмотреть рану, его рыжие волосы — длиннее спереди, чем сзади — упали ему на лоб.
— Странно.
Не эти слова хотелось бы услышать от доктора. Блэсфим призвала свою лучшую способность Ложного ангела, которую обычно называют рентгеновским зрением. Ложные Ангелы используют её, чтобы определить здоровье и мужскую силу потенциальных жертв, но Блас — как профессиональный медик — нашла ей лучшее применение.
К сожалению, в этот момент Блэсфим едва удалось увидеть мерцание, прежде чем способность отказала. Блеск! Очередная способность отказала. Сколько пройдёт времени, прежде чем они все испарятся и её истинная личина будет раскрыта?
— Что странно? — спросила она.
— Я не могу её исцелить. Ничего не происходит.
— Что? — Блас вновь посмотрела на инкуба. — Ты выдохся?
Он поднял правую руку, покрытую от горла до запястья светящимися глифами.
— Мои силы в порядке. Я же говорю, тут дело не во мне, а в ней.
Вибрация. Что если странная вибрация, исходящая от матери, как-то мешает силам Рейза?
Рейз посмотрел за неё.
— Можешь заглянуть в неё и сказать, что происходит?
— Я пытаюсь, — произнесла она. — Думаю, я под воздействием эмоций.
Рейз кивнул, легко купившись на её вздор.
Застонав, её мать открыла глаза и схватила Блэсфим за руку.
— Наедине, — выдохнула она. — Мне нужно наедине с тобой поговорить.
Блэсфим посмотрела на Рейза.
— Организуй операционную. Сразу повезём её на операцию, и свяжись с Призраком. Хочу, чтобы он её проводил. — Несмотря на опасение быть раскрытой, ей нужен Риз. Как самый опытный и искусный врач в преисподней, Призрак, вероятно, единственный, кто может спасти маму Блэсфим.
Рейз и Люк ушли, оставляя их с Девой наедине.
— Мам, — тихо заговорила она. — Что происходит? Что случилось с тобой?
— Ангелы, — ответила она, и у Блэсфим свело внутренности. — На меня напали ангелы.
Что объясняло энергетику и невозможность Рейза излечить маму. Кое-какие орудия ангелов наносят ущерб, который нельзя исправить сверхъестественно.
— Где ты была? — Когда Дева начала закрывать глаза, Блэсфим сжала её руку. — Эй, не отключайся. Где они на тебя напали?
— Дома, — выдохнула она. — Они нашли меня, Блэсфим.
По спине Блас пробежал озноб.
— Они? — Хотя она до тошноты и понимала, кто они, молилась, чтобы мама ошибалась.
Дева закашлялась, брызгая кровью.
— Думаю… Думаю, это были Каратели. Они меня нашли. — Она села, вцепившись со всей силы в руку Блэсфим. В глубине глаз Девы сквозь боль начали пробиваться отчаяние и ужас. — А значит, что они и тебя ищут.
Глава 2
Настойчивый призыв Сатаны вибрировал в голове Ревенанта, когда тот стоял на вершине горы Меддиго, вдыхая горячий и сухой воздух.
Игнорируя призыв Сатаны, Ревенант мысленно и голосом обратился к высшему Архангелу на Небесах.
— Метатрон!
Ничего. И только ветер поднял клуб пыли в нескольких ярдах от него, а больше ничего не произошло.
— Метатрон!
И вновь ничего. Даже пыль медленно и мучительно осела.
— Метатрон!
Чёрт возьми. Он так и знал, что его проигнорируют. Архангелы оставили его тысячи лет назад, так почему, мать вашу, они обратят на него внимание сейчас?