Чтение онлайн

— Господин отказывается от ласки? — нежным голоском уточнила бойкая девица. — Учтите, на все готова и даже умею делать массаж. Останетесь довольны и всего за сотню золотом.

— Иди уже, — поморщился я.

— Как изволите, — фыркнула горничная и развернувшись вышла.

Надо отдать должное ее расторопности, вернулась быстро. Однако, помимо вина, клубники, нескольких пирожных и конфет она ничего существенного не принесла. Не считая бокалов, столовых приборов и тарелок из расчета на двоих. Расплатился с работницей гостиницы и только после этого отправился в душ, мысленно ругая себя за расточительство. Скромный перекус обошелся в пятьдесят рублей — невиданную сумму за такой десерт и вино сомнительного качества. Еще предстоит решить вопрос с одеждой для Анны, да проверить ее сумочку, очень меня интересует кто она такая.

— И чего за нее вступился? — стоя под струями теплой воды, задался вопросом.

Ведь что-то под руку толкнуло, когда ее в окне кареты увидел. В первую очередь внимание привлекла заколка. Тогда не имел времени на размышления, а сейчас понимаю, что от нее исходил ментальный крик о помощи. Очень занимательная вещица! Руки так и чешутся, чтобы плетения изучить. Уверен, не обошлось без рунных связок, значит и артефакт древний. Но не только из-за этого так поступил, взгляд сразу сконцентрировался на лице несчастной. Увидел разбитую губу и мольбу в глазах женщины. Вот и не стал раздумывать, поспешил на помощь.

— Ладно, помогу девчонке, чай не впервой, — хмыкнул и стал вытираться полотенцем.

Надеюсь, получу некую информацию и открою для себя что-то новое. Если же не удастся, то не расстроюсь. На поиски зачастую тратятся колоссальные средства и время, а результат не всегда оправдан.

События глазами Натальи Сухаревой.

Девушка задумчиво разглядывает в чашке кофейную пенку. Островская сидит напротив и о чем-то размышляет. Всего пару минут назад помощница и компаньонка врачевателя осмотрела Матвея Андреевича, получила результат запущенной вчера диагностики, подтвердившей ее подозрения. Отец Кати полностью здоров и в таком состоянии находится уже не менее недели, если не больше. Тем не менее, градоначальник Балашихи прикидывается больным и не спешит уезжать из Петербурга. Следовательно, он преследует какие-то свои цели. Не отпускает к господину Воронову дочь? Но и та не спешит собирать вещи. Что-то между подругой и Александром Ивановичем происходит, похоже, дело идет к разрыву. Или рано паниковать? С другой стороны, непонятный интерес к ее компаньону исходит от Софьи и Минако. Вроде бы те объяснили свои устремления, но Натали чувствовала недосказанность. Словно не все планы поведала великая княжна Российской империи. А про вроде бы общительно-простоватую принцессу Японии и говорить не приходится, та еще хитрее, хоть и старается выглядеть наивной.

— Кати, а ты в столицу когда собираешься? — задала вопрос баронесса и сделала небольшой глоток кофе.

— Еще не решила, — отвела взгляд Островская, — необходимо чтобы папенька поправился и окреп.

— Матвею Андреевичу уже давно ничего не угрожает, — внимательно глядя на подругу, сказала Сухарева.

И вновь Кати быстро отвела взгляд, печально улыбнулась и возразила:

— Он слаб, случаются приступы головокружения, кошмары, головная боль и нехватка воздуха.

— Это тебе Матвей Андреевич сказал? — поинтересовалась помощница врачевателя.

— В том числе, но ты не забудь, я сама за ним наблюдаю и ухаживаю, — пожала плечиками Островская.

— Он здоров, — произнесла баронесса. — Немного слаб, признаю, но не более того. Конечно, возможны возрастные недомогания, однако, они на общее состояние не влияют. Это тебе как ученица господина Воронова говорю.

— Ты уверена? — фальшиво спросила Кати, и сама поморщилась, вздохнула и продолжила: — Натали, ты права, папеньке намного лучше, но я боюсь его одного оставить.

— Не обманываешь? — улыбнулась баронесса. — А не потому ли, что боишься вернуться к Александру Ивановичу.

— Лучше скажи как твои дела, — не стала отвечать Островская. — Максимилиан Степанович продолжает оказывать знаки внимания? Вы с ним помирились?

Настал черед баронессе отвести взгляд. Она еще продолжает сердиться на Его Светлость. Ишь, чего удумал! Приставил к ней соглядатаев, повелев отваживать от кабинета врачевателя больных мужчин определенного возраста. Она, как дура, сидит и ждет пациентов, а ее мнимые охранники клиентов разворачивают и еще имеют наглость им угрожать. Ух, как она была зла, когда случайно подслушала разговор между идущим на прием и одним из телохранителей. Оказалось, что по величайшему повелению, мужчинам от семнадцать лет и до пятидесяти путь заказан. А иначе они отправятся в тюремный лазарет до выяснения намерений и обстоятельств побудивших явиться к помощнице врачевателя. Взбеленившись, Натали отправилась прямиком в резиденцию великого княжича. Тот в это время принимал какую-то французскую фифу и ручку ей лобызал. Еще и имел наглость улыбаться. Так бы его собственными руками где-нибудь и придушила! Вот только этикет, будь он не ладен, не позволил через толпу придворных пробиться и по наглой роже пощечин надавать. Ну, это только в мечтах, в реальности она так никогда не поступит и не упадет в собственных глазах. Тогда же ее Минако перехватила. Железной ладошкой за локоть ухватила и с милой улыбкой сказала:

— Баронесса, не представляете, как я счастлива вас лицезреть! Есть несколько неотложных вопросов, которые без вас не решить. Пойдемте со мной!

Принцесса ее чуть ли не волоком в свои апартаменты втащила, на ходу «чирикая» и неся какую-то чушь, при этом мило всем улыбаясь. Зато, когда они остались вдвоем, не считая преданных телохранительниц японочки, то последняя сразу перешла к делу:

— Натали, что ты творишь?! Решила закатить при всех скандал? И так по двору ходят разные слухи о ваших с Максимилианом отношениях. Так зачем их подтверждать, что твоя оборона пала и ты являешься фавориткой?

— Это еще почему? — поморщилась Сухарева.

— А какая другая способна помешать общению наследника империи и его возможной супруге? — криво усмехнулась Минако. — Только та, у кого есть на это право, но нет ума!

— Ты считаешь меня дурой? — прищурилась баронесса.

— Ты бы себя со стороны видела, — усмехнулась японочка. — Ведь готова была его придушить. Или я не права?

— Права, — призналась Натали, — но только в мыслях, на деле такого не смогла совершить. Поверь, скандалить не собиралась. Дождалась бы, когда он один останется и все ему высказала!

— Из-за прибывающих на смотрины или есть другой повод? — уточнила Минако отсылая куда-то одну из своих телохранительниц.

Японочка выигрывает время, в ее покои великому княжичу путь временно закрыт. А вот Софья вскоре должна подойти.

— Мне плевать, пусть он женится на это французской цапле! — мрачно изрекла баронесса.

Ее слова услышала входящая в двери Софья и улыбнувшись сказала:

— У Элен не такой и длинный нос, но на цаплю она чем-то смахивает, тут не поспоришь. Но, госпожа Сухарева, чего ты волнуешься, мой брат методично отшивает одну за другой, находя у девушек изъяны.

— Софи, ко мне в кабинет заказан путь мужчинам! Твой брат повелел не пускать больных на прием. А на меня Саша рассчитывает, как никак, а мы зависим от клиентов. Помогаем им справиться с недугами и за это деньги получаем, на которые живем, — возмущенно заявила помощница врачевателя.

— Да, он перегнул палку, — согласилась великая княжна. — Не поспорю, точнее, он не стал нас слушать, — кивнула в сторону японской принцессы. — Пойми, Макс ревнует и бесится от мысли, что ты с кем-то из господ останешься наедине и будешь оказывать тому помощь. Увы и ах, но к нашим словам он не прислушался. Во всем ревность виновата, ты же сама ее ощутила, когда увидела француженку.