Чтение онлайн

Декан собрал студентов в аудитории и произнес:

– Я понимаю неоднозначность философии приглашенного чтеца, но это не повод срывать лекцию. Да, я знаю, он человек неординарный, безусловно, талантливый, обладающий даром красноречия, поэтому прошу вас проявить уважение к его личности. Дамы и господа! – в таком официальном обращении прозвучала назидательность. – Впредь так больше не делать. Я не хочу раскола в группе. Вот и все, что мне хотелось сказать. И давайте больше не возвращаться к этой теме.

Он сделал паузу и, опустив взгляд на листы, продолжил более теплым тоном:

– Перед каждым из вас на столе лежит схема, которая поможет при сдаче экзамена по философии. Считайте это шпаргалкой. Суть ее универсальна. Она охватывает весь курс лекций. В течение учебного года вы ознакомились с всевозможными философскими течениями и, чтобы в них не запутаться, вам и предлагается это. – Декан сделал паузу и поднял глаза на студентов. – Давайте, наконец-то рассмотрим. В центре вы видите круг. Надпись внутри – «субъект». Это тот, кто познает. Это каждый из нас. От него отходят четыре ветви, являющиеся базисными в философии, как науки, познающей космос. Рассмотрим первую ветвь. На конце ее вы видите слово в круге – «объект» – это то, что познается. От него три ветки. На их концах – три кружочка. «Человек» – это самопознание. «Общество» – люди, которых познают. «Природа» – в более широком смысле этого слова: все, что нас окружает. Конечно, эти три объекта взаимодействуют друг с другом и нельзя исключать влияние одного на другого. Философия лишь условно выделила человека и социум в отдельные категории. Все это: «человек», «общество» и «природа» объединены одним названием – космос. Наука же изучающая особенности взаимодействия между этими тремя объектами называется космологией. Итак, мы определились с объектами познания, но как мы будем их познавать? Какие принципы, методы и инструменты используются? Это проясняют остальные три ветви, отходящие от кружка «субъект». Первая ветвь – «принцип». На конце ее тоже три кружочка: «метафизический принцип», «диалектический принцип», «феноменологический принцип». По сути, они являются тремя ступенями одного процесса. Первый этап – метафизический. Он отвечает на вопрос «что познается?», то есть человек и общество, человек и природа, какие-нибудь процессы и так далее. Метафизический принцип позволяет нам четко определиться с предметом познания. Далее идет диалектический принцип. Он отвечает на вопрос «как?» Имеется в виду связи между объектами познания, как они взаимодействуют между собой. Последний в этой схеме принцип – феноменологический. Он отвечает на вопрос «зачем?» Вот тут я вам должен сказать, это самый сложный принцип, поскольку он задается вопросом не механики, ни как предметы познания взаимодействуют между собой, а для чего они это делают. В чем смысл взаимодействия? А теперь перейдем к следующей ветви. Она называется «инструмент». Ветвь для вашего понимания простая. Я думаю, что здесь не возникнет вопросов. Три кружочка – три класса инструмента. Первый – органы чувств человека и их продолжение, имеются ввиду измерительные приборы, которые более чувствительны и могут обладать более широким спектром. Второй – мышление и эксперимент. Третий – внутренние органы чувств человека. Последнее иногда называют интуитивными органами, хотя я не согласен с такой формулировкой. Вернее всего стоит их обозначить, как духовные органы чувств. Вдохновение, озарение и так далее – есть следствие активности этих органов. Нам не следует отдавать приоритет тому или другому инструменту познания. Каждый из них важен, и каждый из них играет свою роль в зависимости от ситуации. Древние очень часто делали ошибки, отдавая предпочтение какому-то одному классу инструментов, называя другие ложными. Для нас же ясно, все они необходимы в познании космоса. Причем под космосом я подразумеваю не только нашу конечную вселенную, но и иные миры, с другим количеством пространственных и временных координат. Кстати говоря, если вам интересно, то вы можете подробнее узнать об этом из специальной литературы, или заглянуть на сайт нашего учебного заведения в соответствующий раздел. Вам необходимо найти пункт «геометрия Юровского». Там в доступной форме вы прочтете о классификации миров по количеству пространственных и временных координат. А теперь приступим к последней ветке – «метод». По сути, инструмент определяет и метод. Так органы чувств человека формируют сенсуативный метод. Как нестранно, но научные приборы, фиксирующие состояние среды, тоже относятся к чувственному методу, но это скорее исключение, чем правило. Обычно к научному методу причисляют такие инструменты, как эксперимент и мышление. Наконец, внутренние органы чувств используются в трансцендентном методе познания космоса. Его еще называют мифологическим методом.

Декан опять сделал паузу и начал финальную речь:

– Итак, что есть философия? Все, что выше изложено и есть характеристика современной философии. Как видите, история познания идет по спирали. В Древней Греции считали философию родоначальницей всех наук. Потом эти науки обрели самостоятельность, а какая-то одна из них объявила свои методы и инструменты истинными, а остальные называла ложными. Что из этого перегиба вышло, каждый из вас знает – разрушение первоначальной гармонии познавательной способности человека. Теперь мы вновь вернулись к старому. Сейчас материалистическая наука – лишь один из методов познания мира, искусство – также. Все они объединены в единую систему под названием философия. Итак, что же есть философия, если говорить кратко. Философия – это система принципов, методов и инструментов, созидаемых человеком на протяжении всей своей истории, ради познания космоса.

Лекция кончилась, кончились и занятия.

Наступили выходные.

В эти дни Габриель не собирался ехать в дом родственников приемных родителей, но холодная весна сменилась долгожданным теплом, и он решил все-таки лететь, зная заранее, что не застанет хозяев на месте. Уединение – как раз то, что было ему нужно.

Не покидая общежития, Габриель заказал билет, и уже через час улетел в Лондон, оттуда добрался до Ливерпуля. Дальше – Саут-Йокшир. И вот, Вудхауз и долгожданное одиночество.

Его встретили полумрак комнат, тишина и чужие запахи. Так всегда случалось, когда он оказывался в знакомых местах, спустя много-много лет. Резкие и незаметные, приятные и раздражающие, запахи создали настроение. Что-то неуютное прокралось в душу Габриеля. Он не ощутил враждебности, но насторожился. Все ли здесь так, как в детстве? Раньше дом был знаком, и ребенком он излазил его, знал, как свои пять пальцев, но время превратило приют детства в неясное воспоминание, словно посмотрел на него сквозь мутные стекла лет, прожитых на другом континенте. Душа успокоилась – дом принял Габриеля. Он поднялся в комнату, расположенную на втором этаже.

В те года это была его комната. И Габриель почувствовал себя хозяином: вынул ноутбук, бросил сумку на кровать и сел за стол. Он сосредоточился на работе. Редактор журнала ждать не будет. Сроки поджимали. Ту пару слов, что выслал Габриель на электронную почту издательства месяц назад, приняли благосклонно. Теперь просили «расширить тезисы». Пальцы замелькали по клавишам.

«…Христос говорил нам, что нет пророка в своем отечестве, и здесь он акцентировал внимание на одном психологическом парадоксе. Назовем его кастовым предрассудком. Если не брать во внимание все детали, то суть его заключается в следующем. Существует распространенное предубеждение в отношении некоторых явлений. Это похоже на психологическую установку. Самовнушение. Оно звучит так: в мире происходят удивительные явления, рождаются неординарные люди, все это случается не здесь и не с нами.

Поразителен тот факт, что еврейство, готовясь к мессианству, определило рождение мессии у себя, но когда он явился миру, первые, кто не признал его избранность, были родные. Стоит сразу задуматься над этим противоречием: ожидали, но не признали. И подвергли сомнению богоизбранность Христа в первую очередь его родители. Определенные куски библии указывают на данный факт. Вспомним эпизод, когда к Марии прибежали люди, говоря, что Иисус вышел из себя, то есть сошел с ума. Здесь мы видим, что даже те, на глазах которых рос Спаситель, не поверили в его уникальность. Нам кажется, близкие наоборот должны отнестись более внимательно. Должна сработать родовая гордость, но не произошло этого. Почему? И тут мы переходим к механизму кастового предрассудка. Если каждый рисует идеальный образ мессии, то в яви он оказывается иным. Еврейство верило в приход великого учителя, но оно не думало, что бедная социальная среда, где он и родился, есть то лоно, которое возрастит его. Синдром Моисея. Как мы помним, он был приемным сыном фараона. Он жил в роскоши, но оставался евреем, получил, безусловно, хорошее образование, что закрепило развитие лидерских качеств. Поэтому, наверно, еврейство ожидало нечто подобное.

Во всем виновата, закрепленная на уровне подсознания, установка: все великое и невообразимое должно происходить и будет происходить где-то и тогда-то, но не здесь, не сейчас и не у нас.

Так обстоит дело с талантом и гением. «Все эти заоблачные категории, из мест настолько удаленных от нашего будничного сознания, что рядом с тобой вряд ли живет и здравствует талантливый человек, а что уж говорить о гении», – так говорит повседневность, так рассуждает серость. Но со времен Христа прошло много столетий и к великому нашему счастью данный кастовый предрассудок преодолен.

Но вернемся туда, откуда мы начали наше повествование. Обратим взор на личность Иуды. Появление его среди апостолов повергло великого учителя в смятение. Христос, как величайший психолог, сумел разглядеть в душе Иуды предпосылки будущего предательства. Именно с этого времени мы слышим заверения Спасителя о скорой смерти, и все это облекается в изречение: «один из вас предаст меня». Это не прозрение Иисуса, не проникновение в будущее, нет, Христос просто просчитал течение грядущих событий. Спаситель не бездействовал. Ученым теперь достоверно известно, что он проводил многочасовые беседы с Иудой. Сейчас бы это назвали психологическим тренингом. Назарей пытался вытравить из души апостола тот самый кастовый предрассудок, который принял гипертрофированную форму. Из-за него разум Иуды наполнился опасными противоречиями. Заблуждение породило конфликт идеального и реального. В душе апостола столкнулись в смертельной схватке две противоположности. Иуда желал видеть во Христе царя из царей, что-то вроде добродушного, благородного и справедливого предводителя, который освободит от римского ига еврейский народ и, когда это свершится, Иисус займет трон. Ни образный, ни духовный трон, а самый настоящий. Таков был идеал Иуды, но идеал столкнулся с реальностью. Явился не царь, а простой человек из Назарета, который вовсе не жаждал земной власти. Другими словами, Иисус своей личностью разрушил идеал Иуды о справедливом господине. Надежды рухнули. Все обратилось в прах. Для апостола Спаситель стал разрушителем. Почему же Иуда не мог помыслить иное? А все потому, что он не решился выйти за рамки кастового предрассудка. Ведь так приятно находиться внутри собственного невежества. Там тепло и уютно, а реальность непонятна. Никакие ухищрения Христа не помогли. Внутренний психологический конфликт не был разрешен. И речь здесь идет не о богоизбранности назарея. В этом Иуда не сомневался, ведь будущий правитель должен быть осенен перстом свыше, но равнодушие Иисуса к земной власти убило мечты Иуды-обывателя о справедливом властителе.

Предательство явилось самым легким выходом. Тридцать серебряников – мотив жадности – лишь маска, скрывающая истинные причины. Иуда просто стремился отомстить Спасителю, как человеку, который разрушил его идеал, но с другой стороны, физическая смерть Иисуса перечеркнула все надежды апостола на встречу с идеалом. Исправить ничего нельзя. Последний поступок несчастного: избавление от тридцати серебряников – шаг бессмысленный, проистекающий от полного отчаяния человеческой души, от безысходности. Мир рушится. Смыслов нет. Надежду на идеал он убил собственными руками. Депрессия и самоубийство.