Чтение онлайн

Все это казалось ему невинным удовольствием от случайной встречи. Ну какой вред могут принести ему их восхищенные речи? Но вот один из бродяг задал вполне серьезный вопрос:

– А не ищешь ли ты помощников, господин Разбойник? Может, тебе понадобятся крепкие парни для твоей работы?

Остальные мужчины одобрительно закивали и начали оживленно перешептываться между собой, но Брансена был так ошарашен, что он не стал прислушиваться к их перешептываниям. Такой возможности он не мог предвидеть, и поставленный вопрос требовал определенного ответа. Сможет ли он организовать группу людей и встать во главе отряда? Хватит ли у него сил, чтобы собрать этих оборванцев и сколотить из них войско, достаточное, чтобы противостоять власти правителя?

Брансен не был готов к такому повороту дел, но, прежде чем он открыл рот, чтобы объяснить свой отказ собеседникам, его внимание привлек один предмет в руках бродяги – довольно обычный нож с закругленной костяной рукояткой.

– Можно я посмотрю твой нож? – спросил Брансен, протягивая руку.

– Что? – не сразу понял бродяга, но, проследив за взглядом Разбойника, поднял руку с ножом. – Вот этот? – снова спросил он и протянул нож Брансену. – Он довольно старый и неказистый, но прекрасно держит заточку, можешь не сомневаться!

Брансен взял в руки нож. Несметное число раз в руках Гарибонда на берегу озера он видел точно такой же нож. Приятные воспоминания нахлынули теплой волной, и Брансен принялся рассматривать этот предмет. Он повертел его в руках и внезапно на рукоятке, чуть пониже лезвия, заметил пятнышко, а на самом лезвии – небольшую зазубрину. Брансен широко раскрыл глаза и неподвижно замер. Не могло быть на свете второго ножа с таким же пятном и зазубриной.

Много раз он видел этот самый нож в руках Гарибонда. Перед его глазами возникли такие знакомые руки, отрезающие самые вкусные куски от окуня или форели. Брансен видел это так ясно, словно действие происходило перед его глазами здесь и сейчас.

– Где ты его взял? – спросил Разбойник изменившимся голосом.

Бродяга уловил серьезность в его тоне и стал что-то растерянно бормотать.

– Что? Это старье? Нож у меня с самого детства. Отец… Да, мне подарил его отец.

Брансен сердито взглянул на бродягу.

– Этот нож мне знаком, – сказал он. – И он никогда не принадлежал твоему отцу.

– А, ты спрашиваешь про этот нож? – бродяга никак не мог сообразить, в чем дело, и стал заикаться. – Ты прав, отец подарил мне другой ножик. А этот я нашел, нашел несколько лет тому назад.

– Где?

– Ну, я сейчас и не припомню.

В руке Брансена сам собой появился меч, и он наставил лезвие на задрожавшего мужчину. Один из бродяг пронзительно вскрикнул, другой попытался всех успокоить.

– Где-то на озере, – промямлил перепугавшийся бродяга.

– Значит, ты взял его в доме на озере. В доме Гарибонда Вомака.

Мужчина замотал головой и выдавил несколько невразумительных фраз.

– Ну да, это был дом старины Гарибонда, – произнес кто-то из бродяг. – Я знал Гарибонда Вомака, он был отличным человеком.

Брансен опустил свой меч.

– Был?

– Ну да, Гарибонд когда-то жил в том доме, где нашли этот нож.

– А где он сейчас?

– Гарибонд Вомак? – мужчина пожал плечами. – Насколько я слышал, он умер, должно быть, так оно и есть. Многие потом ходили в тот домик и брали то, что могло еще пригодиться.

В глазах Брансена полыхнула ярость.

– Эй, так всегда бывает, – вступил в разговор еще один бродяга. – Многие из крестьян нуждаются в самом необходимом. Когда кто-то умирает, мы не даем вещам пропасть зря.

– Гарибонд не мог умереть! – воскликнул Брансен.

– Значит, он ушел куда-то много лет назад. А это одно и то же, – доказывал свою правоту бродяга с ножом.

Брансен тряхнул головой. Какая-то бессмыслица. Гарибонд не мог умереть. Что там говорил брат Реанду? Что он переселился на юг… Но Брансен прекрасно помнил, что монах при этом отвел взгляд. Припомнилось и предыдущее посещение озера, и незнакомцы, которые занимались домашними делами и ловили рыбу, словно были у себя дома.

Странная дрожь возникла у основания спины и поползла вверх. Гарибонд мертв? Мысль ударила, словно вспышка молнии. Он никогда не задумывался о такой возможности. Гарибонд был главной опорой его жизни, все десять лет Брансена поддерживала мечта вернуться домой.

– Что вы еще знаете? – резко спросил он у бродяг.

– Я знаю, что ты все еще держишь мой нож.

– Нож Гарибонда, – поправил его Брансен, и тон его голоса удержал бродяг от дальнейших споров.

Но Брансен уловил и появившееся на лицах мужчин разочарование. Они пригласили его к костру, разделили с ним ужин, хотя возможность поесть досыта появлялась у них не так уж часто. Они предложили ему свою помощь.

Эти люди считали его своим героем.

Брансен воткнул нож в землю у ног бродяги.

– Гарибонд не умер, – сказал он. – И когда я его разыщу, я попрошу вернуть этот нож.

– Нет, теперь он мой, – дерзко заявил бродяга, хватаясь за рукоятку. – Он у меня уже почти десять лет!

Эти слова чуть не сбили Брансена с ног. Он неловко шагнул назад, потом резко повернулся и унесся прочь, через лес и поле, назад в монастырь, подальше от этого места, где его настигли ужасные известия.

Но мрачные мысли не отставали от него ни на шаг.

Баннарган шел по улицам Прайдтауна, разговаривал сам с собой, вспоминая последнюю встречу с лордом Прайди. Не часто ему приходилось видеть своего друга таким взволнованным и целеустремленным. Непрерывная угроза вторжения в Прайд армии Этельберта держала правителя в постоянном нервном напряжении, да еще и этот Разбойник… Каждое утро за завтраком Прайди не мог говорить ни о чем другом. Он постоянно требовал от Ренарка и Баннаргана найти хоть какие-то нити, ведущие к дерзкому грабителю. Каждый день они перебирали одни и те же истории. Прайди дошел до того, что просил Ренарка обратиться за помощью к Берниввигару; на подобную просьбу его могло толкнуть только крайнее отчаяние.