Чтение онлайн

– Мы еще посмотрим, – выразительно произнес Берниввигар и своим взглядом пробудил некоторую надежду в душе принца.

– Прошу нас извинить, мой принц, будущий полноправный правитель Прайда, – вмешался отец Же-рак и грозной гримасой заставил умолкнуть брата Бателейса. – Братья Абеля ежедневно возносили за вас молитвы. Мы рады, что ваша жизнь спасена, и скорбим о вашей утрате, которая является огромной потерей и для всех земель Хонсе. Мы сделали все, что могли, и впредь продолжим наши усилия. Группа самых способных братьев с самыми могущественными камнями в любой момент будет в вашем распоряжении. Если этого будет недостаточно, мы отправим гонца за помощью к магистрам Санта-Мир-Абель.

– Да вы и сами прекрасно знаете, что больше ничем не можете помочь, – презрительно прервал его жрец. – Неужели вы намерены тянуть время и возбуждать надежды принца Прайди, хотя ваша церковь уже исчерпала свои возможности?

– Может, тебе лучше придержать язык, старый самхаист, – неожиданно резко огрызнулся отец Жерак.

– Мне приходилось держать не один язык, – ответил Берниввигар и поднял руку ладонью вверх. – Я вырезал их из ртов не заслуживающих внимания дураков и лишал их возможности болтать ради того, чтобы достойные люди обрели утраченный голос.

В это мгновение Прайди понял, что Берниввигар намекает на старинный обычай самхаистов приносить человеческие жертвы в медицинских целях. Он сосредоточенно посмотрел в глаза жреца, и тот ответил ему многозначительным взглядом.

– Отец Жерак, – заговорил принц, все еще глядя на самхаиста. – Я ничуть не умаляю ваших заслуг и благодарен братьям за помощь раненым. Если бы не они, меня бы с вами уже не было. А теперь успокойтесь, прошу вас. Братья Абеля хорошо зарекомендовали себя во время похода. Но пора прекратить этот бесполезный спор.

– Да, мой господин, – отозвался отец Жерак.

– Нам еще о многом надо позаботиться, – перевел разговор на другую тему Ренарк. – Принц – лорд Прайди – будет коронован на следующей неделе. Эта церемония продолжит череду празднеств по поводу доблестной победы над красными шапками. Полчища поври изгнаны с наших земель, и больше никогда люди не станут бояться кровожадных карликов на дорогах.

При этих словах Прайди и Баннарган обменялись понимающими взглядами. Слов нет, победа на востоке была значительным событием, и кровь поври на несколько дней окрасила прибрежные скалы и волны прибоя. Но лорд Этельберт и лорд Делавал, командующие основными силами людей, не стали настаивать на окончательном истреблении карликов. И Баннарган и Прайди прекрасно понимали, что причина кроется не в усталости воинов. Нет, решение позволить ускользнуть некоторому количеству врагов было осознанным и взвешенным, о чем знали или догадывались все правители, принимавшие участие в кампании. Угроза нападения поври сведена к минимуму, чтобы не препятствовать развитию торговли и сообщению между отдельными владениями. Но в то же самое время некоторая опасность должна оставаться. Так, небольшое беспокойство, дабы все лорды Хонсе могли надежнее держать своих подданных в границах владений. При наличии рассказов о поври и гоблинах, рыскающих по лесам, крестьяне не станут задавать лишних вопросов своим покровителям-лордам.

– Вы можете нас оставить, – произнес Прайди монахам, а сам повернулся к Берниввигару и добавил: – А ты немного задержись.

Старый самхаист окинул отца Жерака самодовольным взглядом и поклонился. Брат Бателейс начал что-то недовольно бормотать, но отец-настоятель жестом призвал его к молчанию.

– Как прекрасно, что братья Абеля смогли спасти вашу жизнь, мой добрый принц, – произнес отец Же-рак, проходя к выходу. – Прайд-касл оказался бы в запустении без гордого сына лорда Прайда.

Принц ничего не ответил, только коротко кивнул монахам на прощанье.

– Нам надо обсудить несколько важных вопросов, господин, – заговорил Ренарк, и принц сделал вид, что внимательно его слушает.

Но как только закрылась дверь за братьями Абеля, Прайди переключил все внимание с лорда-регента на самхаистского жреца.

– Ты говорил о принесении в жертву языка ради восстановления голоса.

– Да, так оно и было, – подтвердил Бернивви-гар. – Когда все другие способы оказывались недостаточно эффективными.

– К чему можно применить такой способ?

– К чему угодно, если жертва предназначена Древним Предкам. Я сам видел, как убивали людей, чтобы другие могли подняться со смертного ложа. И я видел вырванные глаза, принесенные в жертву, чтобы более достойные люди могли видеть.

Прайди вздохнул и опустил голову.

– А что до вашей… болезни, – деликатно сказал Берниввигар, – то вы опасаетесь, что станете последним представителем рода Прайдов…

– Я уже почти убежден в своем бессилии, – признался принц.

– Кастрация другого человека может принести пользу в зависимости от тяжести ранения и благосклонности Древних Предков.

– Благосклонности?

– Таковы боги, мой господин, – ответил Берниввигар. – Среди смертных вы занимаете самое высокое положение. Для жителей Прайда вы почти божество, но для Древних Предков все мы ничтожно малы.

Принц некоторое время молча обдумывал слова жреца. Потом облизнул пересохшие губы и посмотрел на Баннаргана. Тот молча кивнул головой.

– Что для этого нужно сделать? – спросил бу-дущий правитель.

– Найти жертву, конечно.

– Какие для этого требования?

Берниввигар рассмеялся:

– Только наличие половых органов, мой господин. Подойдет любой мужчина, хотя я не советовал бы выбирать слишком старый и болезненный экземпляр.

Злорадная улыбка исказила лицо самхаиста, и принц отвернулся, чтобы не видеть его самодовольства.

– В городе проживает один мальчишка, – заметил Берниввигар.

– Это не тот, который ходит, как аист? – вступил в разговор Ренарк, и Берниввигар, не переставая злобно ухмыляться, кивнул головой.

– Я не понимаю, почему он до сих пор занимает место под солнцем. Древние Предки вряд ли одобряют существование такого беспомощного калеки, – внушительно заметил старый самхаист.

– Тот мальчишка на дороге? – спросил Баннарган у Прайди. – Тот, который дергается на каждом шагу и залит соплями и слюной?

– Прекрасный образчик, не правда ли? – добавил жрец. – Возможно, когда я с ним покончу – с вашего разрешения, конечно, мой господин, – я свершу акт милосердия и положу конец его несчастному существованию.