Чтение онлайн

– У меня нет ничего настоящего,- благодушно отвечал Эцца.- Я актер, и если были у меня свои качества, я о них забыл. Я не разбойник и не гид. Я маска на маске, а с личинами не сражаются.

Стемнело, но все же было видно, что разбойники скорее пугают коней, чем убивают людей, словно городская толпа, мешающая полиции проехать. Поэт в удивлении глядел на них, когда кто-то коснулся его локтя. Рядом стоял низенький священник, похожий на игрушечного Ноя в широкополой шляпе.

– Синьор Мускари,- сказал он,- простите мне мою нескромность. Не обижайтесь на меня и не спасайте жандармов. Любите ли вы эту девушку? То есть достаточно ли вы ее любите, чтобы жениться на ней и быть ей хорошим мужем?

– Да,- сказал Мускари.

– А она вас любит?- продолжал отец Браун.

– Наверное, да,- серьезно отвечал Мускари.

– Тогда идите к ней,- сказал священник,- и предложите ей все, что у вас есть. Время не терпит.

– Почему?
– удивился поэт.

– Потому,- сказал священник,- что беда скачет к ней по дороге.

– По дороге скачет спасение,- возразил Мускари.

– Вы идите,- повторил священник,- и спасите ее от спасения.

Тем временем разбойники, ломая кусты, кинулись врассыпную и нырнули в густую зелень, а над кустами возникли треуголки жандармов. Снова раздалась команда, люди спешились, и высокий офицер с седой эспаньолкой появился тем, где они недавно падали в Разбойничий рай. И вдруг банкир закричал:

– Меня обокрали!

– Тебя давно обокрали,- удивился его сын.- Прошло часа два, как они забрали две тысячи.

– У меня забрали не две тысячи, а маленький флакон,- в спокойном отчаянии сказал банкир. Офицер с эспаньолкой шел к ним. Проходя мимо бывшего короля, он не то ударил, не то похлопал его по плечу и сказал:

– За такие штуки может и не поздоровиться.

Поэту показалось, что великих разбойников ловят не совсем так. Офицер подошел к Харрогитам и чётко произнес:

– Сэмюэль Харрогит, именем закона я арестую вас за растрату банковских фондов.

Банкир как-то деловито кивнул, подумал, повернулся, ступил на край лужайки и прыгнул точно так же, как несколько часов тому назад. Но теперь внизу не было зеленого рая.

Итальянский жандарм выразил священнику и возмущение свое и восхищение.

– Великий был разбойник,- сказал он.- Какую штуку придумал! Сбежал с деньгами в Италию и нанял этих типов. В полиции многие поверили, что речь идет о выкупе. Он раньше творил бог знает что. Большая потеря!..

Мускари уводил несчастную дочь, и она доверилась ему - надолго, на всю жизнь. Но даже в таком смятении он улыбнулся, проходя мимо Эццы, и спросил:

– Куда же ты теперь отправишься?

– В Бирмингем,- отвечал актер, раскуривая сигарету.- Я тебе сказал, я человек будущего. Если я во что-нибудь верю, я верю в перемены, в хватку, в новизну. Поеду в Манчестер, в Ливерпуль, в Халл, в Глазго, в Чикаго - в современный, деловой, цивилизованный мир.

– Словом,- сказал Мускари,- в разбойничий рай.