Чтение онлайн

Светка отпустила мою руку и отмахнулась от очередной спланировавшей бумажки, потом, нахмурившись, подняла ее, когда та коснулась асфальта.

– Петь, прочитай, - быстро пробежав глазами по надписи, сестренка протянула мне небольшой листок.

На нем красивым, почти каллиграфическим почерком было написано:

«Хочешь стать сильной? Хочешь жить уверенно и не бояться будующего? Приходи на площадь Победы и присоединяйся к нам! Не будь пресмыкающейся тварью, будь владыкой мира!»

Сигизмундовна, прочитавшая бумажку через мое плечо, покачала головой:

– Ой, не нравится мне это… Совсем не нравится… Особенно то, что мы идем именно туда.

– Петь, наш брат он стал владыкой? Раз тоже на этой площади, - уставилась на меня Светка.

Я комкал бумажку и запихал ее в карман.

– Не знаю, сестренка, но, думаю, нам надо быть как можно осторожнее. В конце концов мы раньше с Еремеем знакомы не были, и не знаем, чего можно от него ожидать.

Мы поняли, что подходим к площади Победы заранее, еще даже не увидев ее. Мы ее почувствовали по запаху.

Ветер доносил до нас запахи дыма, каши и человеческих испражнений. Мы все дружно морщились, не привыкшие к такой какофонии ароматов. Причем преобладал самый неприятный запах.

Да, туалетов нигде не было, но даже в Свободном, до того, как он стал Свободным, делали что-то вроде деревянных домиков. А, если порыться на аукционе, можно найти занятный элексир – уничтожитель различных выделений человеческого тела. Звучит мудрено, зато стоит всего два маленьких надеждика и под чистую убирает все то, что не стоит за собой оставлять. Когда мы не могли воспользоваться туалетом в шатре, то использовали этот элексир. И оставляли за собой чистоту, хотя в лесах наши… хм… выделения особо вреда не несли, людей там сейчас было мало.

А вот тут… Стоило завернуть за очередной поворот, как в углу нас приветствовала неприятно воняющая кучка.

– Фу… Свиньи! – Светка едва сдержала рвотный позыв и быстро отбежала подальше.

– Свиньи весьма чистоплотные зверюшки, - произнесла Сигизмундовна, прикрывая нос ладонью. – Не стоит их так оскорблять. Тут все намного хуже.

Стоило выйти на прямую дорогу до площади, как перестали помогать и ладонь Сигизмундовны, и платок у лица, которым прикрывалась Светка. Птицына крепилась, не пользуясь никакими средствами уменьшения запахов просто потому, что держала в руках Боя. Чтобы не вляпался ни во что особо вонючее своими лапами-растопырками. А я доверял Холодечику, который все-таки обладал каким никаким умом и все подозрительное обходил по дуге. Но нос тоже не закрывал, боясь отвлечься и упустить из виду что-то важное.

Но упустить было сложно. После следующего поворота дороги перед нами, наконец, открылся вид на площадь. Конечно, увидеть всю ее было невозможно, так как размером она была около десятка тысяч квадратных метров. Не Красная Площадь, конечно, но тоже не мало. Но и Площадью Победы она называлась неофициально, просто прилипло название от местных жителей. Но сейчас я бы назвал ее площадью бомжей.

Впечатление было так себе.

По самому краю, почти упираясь в край брусчатки, которой была устлана площадь, стояли какие-то подобия палаток. Хотя их так можно было назвать с трудом. Какое-то рванье, накинутое поверх разнокалиберных палок, ящиков, кирпичей и другого мусора.

Где-то рядом с этими палатками сидели люди. Догадываюсь, что женщины, хотя по виду сложно угадать. Грязные, в тряпье вместо нормальной одежды, худющие и усталые. Кто-то плакал, кто-то бился в истерике, кто-то громко ругался. И ни одного радостного возгласа или смеха. Сплошь депрессия и уныние.

– Петь… Кто это? – тихо и испуганно спросила меня Светка, когда мы проходили между двух таких странных подобий жилищ, где сейчас какая-то женщина неопределенного возраста с сальными волосами и пустыми глазами мешала что-то не очень приятно пахнущее в ржавом котелке, стоящем на камнях у небольшого костерка.

– Люди… - только и смог процедить я. На меня смотрело две пары изнеможённых глаз, провожавших наши неспешные шаги. Эти женщины, одетые во что-то больше похожее на мешки, похоже, устали ругаться и теперь переключили свое внимание на нас.

Светка и Птицына прижались ко мне с разных сторон, а Сигизмундовна шла чуть позади, вертела головой и нашептывала какие-то слова, очень похожие то ли на проклятия, то ли на ругательства. Кругом все женщины были от нулевого до третьего уровня. Это еще постараться надо, чтобы на таком развитии застрять.

Пройдя два ряда таких ужасных жилищ (а это были именно жилища, о чем говорил нехитрый скарб внутри них, и кое-где - спящие внутри люди), мы оказались около палаток получше.

Тут уже были именно хорошие двух-, а то и трехместные кемпинговые палатки. Сюда уже почти не долетал запах из соседних с площадью улиц, из которых устроили общественный туалет. И здесь почти не было людей снаружи, а редкие встречные были заняты каким-нибудь делом – приготовлением еды, шитьем, чтением незамысловатых книжонок, тренировками с простеньким оружием. Тут уже и уровень людей был повыше. Где-то вдалеке я углядел молодую девушку тринадцатого уровня, которая в это время ела что-то из деревянной миски. Здесь уже не было ругани и плача, но и ничего радостного тоже не наблюдалось.

Здесь мои девчонки немного расслабились, отклеились от меня и начали с любопытством вертеть головами.

Сразу за этим рядом, в нескольких метрах, уже виднелся следующий местный «социальный статус». Это были уже практически домики, похожие на бытовки. И располагались они более хаотично, чем палатки, но, похоже, тоже шли кругом по площади. Хотя я мог это только предполагать, для подтверждения пришлось бы обойти всю площадь.

Тут уже людей видно не было, если кто сейчас здесь и обитал, то находился внутри домов. Только одна мрачная дама 21 уровня прошла мимо нас и хмуро окинула взглядом всю нашу компанию, после чего недовольно хмыкнула и тут же потеряла к нам интерес.

Я услышал, как ей в ответ также сердито цыкнула Сигизмундовна. Даже обернулся, но увидел лишь кислое выражение лица бабки, которой все окружавшее нас, совершенно точно, не нравилось.

Наконец, протиснувшись между очередными, близко стоящими друг к другу вагончиками, мы вышли на свободную территорию площади. Теперь нам стало очень хорошо видно довольно большое кирпичное трехэтажное здание метрах в ста от нас. На нем, между вторым и третьим этажами, горделиво красовалась надпись, похоже, оставшаяся еще с советских времен: «Двор ц кут ь ры и тех ик ». Несмотря на то, что некоторые буквы стерлись от времени, догадаться, что это был «Дворец культуры и техники», было не сложно.