Рассказы
Шрифт:
– Туда заходят поодиночке.
– Ирка кивнула на контейнер.
– Вдвоем не уйти: это физически невозможно. Да и получится ли? Мечты, знаешь ли, у всех разные.
До контейнера мы дошли молча. Дверь открылась бесшумно, Ирка сделала приглашающий жест, и я шагнул внутрь. Ничего особенного: обычное зеркальное яйцо, только изнутри оно кажется гораздо больше, чем снаружи. Я почувствовал разочарование туземца, которого впервые привезли в большой город, а там оказались такие же кроссовки и холодильники, что и дома под навесом.
– Вряд ли я делаю мир лучше, - вдруг сказала Ирка.
– Но я хотя бы помогаю тем, кому тут совсем плохо. Потому что они имеют право уйти, понимаешь? А ты...
– Не имею права?
– поднял брови я.
– Ты сильнее этого, - тихо сказала она.
– Мне кажется.
– Может быть, я найду силы вернуться, - сказал я.
– Может быть.
Мы помолчали.
– Сейчас контейнер закроется, - заговорила Ирка.
– Начнется переход. Потом дверь разблокируется, и ты сможешь выйти. Главное, не волнуйся. Там тоже есть Служба - если захочешь, тебе помогут вернуться. Полгода у тебя есть, пока жив сигнал.
– Я понял.
– Я наклонил голову.
– Иришка, я...
Она покачала головой. Вокруг загудели невидимые машины.
– Но мы больше не встретимся.
– Ирка сделала шаг назад, и дверь начала медленно закрываться.
– Ты не вернешься, а я за тобой не пойду. Мне, собственно, вообще из этого мира деваться некуда: я из тех неудачливых двух процентов, на которых переход не срабатывает. Может, мешает устойчивость к гипнозу, не знаю. Или железное здоровье: меня даже простуда не берет. Я была лабораторной крысой четыре раза, и каждый раз выбиралась из ящика здесь и сейчас. Так что забудь, что я плела про прелести родного мира: зелен виноград. Живи счастливо.
– Ирка...
Я шагнул к ней, но она уже отвернулась. Мелькнула прядь волос, блеснула, закрываясь, дверь, и свет погас. А я не успел даже сказать "спасибо".
Гудение становилось все громче: голова начала болеть. Рубашка мигом взмокла. Я глубоко вздохнул. Все будет хорошо. Просто отлично. Просто замеча...
Но Ирка так и не увидит чуда. Никогда. И почему я с ней не попрощался?
Перехода я не ощутил. Просто тысячи мельчайших песчинок кольнули лицо, впились в кожу рук, и все звуки на миг смолкли.
Я уже там, понял я. Это другой мир.
Конейнера больше не было: я стоял на опушке леса. Где-то поблизости плескалась вода. Пахло травой и костром. В лицо дунул прохладный ночной воздух. Здесь тоже было лето. Я вспомнил каникулы на Волге: такие же звезды над головой, осока у песчаного берега, далекий огонек костра в лесу.
Я прикрыл глаза, только сейчас осознавая, что дело сделано. Для своего мира я все равно, что мертв - или буду мертв через полгода. Я вспомнил о бабушке, которая зайдет в пустую квартиру. О новом ландшафтном проекте на Вернадского, которого я ждал три года. Об Ирке, которая совсем одна.
Нет. Не сейчас. Потом.
От костра доносились мальчишеские голоса. Я подумал и направился на огонек.
Потертые палатки, желтые и темно-синие, светлели среди мокрых сосен. У костра сидели шестеро мальчишек и невысокий парень лет тридцати. Темный котелок исходил паром и запахом грибов. Завидев меня, парень приветливо махнул рукой.
– Издалека идешь?
– Ищу друзей, - ответил я.
– Кажется, я немного заблудился.
– Присаживайся.
– Он широким жестом указал на место у костра.
– Переночуешь с нами, утром выйдешь на дорогу. Если что, кто-нибудь из ребят проводит.
– Вы местные?
– Ну да. Тут городок неподалеку, Веткино - может, слышал?
Я моргнул.
– Еще бы. Я там родился.
– Неужели земляк? Из второй школы?
– Ага.
– Я присел у костра, и кто-то из ребят сразу передал мне кружку с горячим чаем.
– Спасибо... Пятнадцать лет назад закончил. А ты?
– Десятый год там физкультуру преподаю, - блеснул зубами парень.
– Алексей.
– Дима.
– Учу ребят морскому делу.
– Алексей смущенно улыбнулся.
– Нам должны завтра семь швертботов выдать; с утра пойдем на лодочную станцию. Повезло, что у меня почти все одноклассники в Веткино остались: без них я бы не справился. Кто с верфью договорился, кто транспорт нашел. Вот, готовимся к походу.
Ну ничего себе...
– А как же твои одноклассники не разъехались после школы?
– осторожно поинтересовался я.
– Не скучно им здесь?
Алексей покачал головой.
– С тех пор, как завод переоборудовали, у нас тут не хуже, чем в Академгородке. Куча народу приехала обратно. А ты давно дома не был?
– Давно.
– Я потер лоб.
– Мои друзья... разъехались. Их больше нет.
– Через Службу ушли, что ли?
Я вздрогнул.
– У меня девушка так сбежала, - серьезно произнес Алексей.
– Не вздрагивай, я рассказал ребятам. Так что и у нас не все безоблачно.
– А безоблачно никогда не бывает, - сказал кто-то хрипловатым баском.
Веткино... завод... вторая школа... Какой знакомый мир.
Я достал из кармана коммуникатор. Как ни удивительно, здесь сеть работала так же. Найду своих. В конце концов, ради чего я сюда попал?
"Абонент недоступен".
Нет. Нет! Они же должны были быть здесь!
Куда меня выбросило?
Экран коммуникатора мигнул и погас. Ну да, сели аккумуляторы. Если неделю не заряжать, жди приятного сюрприза в самый подходящий момент.
Я встал.
– Димка, ты куда?
– окликнул меня Алексей.
– В город, - бросил я.
– Спасибо вам, ребята.
Я шел по шоссе. Накрапывал дождь, но не это меня беспокоило.
Моих друзей здесь нет.
Это не тот мир, о котором я мечтал. Пусть он и похож на мои фантазии: родной город, откуда не уезжают, друзья, которые остаются вместе...
Почему же я здесь? Сознание сканируется в момент перехода: о чем я мечтал в ту минуту? О друзьях, о родном городе?