Распутанный
Шрифт:
— Пойдем. Сама увидишь.
Глава 5
Мэри Энн ждала трагедии, даже смерти. Она готовилась к эмоциональному потрясению, независимо от того, что это будет — горе, угрызения совести, печаль или все вместе взятое. То, что она увидела, застигло ее врасплох, счастье и облегчение затопили ее.
Комната Эйдена была опрятной и чистой, на столе аккуратно лежали бумаги, а в воздухе ощущался изумительный запах роз и жимолости. Эйден лежал на кровати, зарывшись в покрывала. Он был бледнее обычного, под глазами темнели круги, черные волосы со светлыми корнями были в беспорядке и прилипли к коже головы. Его тело тряслось, но в остальном он казался целым и здоровым. Она прижала руку к своему глухо бьющемуся сердцу и широко улыбнулась.
И все же Виктория сидела рядом с ним, поглаживая его руку, слезы текли по ее лицу. К чему слезы? Он ведь жив.
— Не понимаю, что происходит, — произнесла Мэри Энн, сильнее прижимаясь к Райли.
— Он воняет Фэем. — Виктория задвигалась под покрывалами и обняла Эйдена всем телом. — Мой бедняжка, — проворковала она. — Ты холодный, как лед. Давай я согрею тебя.
Спящий или нет, должно быть, Эйден признал свою девушку, потому что повернулся к ней и крепко обнял за талию. Постепенно он перестал дрожать.
— А что плохого в том, чтобы пахнуть как Фэй? — спросила Мэри Энн. Все, что она чувствовала — это приятный запах роз и жимолости. Она глубоко, с наслаждением вдохнула, желая забрать флакончик таких духов домой.
На самом деле, когда она закрыла глаза, то увидела себя кружащейся на лугу, в зарослях роз, в радуге нежных ароматных лепестков. Тепло. Птицы поют. Пасмурное голубое небо, пышные белые облака. Эта картина умиротворяла ее, и желудок впервые за этот день полностью успокоился.
— Вонь не исчезнет полностью, поэтому наши люди ни за что не последуют за ним. Они взбунтуются, потребуют нового лидера. Но чтобы этого добиться, они убьют его. — Слезы снова потекли из глаз Виктории. — И, предполагается, что он выступит перед ними. Сегодня!
Последнее прозвучало зловеще.
— Это не самое худшее, — серьезно произнес Райли. — Я не рассказал вам, как он оказался в этом состоянии.
Веки Мэри Энн резко распахнулись, цвета и пятна исчезли. Так странно. На секунду она могла бы поклясться, что действительно была на том лугу.
Райли сказал что-то на языке, который Мэри Энн не знала, и Виктория побледнела.
— Для людей — мистер Томас, — закончил он по-английски.
— Кто? — спросила Мэри Энн. — И что ты сказал? До этого?
— Я назвал имя принца Фэй, который втянул Эйдена в Сказку, — сказал Райли. — Нельзя произнести имя фей человеческим языком, поэтому они используют сокращенные имена, пока находятся здесь. В общем, он дал клятву на крови, что уничтожит всех членов семьи Виктории из-за их участия в смерти его брата.
— Эйден теперь часть королевской семьи, — выдохнула Виктория.
— Как видишь, с ним все в порядке по большей части, но… был бой, — продолжил Райли. — Я проигрывал. Эйден вселился в тело принца, чтобы помочь мне убить его… чтобы победить.
Подождите. Ска…зка?
— Сказка — это…
— Измерение, которое сосуществует с нашим и изучает его. То есть, пока они там, они видят нас, а мы их — нет. Вот поэтому у них всех развился комплекс Бога, и они считают себя смотрителями и защитниками этого мира.
Другое измерение? Серьезно?
«Почему ты так удивлена?» Мэри Энн узнала, что всякое существо, о котором она думала, как о… ну, о сказочном, на самом деле тайно существовало. Или уже не так и тайно.
Виктория посмотрела на Райли с таким же серьезным выражением, каким был и его тон.
— Где принц сейчас?
— Все еще в Сказке. Эйден может пробуждать мертвых, а я не хотел, чтобы фейский зомби-принц гулял на свободе, поэтому я быстренько унес Эйдена сюда. Нужно много чего там почистить, и мне придется заняться этим до того, как кто-то из фей обнаружит останки… — Его взгляд метнулся к Мэри Энн. — Я имею в виду, мм, не берите в голову. Мне просто нужно уйти на несколько минут.
Она знала, что он боялся ее реакции на насильственную сторону его натуры, на вещи, которые он делал и еще сделает однажды. Еще она знала, что разразится война, если «останки» найдут. Куда большая, чем уже была.
Так что не о чем было говорить. Что бы ему ни было нужно сделать для выживания, она хотела, чтобы он это сделал. Она отпустила его.
— Тогда иди. Мы позаботимся об Эйдене, пока тебя нет.
Он стоял неподвижно, пока ждал ее ответа, теперь же расслабился.
— Спасибо.
После быстрого, жадного поцелуя, и сказанного шепотом «будь осторожна», Райли шагнул в каморку и вскоре исчез из виду. Послышался шорох падающей одежды, а затем… ничего. Нахмурившись, Мэри Энн подошла и заглянула внутрь. Он ушел. Исчез. Покачиваясь, она прошла к единственному стулу в комнате и плюхнулась на него. Ее ноги ощутили облегчение, даже несмотря на то, что мысли продолжали вертеться.
«Теперь Райли был в Сказке? В той каморке был портал? Если да… поговорим о странностях!»
— С ним все будет в порядке, да? — спросила она Викторию.
Вампирша полностью была поглощена Эйденом, проводя кончиками пальцев по его лицу и целуя линию его челюсти. Опаловое кольцо, которое она всегда носила, сверкнуло на свету, словно в нем были заключены кусочки радуги.
— Да. Райли придется открыть портал, поэтому он станет невидимым, а потом он…
Неожиданно дверь спальни распахнулась, и вошел парень, которого Мэри Энн никогда не встречала. Он остановился, когда обнаружил Викторию в постели с Эйденом и сидящую за столом Мэри Энн. Его глаза сузились, очевидно, он оценивал ситуацию. Были в нем те же опасные черты, что и в Райли, будто он делал вещи… тяжелые, опасные вещи.