Чтение онлайн

— Традиция — это великолепно. Но не обязательно же цепляться за них в мелочах. Мне этот дым глаза выел. Уж здесь можно было бы сделать более приличное освещение.

Мэр важно кивнул пышным париком.

— Вы совершенно правы, господин первый советник.

— На худой конец можно перенести совещание ко мне в лабораторию, — добавил магистр, зябко ежась. — Там, по крайней мере, не так дует.

Леа сонно качнулась, чуть не упала, но все-таки удержалась на ногах. Она безразлично взглянула на сидящих за длинным столом, покрытым красной бархатной скатертью, расшитой золотом. Позолоченные бронзовые подсвечники казались отлитыми из чистого золота. Все было пышно, богато и красиво. Во главе стола расположился его превосходительство господин мэр — толстый румяный старичок, не потерявший, однако, живости движений, хотя пустой взгляд выдавал, что прошедшие годы все-таки не канули бесследно. Его мантия была оторочена белым мехом с черными искрами.

Справа от него находился уже знакомый Леа первый советник магистрата, бережно нянчивший перевязанную руку. Слева — высокий худой человек с нездоровой желтой кожей лица, припорошенной крошечными черными оспинками. Судя по красной мантии, он тоже был советником. Магистр не изменил белому халату.

— Меня удивляет ваше легкомыслие, господа, — проскрипел второй советник. Голос у него был соответствовал внешности — нездоровый, задыхающийся.

— Почему? — ласково осведомился магистр.

— Это совершенно необходимо, причем не столько для нас, представителей системы управления, сколько для простонародья. Внешне мы не имеем права сильно отличаться от них. Иначе это вызовет сильнейшее раздражение простолюдинов, и трудно предсказать его последствия.

— Пусть ненавидят, лишь бы боялись, — полыхнул глазами первый советник. — Меня не пугает возмущение так называемого народа.

— Вы настолько уверены в прочности своего положения? Только чувствуя за спиной большую силу, можно позволить себе говорить так, — заметил второй советник. — Я предпочитаю опираться на внутренние императивы, а не на средства подавления и оружие. Во всех правилах и установлениях, пусть даже самых бессмысленных, заложена глубокая суть. Нам необходимо, чтобы каждый простолюдин ощущал наличие этой сути, знал, что за ней следят непрестанно, неусыпно и непреклонно. Что малейшее несогласие с нею будет неотвратимо и жестоко караться. Следя за этим, мы первые подаем пример соблюдения кодексов. Мы должны приучить народ делать вещи, единственный смысл которых заключается в их полнейшей бессмысленности. Вот тогда простолюдин наш, мы можем делать с ним все, что захотим. И все то, что мы делаем на глазах у него, даже самые бессмысленные поступки, есть признак одежды на голом короле. Необходимо заставить простолюдина восхищаться пышностью одеяния короля.

Мэр растерянно похлопал глазами и промолчал.

— Пуля сильнее слова, — поморщился первый советник.

— Не думаю, — возразил магистр.

— Вы правы, хотя и держитесь особой точки зрения на эффективность различных способов убеждения, — поддержал его второй советник. — Но в любом случае я полагаюсь на ваших лаборантов, а не на стражников господина первого советника.

— Еще бы, — усмехнулся первый советник. — Они так ловко орудуют пистолетами… Куда там моим увальням.

— Как идут ваши работы? — спросил второй советник у магистра. — Ведь вы не зря притащили сюда этот экспонат. Вы никогда ничего не делаете просто так. Хотите похвастать новыми достижениями?

— Не совсем.

— Повиниться в ошибках? — съехидничал первый советник.

— Тоже нет. О ней немного позже, пока о более насущных делах. Завершается работа над программой «Город». Обработка населения проводится все более форсированными темпами. Мы наконец добились перевода страха перед природой на уровень генетического кода и вскоре сделаем заключительный рывок.

— Разделяй и властвуй, — хохотнул второй советник. — Тогда горожане ни за что не столкуются с лесовиками.

— Совершенно верно. Агорафобия и клаустрофобия исключают друг друга. Но мне нужна более эффективная помощь первого советника. Постоянная, ежедневная, настойчивая, целеустремленная обработка должна помочь закрепить сформированный образ врага. Ваши глашатаи слишком ленивы.

— Хорошо, — кивнул первый советник. — Мы учтем это.

Мэр сделал умное лицо.

— Правильно. Накажите их.

— Теперь об изменившейся ситуации, — не обращая на него ни малейшего внимания, продолжал магистр. — Ракета должна быть в наших руках любой ценой. Это совершенно очевидно. Вопрос лишь в том, с какими целями мы будем ее использовать.

— Уничтожить наследие черных времен, — брякнул мэр. — Незыблемость! Порядок! Установление!

— Да, конечно, — утешил его первый советник. — Стоит ли использовать ее для нашей эвакуации?

— Наше положение так плохо? — невинно спросил магистр.

— Не цепляйтесь к словам!

— Конечно, уровень жизни у них сейчас намного выше, чем здесь, — вздохнул второй советник.

— Но будете ли вы там советником магистрата? — ядовито осведомился первый советник.

— Скорее музейным экспонатом, — уныло ответил магистр. — Или пациентом сумасшедшего дома.

Второй советник скривился.

— Это даже не вопрос для обсуждения. А будем ли мы пытаться установить связь?

— Нет! — выкрикнул первый советник. — Это приведет к тем же результатам.

— Значит, средство устрашения, — подвел итоги магистр. — Угроза, которая действует тем, что существует.

— Вы говорите так, словно ракета уже у вас в руках, — вздохнул второй советник.

— Техника — это ваша епархия, — парировал магистр.

— Сейчас ею командует тот полоумный мальчишка, — при этих словах первого советника передернуло. — И не обрушит ли он эту угрозу на наши головы?

— Он не мог овладеть всеми механизмами ракеты за такой короткий срок, — уверенно возразил второй советник.

— Если бы не кое-чьи старания, — первый советник кивнул в сторону магистра, — я разделил бы вашу уверенность.

— Люди — это мое, — туманно ответил тот.

— Вы обещаете? — недоверчиво прищурился второй советник.

— Я недаром так берег их психику. Вместе с профессиональными навыками должны были проснуться и некоторые нравственные запреты.

— Это вы хотите проверить экспериментальным путем? — не унимался первый советник.

— Вы гарантируете? — в упор спросил второй советник.

— Своей головой, — твердо ответил магистр.

— Абсолютно правильно, — согласился мэр.

— Но ведь под влиянием Неправильного Мира эти запреты могли ослабнуть, — предположил первый советник.

— Еще неизвестно, кто на кого сильнее влияет, — пожал плечами магистр.

— И что из этого следует? — спросил первый советник.

— То, что системой самых простых мер, скажем, наличием заложника, его можно заставить делать все, чего мы захотим.

— Но я предпочту подкрепить ваши действия своими доводами, — добавил второй советник.