Чтение онлайн

— Георгий, — вдруг сказала Глазьева, — А как мы вообще узнали, что там что-то происходило?

— Ну, жучок, я так понял? — сказал я, покосившись на Борю.

Глазьева кивнула.

— Но там же щит был, как он работал? — удивился я, — Я так понял, глушилка там была.

— Плохая глушилка. Щит только на боевые классы, насколько я поняла, — Екатерина вздохнула, потирая запястья, — Я чуть жилы не порвала, пока разряжала его.

— Бат ю а… уровень намба найн? — спросила ошалевшая Блонди.

— Что? — Глазьева растерянно посмотрела на меня.

— Щит был рассчитан на один удар игрока девятого уровня, — перевёл я.

— Ааа… Нет, конечно, я седьмой, — усмехнулась Екатерина, — Просто технологии позволяют.

— А жучок как работал?

— Смесь нюбсовых и магических технологий. Если глушит магия, работает обычная запись. Но вообще Вайт сплоховал, щит у него устаревший уже.

Глазьева шла быстро, мы едва поспевали.

— Это был Вайт, — яростно затараторил я, — Это он всех убивал там, в Прорывах.

Глазьева обернулась, потом покачала головой:

— А об этом никому.

— Но мой отец не виноват!

— Никому, ты слышишь?

— Вы тоже заодно? — я чуть сбавил шаг, но тут же меня сзади подпёр Бобр.

— Не тупи, Георгий! Ты думаешь, почему из Министерства сюда сразу летят?

Я стиснул зубы. Эти тайны и заговоры. Всё слишком запутанно, и вот только показался просвет — а передо мной опять захлопывают дверь.

— Пока нельзя! Доверяй только мне, Чернецову и Гномозеке.

— Но ведь брат ректора…

— Это брат, но не ректор же, — огрызнулась Глазьева, — Родственников не выбирают, у них история своя, у Дворфичей.

— А Герман… Он слышал, что мой отец не виноват?!

— Слышал, Георгий, слышал.

Мы спустились ещё на пару пролётов, нырнули за дверь и оказались в портальном помещении. Глазьева сразу же щёлкнула замком, потом прошла к порталу, вытягивая свиток.

— Чернецов одарил своими, надзорскими, штучками, — улыбнулась Екатерина, и бросила свиток на портал.

Мы прошли вслед за ней, потом портал осветился. Кажется, в синем свете заискрило что-то красное, но уже через секунду нас поглотила вспышка.

***

Снова тот коридор с редкими чадящими факелами и свисающей паутиной. Именно здесь меня вела тогда Глазьева, рассказывая про то, что мне придётся пройти по инсту следом за группой практикантов.

— Ну, ты уже догадался, куда тебе веду, Георгий?

Я кивнул.

— Катакомбы с гоблинами?

— Именно. Правда, его давно не чистили, и там может быть жарко. Но тебе нужен всё тот же портал, его пока так и не раскрыли.

— Мой отец…

— Я знаю, Георгий, — нахмурив брови, отрезала Глазьева.

Мы уже дошли до тупика. Путь преградила уже знакомая плита, на которой был начертан знак смерти — черепок с костями.

Тишину в подземелье теперь нарушали только наше сиплое дыхание, пробежка далась нам с трудом.

— Так, Георгий, — положив мне руки на плечи, сказала Екатерина, — Твой отец, может, и не так плох, но он действительно убивал игроков.

— Но…

— Послушай. Пусть они были плохими, но не все: некоторые и не знали про заговор.

— Вайт сказал про пришествие.

— Мы слышали. Так, Георгий, мы сейчас тут со всем разберёмся, Министерство это так просто не оставит.

— Этот желтоглазый, его зовут Оркос Менэтиль.

— Мы слышали, — терпеливо кивнула Глазьева, — Мы ещё в прошлый раз наводили с Германом справки, пытаясь узнать, кто это был. Вот только никакого Оркоса не существует.

Я округлил глаза, а Екатерина снова вытащила свиток, подошла, и прижала к плите, закрывающей вход в катакомбы. Из-под её ладони вспыхнул дымок.

— Недавно нас предупреждал Гномозека, что не всё ладно в Батоне. Дьявольская нота, гномы эти, в саду мангольер заколдованный.

Плита начала со скрежетом подниматься.

— А вы чего? — Екатерина вдруг осмотрела нас странным взглядом.

— Э-э-э… — вырвалось у меня, — Что?

— В каты идёте, что! — она зыркнула строгим взглядом, — Пухи, зелья… Готовьтесь, мать вашу!

Чертыхнувшись, мы полезли в кошели. Из-под поднимающейся плиты стали вырываться звуки подземелья — какие-то скрипы, визги, далёкий лай.

— Сам ничего не предпринимай, Георгий, — Глазьева покачала головой, — Ты только в Батоне в безопасности, Гномозека ещё держит оборону.

— Это, мы Герыча в обиду не дадим, — буркнул Бобр.

— Молодцы, — Екатерина кивнула, — Группа — это главное.

Я смотрел, поджав губы. Из-под плиты дохнуло спёртым воздухом, донёсся запах истлевшей смерти.

— Не иди по следу отца, Георгий, — Глазьева посмотрела мне в глаза, — Они только и ждут это от тебя.

— Судя по тому, как они скрывались, заговорщиков и не так много, — буркнул я.

— Но мы не знаем, кто они! Георгий… — Екатерина хотела сказать ещё что-то, но я только положил ей руку на плечо и сказал:

— Спасибо вам. За всё.

Глазьева покачала головой, понимая, что так и не пробилась до моей разумной части души. А я же махнул своим, и мы, не сговариваясь, все прошли под тёмные своды.

— Так же хотел бы выразить особую благодарность от лица всей нашей потомственной династии Лекаревых, ведь ваши действия…

— Толян, — буркнул Бобр.

— К сожалению, я тоже вынужден идти в это страшное подземелье, — вздохнул Лекарь и, звякнув бубном, зашёл вслед за нами.