Раб 512 (си)
Шрифт:
– Оба участка погашены. – Обрадовался Родион, отодвигаясь от своего стола. – Сейчас нам дадут еще два участка, контрольно, и…
– Тогда цистерны своим ходом… И дроны, туда же – своим. Пусть по пути тушат, что заметят.
– Свободная охота? – Настя предвкушательно потерла ладошки. – Думаешь, сработает?
– Так, проверять-то в любом случае надо. – Я покрутил плечами и похрустел шеей, со вздохом вспоминая, что мне полтос, а не шестнадцать, когда я мог часами сидеть за экраном компа, гоняя первую Дьяболу.
– Пятую часть дронов мы уже похерили. – С сожалением признал дир. – Съездишь, может, можно чего из двух собрать?
– Смотаюсь. – Согласился я, радуясь возможности размяться.
– Тогда я за тебя! – Настька тут же нырнула на мое, тепленькое местечко и подозрительно замурлыкала, напомнив мне провести с ней беседу, еще не хватало, чтобы наши с ней отношения стали известны в коллективе!
Похрустев суставами, выбрался из кунга и оккупировал самый здоровенный из квадроциклов, с прицепом, на всякий случай, вдруг, найду больше двух дронов?!
Погазовав, отвел взгляд на панель приборов, а когда поднял – точно напротив меня стояла упрямая Марька, хищно раздувающая нос.
Блин…
Вот как так-то, а?!
Вот, например, Настя…
Она младше Марьки на четыре года!
Да, выглядит чуть старше, да и с мозгами иногда дружит, но все взгляды, всегда, сперва упираются в Марьку!
– Ты за дронами? Я с тобой!
Вместо ответа – ткнул пальцем на свободное сиденье позади себя.
Марька уже хотела что съязвить, но…
ТБ четко указывало, что в любом случае рядом с кунгом управления ВСЕГДА должно находится транспортное средство!
Всегда!
Так что пришлось девушке забираться на сидение позади меня и смирять свой вспыльчивый характер.
Отбив приблизительные точки отключения наших дронов по GPS-сетке, отправился к самому дальнему, подохшему последним.
Приехали, покрутились и, ничего не найдя, поехали к следующему.
На четвертом, которого тоже не нашли, я уже перепроверил данные и координатную сетку – может, это я гоню?!
Пятый и шестой, судя по обломкам, восстанавливать придется в мастерской, а вот седьмой, прямо у меня глазах, приподнялся на своих еле-еле работающих винтах и покачиваясь, попытался от меня сбежать, скотина!
Только я его догнал!
Прижал к земле и закрыл глаза, загадав, что все будет легко…
… А открыл глаза голым, замерзшим, среди таких же рабов, как и я сам!
За три дня в нас впихнули гипнокурс арварского языка, лишили волос и навесили рабские ошейники, действие которых, многие из нас проверили на себе в первые же минуты!
А потом…
Снова заморозили, суки!
И разморозили за день до торгов, когда калоша арварца Туушака, выйдя из гипера, столкнулась с яхтой какого черножопого чиновника, который в нарушении всех правил, управлял своей «ласточкой» в ручном режиме!
И пусть виноват был покойный ныне чиновник со своей любовницей, но ремонт «калоше» требовался немалый, вот и решил торгаш устроить аукцион по-быстрому.
Следуя за своим новым, «Чорным Пластилином», пару раз примеривался, чем бы этого пластилина стукнуть, чтобы он был здоров, да и сбегать, принести ему фиников-шишек кедровых, с дальней планеты, чтобы повелитель мой еще тысячу лет жил в лучшем из миров?!
Ага, это я так «ошейник» обманывал, если кто не понял.
– Залезай! – Адмирал открыл заднюю дверь своего флаера и я безропотно полез внутрь, усаживаясь на пол, чтобы не марать сиденья. – Пришли свой ФПИ!
– Не могу, Господин! У меня нет нейросети! – Я приготовился к удару, но адмирал лишь вздохнул, пожал плечами и пробормотал себе под нос что-то типа: «пока свет не включишь, кошку не найдешь!»
Разумеется, «кошки» там отродясь не было, но общий смысл понятен.
Двадцать минут полета через самый натуральный мегаполис, размером, как бы не с Москву, а то и больше, ведь летели мы явно не из центра, а откуда-то с окраины, пусть даже и быстро, но…
Я любовался продуманной архитектурой, время от времени забывая, что это все построили негры-рабовладельцы…
Зелеными букетами парков, разбитых в самом городе, то тут, то там.
И танцующими зданиями, воздушными, таинственными своей непонятной красотой.
– Красиво… - Выдохнул я себе под нос, понимая, что мерять красоту по рабскому ошейнику как-то нелепо.
– Да-а-а-а… - Адмирал меня все-таки расслышал. – Аратанцы знают толк в градостроительстве…
– Аратанцы?! – Я не удержался от вопроса, смутно вспоминая из гипнограммы, что Аратан – полная противоположность Арвару, в которой запрещено рабство.
– Ага. Планета, восемь лет назад, по мирному соглашению, на пятьдесят лет отошла Арвару, после чего у нее будет право на самоопределение… - Судя по ехидству в голосе адмирала, «самоопределения» у этой планеты будет еще меньше, чем у меня возможностей сбежать!
Еще через полчаса полета флаер опустился возле какой-то полуразвалившейся постройки, которую я, иначе чем с каким-то средневековым замком, трижды взятым на абордаж, даже и сравнить не мог!
– Выбирайся, прилетели…
Внутри, кстати, замок выглядел намного лучше – теплые полы грели пятки, снующие разумные всех полов и цветов кожи прижимались к стенам, пропуская своего господина, а некоторые дамы, гм, откровенно пялились на меня голого, оценивая размеры.
А мне было пофиг.
Рабский ошейник, он такой, простой и не затейливый…
– Габби! – Адмирал рявкнул на весь коридор и все рабы принялись технично исчезать, шкериться и смываться, видимо, не особо желая встретится с этим самым Габби.
– ГАББИ!
– Да, мой господин!
Да уж… Не будь на мне подавителя, эта красотка рассмотрела бы в живе кое-что, чего остальные только моги себе представить!
– Этого… - Адмирал Карч ткнул в меня пальцем. – Отмыть, отлечить, отсканировать… Сделаешь – скинешь мне, поняла?