Чтение онлайн

— Ты должна была справиться сама, — выдохнув с облегчением, отвечает Эль, а Дайана поднимает на него пылающие красным глаза и спрашивает:

— Может, объяснишь мне, какого демона тут происходит?

Дайана

Боль утихает и превращается в беспамятство. Умереть от рук любимого… в этом есть особая романтика. Только вот я никогда не была романтична. Поэтому борюсь до последнего. Я выпустила на волю монстра, и я должна его отправить обратно в бездну, а не умирать, истекая кровью где-то на краю света без надежды на спасение и без возможности узнать, к чему привела допущенная мною ошибка.

Но я смиряюсь. Каждому из нас отмерен свой срок, и совершенно не ожидаю, что в один миг беспамятство прервется разрывающей болью в легких, в сердце, дикой жаждой и желанием убивать. Худшее воскрешение изо всех, которые можно представить! Просыпаюсь внезапно и сразу понимаю - я другая. Нахожусь в кромешной темноте. Тут нет воздуха, но это не доставляет неудобства. Я испытываю лишь жажду, злость и желание выбраться, как можно быстрее Пульсирующая агрессия и непонятное возбуждение заставляют меня лихорадочно шарить руками в узком пространстве и лупить по шелковой ткани над головой. Что, демоны всех забери, происходит? Где я? Почему так темно и тесно?

Меня, что, похоронили? Это обстоятельство тоже не взывает страха, только злость и я начинаю долбиться сильнее. Меня пугает, что сейчас основная моя эмоция — гнев. Причем не на Блэкфлая, который меня убил, а на обстоятельства. Очень непривычно, но времени анализировать свое состояние нет.

Именно ярость заставляет меня разломать крышку гроба. Ногти стали длинными острыми, но я все равно их обламываю о качественную древесину. Дафна что ли не поскупилась? Она любит никому ненужный пафос, а мне преодолевай!

Мне не нравится мое воскрешение. Это неправильно и снова сулит неприятности. Они преследовали меня при жизни и, похоже, никуда не делись после смерти. Нет, я не хотела умирать. Там, в своей прошлой жизни. Но это был логичный и естественный финал. То, что происходит сейчас… нет. Я слишком хорошо знаю, что это значит, но не лежать же дальше в гробу переваривая это знание? Нужно выбираться и задать много неприятных вопросов тому, кто обеспечил мне это посмертное существование. Шелковая ткань рвется, доски над головой, наконец, трещат и на лицо сыплются комья мороженой земли.

Я высовываю одну руку, и за нее тут же хватается чья-то рука, и меня резко выдергивают из свежей могилы в морозную ночь. Звуки, запахи, морозный воздух бьют одновременно по всем органам чувств и дезориентируют меня. Дыхание вырывается с хрипом, меня трясет, голова кружится, и я чувствую себя потерянной, жалкой и злой. Хочется метнуться куда-нибудь в укрытие и там отсидеться, прийти в себя. Но, к счастью, я не одна. Встревоженный Эль, который мне и помог, совершенно не удивляет. Вот если бы его тут не было. Я бы, пожалуй, поразилась.

Я не идиотка и догадываюсь, что произошло. А вот мой верный соратник — идиот. Он рискнул сделать глупость, нарушить правила и подвергнуть опасности всех. Нельзя обращать ведьму. Это известно всем. Меня убьют, его тоже, но, надеюсь, прежде я успею уничтожить Блэкфлая и исправить те ошибки, которые допустила. Главное, не наделать новых. Меня злит, что Эль ничего не понял. Есть Блэкфлай – живое (ну, хорошо относительно живое) подтверждение того, что есть вещи, которые нельзя совершать даже во благо. Например, использовать себя, как сохрон для демонов. Или обращаться ведьму в вампира.

Но на лице моего помощника такое незамутненное облегчение, что хочется ударить его сразу же. Вбить в глупую белобрысую голову понимание, к каким последствиям может привести его поступок. Было бы чему радоваться. Новым проблемам? Но я сдерживаю агрессивный порыв и спрашиваю:

— Какого демона ты натворил и почему не помог выбраться?

— Нам нужно уходить, — тихо говорит Эль и виновато улыбается, словно извиняется сразу за все. Как будто со мной это может сработать. Не срабатывало раньше, не сработает и сейчас. Пожалуй, я стала только злее. Не представляю существо, у которого после смерти характер становится лучше, чем был при жизни. В этом плане я скорее пушистенька. И при жизни была не очень, а уж после смерти и подавно.

Вампир это понимает и ничего не говорит. Просто подает руку, предлагая уйти. Холода я не чувствую, зато ощущаю прилив энергии и запахи. Снега, хвойного леса, дыма костра вдалеке и едва заметный где-то на горизонте — крови. Он меня привлекает, будоражит и заставляет испытывать волнующее предвкушение. Отпускаю руку Эля, поворачиваюсь в сторону запаха и вдыхаю полной грудью. Кажется, я знаю, куда мы пойдем. И мне начинает нравиться новая жизнь. Чувствую, как губы сами собой расползаются в улыбку. Прекрасно.

— Ди, нельзя! – одергивает меня Эль и выводит из своеобразного транса. В голосе беспокойство. Как это мило, только поздно. Он уже породил монстра. — Пойдем, я тебя прошу. Обещаю, все будет. Пока ты слаба и плохо себя контролируешь. Позволь позаботиться о тебе. Карета тут недалеко.

— Позволь мне самой решать, кому и чего позволять, Эль! – шиплю я несколько уязвленно, но все же поворачиваю за ним, хотя и не хочу. — Не делай из меня идиотку, я не просила тебя о таком! – Я указываю пальцем на себя, не зная, как иначе обозначить состояние.

— Ди, давай уйдем и поговорим в безопасном месте, - с нажимом предлагает он и мне хочется встать в позу. Просто потому, что он не спросил меня, хочу ли я быть вампиром, а сейчас пытается что-то доказать и в чем-то убедить. Но вовремя понимаю, насколько глупо я себя веду. Я лохматая, грязная, в похоронном платье и легких туфлях. Мне нужно в душ и постель. Это логично. Кровь тоже нужно, но рядом Эль, он лучше меня справится с этой проблемой. Так смысл упрямится, если можно во всем положиться на старого друга.