Чтение онлайн

Все, что осталось от третьего Инквизитора его милости Архилектора Ферна, – тот самый голос, принадлежавший стареющей Санне:

– Я приложу все силы, чтобы вы были довольны, мой господин.

– Опять тут крутишься! – толстый торговец попытался ударить почти очищенной рыбой мальчишку-подростка.

На первый взгляд, можно было подумать, что вытянутая фигура принадлежит именно мальчишке. Торчащие скулы, приплюснутый нос, короткие волосы, нескладное телосложение. Хотя манера движений незнакомца, точнее, незнакомки (о чем толстяк, впрочем, не догадывался) разительно отличалась от внешнего вида. Подросток напоминал пантеру, бесшумно подбирающуюся на мягких лапах к ничего не подозревающей жертве.

Причину неприязни торговца можно было легко объяснить. Слишком складные движения молодого парнишки толстяк растолковал по-своему. Такими повадками обладали несовершеннолетние воры, которых натаскивала Обугленная Перчатка – мощная преступная организация столицы, впрочем, простершая свою длань далеко за пределы Конструкта.

А у Полугря – так назвали продавца рыбы – было слишком много ценной продукции на прилавке, чтобы позволять каким-то оборванцам шастать рядом. К примеру, свежего серебристого лосося везли с Фаарина несколько дней в бочках со льдом, и он расходился за полдня. Жирную нельму поставляли суровые северяне, и обитательница холодных рек тоже славилась среди жителей Конструкта. Но, ко всему прочему, Полугрь был невероятно скуп, он бы изошел желчью и из-за пропажи обычного окуня или линя.

Юти – а это оказалась, несомненно, она – легко увернулась от жирной пятерни, измазанной рыбьей кровью и чешуей. Ее взгляд при этом продолжал сверлить укрывшийся в проулке дом со странными привратниками, которые усиленно делали вид, что они являются обычными гражданами, остановившимися поболтать. С таинственными посетителями, большая часть из которых скрывала свои лица под широкими капюшонами.

Одаренная приходила сюда вторую неделю, и ее всегда забавляло отношение местных торговцев к странному дому. Лавочники всех мастей, от грязных коробейников до владельцев небольших магазинов, старательно делали вид, что не замечают ни самого здания, ни существования проулка. Их взгляд, медленно скользивший по прохожим, добравшись до чернеющего среди улицы зева закутка, как-то сам по себе перескакивал дальше, подобно испуганной горной козе, взбирающейся повыше от голодного барса.

Объяснялось такое поведение предельно просто. Здание именовалось Домом Правды. Надо заметить, что это было первое здание, принадлежащее одной из самых могущественных организаций в Империи, которая пока еще подчинялась Главному Ворону. Второй дом выкупили пять лет назад у разорившегося банкира, а последний, третий, оказался приобретен относительно недавно. В него даже не успели въехать, лишь неторопливо обставляли мебелью и украшали интерьер. Ходили слухи, что новое здание станет личной резиденцией его милости Архилектора Ферна.

Девочка знала все это потому, что какое-то время наблюдала за каждым из помещений. Но Юти интересовал именно этот дом в третьем округе Конструкта. Потому что здесь работал старшим блюстителем Драманти Чат – очередная жертва в ее списке личных врагов.

Всего лишь шестнадцатая мастер-кехо в своем возрасте за все время существования Одаренных бросила прощальный взгляд на проулок и медленно побрела прочь. Полугрь пытался ухватить ее за ворот дешевой рубахи, скрывающей запястья, однако куда было этому неуклюжему торговцу против Юти… Она играючи, просто переступив с ноги на ногу, уклонилась от выпада, и несчастный толстяк рухнул прямо на неровную мостовую.

Он вскочил на свои коротенькие пухлые ножки, глядя с испугом на подростка. Про себя Полугрь решил, что перед ним один из многочисленных адептов бесконтактного боя, коих в последнее время развелось великое множество в Конструкте. Никто до конца не понимал, в чем их сила, но школы «мастеров» росли, а последователей становилось больше. Они даже устраивали за деньги состязания между друг другом, где расправлялись с противниками одним взглядом, не будучи при этом Одаренными.

Юти неторопливо брела по вечернему городу, пахнущему рыбой, терпкой мускусной водой, которой торговки пытались отбить запах той самой рыбы, пряностями из-за Кровавого моря, золой и дурманящим ладаном.

Девочке не нравилось, как пах Конструкт. Да и сама столица тоже не вызывала ничего кроме раздражения. Здесь всего было много – запахов, звуков, животных, людей, домов, телег, света. Даже сейчас, в предзакатном сумраке, тут и там виднелись «светлячки» – люди, зажигающие огромные железные палки, высотой превосходящие самого высокого человека, которого видела Юти. Пламя за огнеупорным стеклом плясало всю ночь, освещая извилистые и прямые, широкие и узкие, вытянутые и короткие улицы и улочки великого и страшного Конструкта.

Столица давила на девочку. Ей здесь не хватало простора Пределов, когда ты можешь выйти за крепостные стены и глядеть на горизонт, до которого не доберешься до заката на самом резвом архасейском жеребце. Юти не хватало уединения. Чтобы выбраться на тракт и за полдня пути не встретить ни одного человека, путешествуя наедине со своими мыслями. Девочку раздражали попрошайки. На Юге, гордом и знающем себе цену Юге, нищие встречались редко. И то каждый из них старался заниматься каким-либо пусть и непритязательным, но полезным делом. Они носили уголь, вывозили мусор, чистили клоаку, когда та забивалась. Исключениями являлись лишь большие города вроде Сотрета или Понта.

В Конструкте, к величайшему изумлению Юти, существовали целые гильдии попрошаек: одни нагло ожидали подаяния у храмов, другие – подле мостов, третьи – возле рынков, четвертые – у входа в город. Каждый хоть сколько бы то ни было занятный клочок земли оказался уже облюбован побирушкой.

И что самое неприятное для девочки, ее несколько раз принимали за нищенку, которая хочет «озолотиться» на чужой территории. К счастью, пара резких ударов быстро убеждала здоровенных амбалов, присматривающих за попрошайками, что они решительно ошиблись.

– Эй, чго такая красивая гуляешь так пздно адна?!

Резкий гортанный окрик с половиной проглоченных гласных вывел Юти из раздумий. Вот еще одна из загадок Конструкта – островитяне, коими были набиты все районы столицы. Юти не вполне понимала, чем они занимаются: торгуют, охраняют, перевозят? На первый, как и на второй, и на третий взгляд, островитяне целыми днями кучковались в самых людных местах, изредка плясали свои дикарские танцы, радостно прихлопывая ладошками и притопывая босыми ногами.