Пятерка Мечей
Шрифт:
– Я ничего такого ей не желала, – оправдывалась Динара. – Просто припугнула немного. Я ей даже сказала о смерти не прямо, а…намекнула. Это шутка.
– Ничего себе, шуточки! – возмутился Артем. – Вам ведь не понравилось «шутливое» письмецо?
Динара виновато молчала. Да, она поступила нехорошо. Но это только слова! От слов еще никто не умирал!
С этим Артем не мог не согласиться.
– Кому вы говорили о визите Вероники Лебедевой?
– Господи! Кому я могла говорить? Я даже не знала, как ее зовут! Видите, у меня тут в тетради написано условное имя, – Виолетта? Так что я, если бы даже хотела, не могла никому рассказать!
– Вероника Лебедева – известная солистка музыкального театра. Вы могли ее узнать.
– Я не знала, что она артистка! – покачала головой Динара. – В театре я уже сто лет не была, а оперетту вообще не люблю. О том, кто она такая, я узнала от Егора Фаворина, уже после вашего ухода. Это он посоветовал Веронике обратиться ко мне.
Сыщику показалось, что Дина Лазаревна говорит правду. Она была взволнована, напугана, и врать ей ни к чему. Сейчас она боится за свою собственную жизнь, поэтому расскажет все, что знает.
– А мог кто-то видеть Лебедеву у вас?
– Только соседи… Но откуда они знали, кто она? Впрочем, Егор ее знал. Может быть, он кому-то рассказал? Не знаю…просто ума не приложу…
Пономарев тоже не мог привести факты к логическому разрешению. Нужно было думать, и думать как следует.
У меня есть еще одна зацепка, – подумал он. – Касимов! Что он делает у театрального дома? Мне следует выследить его, прижать и заставить рассказать все!
Глава 25
– Мы куда-нибудь пойдем встречать Новый год?
Вопрос жены вызвал недовольство Авдеева. Ему не хотелось тратить деньги понапрасну. А ведь в ресторане или кафе без денег делать нечего. Идти к кому-нибудь в гости тоже требует затрат, – придется покупать вино, продукты и подарки детям. Приглашать к себе – тем более. Шум, гам, суета! А потом, когда гости разойдутся, все будет съедено, а хозяевам останутся горы грязной посуды. Все это не прельщало Владимира Петровича, который любил покой и экономию.
– Мне не хочется никуда идти, Люда! – раздраженно сказал он. – Сидеть до обалдения за столом, выслушивать дурацкие тосты и скабрезные анекдоты, а потом тащиться под утро домой, когда еще транспорт не ходит?! Спасибо!
– Можно вызвать такси.
– Ты что, миллионерша? – возмутился Авдеев. – Как легко ты об этом говоришь, – вызвать такси! А деньги? Кто должен платить, по-твоему?
– Я сама могу заплатить…
– Ты всегда найдешь повод, чтобы унизить меня! – заорал он. – Показать мне, что я скуп и недостаточно обеспечен, чтобы возить тебя на такси! А на троллейбусе ты уже ездить не можешь! Королевой стала!
– С тобой невозможно разговаривать, – вздохнула Людмила Станиславовна. – Я только спросила, пойдем ли мы куда-нибудь…
– Ты просто вампир! – продолжал бушевать инженер Авдеев. – Пока не взбесишь человека, не можешь успокоиться!
– Да ведь ты сам бесишься! – возразила она.
– Я?! Ты постоянно действуешь мне на нервы! Нарочно доводишь до такого состояния! А потом, когда я срываюсь, начинаешь сюсюкать и заискивать…
– Ладно, – устало согласилась Людмила Стниславовна. – Оставайся дома.
– Как это оставайся? А ты?
– Я пойду куда-нибудь, развеюсь… Может быть, буду праздновать с коллегами по работе. Не хочу сидеть дома. Ты наешься и ляжешь спать…
– Ну, и что в этом плохого? – перебил ее супруг. – Каждый может праздновать так, как ему нравится.
– Вот я этим и воспользуюсь.
– Ты собираешься оставить меня одного в Новогоднюю ночь? Ты как будто чужая, равнодушная женщина! Тебе все равно! У нас не семья, а…черт знает, что!
– Думай, как хочешь.
Людмила Станиславовна знала, что подобные перепалки ничем не кончаются, каждый останется при своем мнении. Раньше она всегда уступала, сдавалась и делала так, как хотел муж. Но теперь что-то в ней изменилось. Она больше не хотела мириться с собственной зависимостью от этих непонятных взаимоотношений. Семья! Что это, вообще, такое? Если то, что есть у нее… Лучше такой семьи не иметь.
Тридцать первого декабря в ЖЭКе был рабочий день, потом маленькая вечеринка, и Авдеев задержался. Придя домой, он не застал Людмилу Станиславовну. На столе стоял приготовленный ужин, – жареная курица, салат и пирог с яблоками. В холодильнике он нашел бутылку шампанского.
Госпожа Авдеева провела Новогоднюю ночь в ресторане. Фирма «Альбион» устроила праздник для всех сотрудников, желающих повеселиться вне дома. Никитский с Леночкой тоже присутствовали. Он изображал любящего и внимательного супруга, но Людмила Станиславовна смотрела на эту пару уже другими глазами и видела все огрехи актерского дуэта. Ей стало окончательно ясно, что отношения директора и его жены – сахарная ложь.
Как бы там ни было, Авдеева развлекалась от души, не заботясь о том, что о ней скажут или подумают. Оказалось, что некоторые мужчины на фирме обращают на нее внимание. Она не скучала. Несколько раз Людмила ловила на себе пристальные взгляды Никитского, но так и не поняла, что это может значить. То ли он ревнует, то ли любуется…
Дмитрий Сергеевич пару раз пригласил ее потанцевать, но он приглашал и других сотрудниц. Во время танца он шутил и поглаживал Людмилу Станиславовну по спине, – но точно так же он вел себя и с другими.
– Вам нравится? – спросил он шепотом, нагибаясь к ее уху.
– Что?
– То, как мы проводим эту ночь…
– Да, очень.
Непонятно, какой смысл Никитский вкладывал в свой вопрос. А может, он действительно интересовался только тем, довольны ли сотрудники праздником.
Людмила Станиславовна была довольна. Еды заказали столько, что столы ломились; напитков она перепробовала за эту ночь больше, чем за всю предыдущую жизнь; мужчины делали ей комплименты; Дед Мороз со Снегурочкой нежданно-негаданно присвоили ей титул «Мисс Обаяние»! Директор заказал по телефону букет цветов и лично преподнес его госпоже Авдеевой. Воистину, это была ночь чудес!