Чтение онлайн

Заросли бузины, усеянной мелкими чёрными ягодами. Дальше еле заметная тропка круто сбегает вниз. Весь обрыв в густых деревьях и кустах. Здесь Матвей ещё не бывал. Вот где в прятки-то играть! Он полез вниз по склону. Под ногами захрустели сучки, опавшие листья.

— Да тише ты!

Чей это возмущённый шёпот?

Матвей замер и, рукой держась за ветку, стал озираться. Внезапный треск: сухая веточка обломилась. Мальчик пошатнулся, шлёпнулся на землю, на штанах сполз в балку.

— Хуже медведя! — жалобно воскликнул тот же голос.

Вечернее солнце играло на жёлтых, красных, зелёных листьях. Среди вырезной листвы, солнечных и теневых пятен мелькнули два светлых, прозрачных глаза. Они в упор, с упрёком смотрели на Матвея. Наконец-то он понял, кто его обругал!

Русоголовая девочка, года на три старше Матвея, сидела на земле, поджав ноги, затаившись в кустах. Если б не заговорила, ни за что бы он её не заметил. Стараясь не очень хрустеть, Матвей пробрался по дну балки, остановился шагах в двух от девочки.

< image l:href="#" />

— Садись, раз уж прилез, — со вздохом сказала девочка. — Всё равно всех распугал.

Матвей опустился на корточки.

— Кого я распугал?

— Птиц, конечно.

— Птиц?

— Ну да. Перед тем, как ты начал валиться мне на голову, прилетала сойка. Очень интересная птица. Красивая, а характер плохой: крикунья и драчунья. Ты знаешь, как кричат сойки?

Матвей покачал отрицательно головой.

— Они скрипят. Вот так… — девочка слегка приоткрыла губы, и вдруг послышался странный звук, похожий на скрип.

Глубокие, широко расставленные глаза смотрели куда-то вдаль. Всё лицо девочки с мягким, чуть вздёрнутым носом, мягкими губами и круглым подбородком дышало задумчивостью. А негромкий скрип всё раздавался. Матвею не верилось, что скрипит вот эта самая, очень простая, обыкновенная девчонка. Он даже оглянулся. И вдруг резко скрипнуло где-то у них над головой. Щёки девочки порозовели, она вся просияла, зашептала радостно:

— Отозвалась! Отозвалась! Ты слышал, как крикнула сойка? Слышал?

Матвей пожал плечами. Слышал-то он слышал, но, может, то скрипнуло дерево? Да уже и не скрип, а звонкая трель рассыпалась внезапно в кустах.

— Зяблик! — чуть слышно произнесла девочка.

И сейчас же сверху донеслось:

— Матвей! Матве-ей!

Матвей узнал голос воспитательницы.

А вот и ребячья разноголосица:

— Ма-атвей! Матю-ха-а!

— Кого-то зовут, — сказала девочка. — Ищут, видно.

— Да, — сказал Матвей, продолжая неподвижно сидеть на корточках.

— Матве-ей! Горбе-енко!

— Какого-то Матвея зовут. А тебя как зовут?

Матвей промолчал.

— Матвей! Мат-ве-ей! — крики раздались ближе.

— Вот так, — сказал, помявшись, Матвей.

— Что «вот так»? — не поняла девочка.

— Вот так меня и зовут.

— Как это — «вот так»? Что ты бормочешь?

— Матвей! Матвей! — неслось над обрывом.

— Как кричат, так меня зовут, — хмуро объяснил Матвей.

— Матвеем, что ли? Ой, так это тебя ищут? Так бы и сказал. Почему же ты не отзываешься?

— Не хочу.

Девочка пристально посмотрела ему в лицо, подумала.

— Знаешь, не всегда приходится делать то, что хочется. — В её голосе прозвучала грусть.

А у Матвея, как ни странно, почему-то вдруг стало легче на душе.

— Ты тоже пойдёшь? — спросил он.

— Пойду. Всё равно скоро начнётся приготовление уроков.

Она взяла его за руку. Вместе, хоть и по крутому склону, они быстро вылезли из балки. Когда шли по аллее, девочка сказала очень серьезно:

— Ты какой-то смешной. Чем-то напоминаешь мне птенца галки, который выпал из гнезда.

Матвей не знал, обидеться ему или нет. Пока он раздумывал, они почти подошли к интернату.

— У меня есть Чикот, — сказала девочка. — Хочешь, покажу?

— Да, — сказал Матвей, хотя даже представить себе не мог, что это такое.

В это время они вышли на площадку перед интернатом. У подъезда стояла Любовь Андреевна, окружённая второклассниками.

— Вот он! Вот он! — закричали ребята, увидев Матвея.

— Наконец-то! — сказала Любовь Андреевна. — Спасибо тебе, девочка, что привела нашего Матвея, мы его давно ищем. Ты ведь, кажется, из пятого класса?

— Да, я из пятого, — ответила девочка.

— А зовут тебя как?

— Федотова Стеша.

— Ну, ещё раз спасибо, милая Стеша. Нам надо идти учить уроки, а тут мальчик пропал…

Матвею воспитательница ничего не сказала, только посмотрела на него долгим взглядом и вздохнула.

По дну балки протекал ручей. На камне у самой воды сидела трясогузка. Серо-стальная, вся тоненькая, изящная птичка сливалась с серым камнем. Её бы и не заметить, если б не хвостик. Длинный тонкий хвостик непрерывно дрожал.

Притаившись за толстым стволом граба, Стеша с улыбкой смотрела на трясогузку. И что ты всё время трясёшь своим хвостиком? Зачем? Почему? Надо будет спросить у дяди Миколы. Он столько знает о птицах и зверях.