Путешествие в страну Сказок

Эта история произошла в один из тёплых сентябрьских дней, когда две подружки четырнадцати лет, с небольшими рюкзачками за спиной, быстро двигались по проселочной дороге.

Одна из них – полная девочка с короткими тёмными волосами, по имени Вера, одетая в лёгкий спортивный костюм, была чем-то сильно раздосадована. Размахивая руками, она громко возмущалась:

– Ну кто же знал, что мы заблудимся! Народ, поди, шашлыки уже жарит.

– Подумаешь, шашлыки, – рассерженно буркнула ей в ответ худенькая девочка, которую звали Аня.

Остановившись, она вынула из кармана потёртых джинсов резинку для волос и, собрав свои светлые волосы в хвостик, затянула их на затылке.

Вера продолжала возмущаться:

– Я целую неделю родителей уговаривала, чтобы они меня к Вовке на дачу отпустили! И на тебе – ни дачи, ни шашлыков.

Посмотрев на подругу, Аня сказала:

– А я предлагала со всеми у метро встретиться. Так нет – у тебя французский, а теперь рыщем, как следопыты.

Поправив футболку, она быстро двинулась дальше.

Вера, пытаясь подстроиться под быстрый шаг своей подруги, парировала:

– Я не могу пропустить язык, иначе мне от родителей влетит! К тому же я у Катьки Свиридовой спрашивала, как добраться… Да не лети ты так, а то у меня дыхания не хватает!

Аня остановилась и, крепко сжав пальцами лямки рюкзачка, сердито посмотрела на подругу:

– И что тебе твоя Свиридова сказала?

– Чтобы мы топали от станции прямо и никуда не сворачивали.

– А дальше?

– Мы должны упереться в Вовкин дом, к забору которого будут привязаны воздушные шарики.

Аня усмехнулась:

– Да мы километров десять отмахали, не меньше, только забора с шариками так и не встретили. Посмотрев по сторонам, она добавила: – Набери ей ещё раз, а то до вечера искать будем.

– Набирала пять минут назад. И ей, и Вовке.

– И что?

– «Абонент не отвечает или временно недоступен», – передразнивая голос автоответчика, ответила Вера. – Что делать будем?

– Ты меня спрашиваешь? – удивилась Аня. – Это твои одноклассники, а не мои. Звони другим…

Внезапно, она ткнула пальцем в сторону высоких кустов дикой смородины и воскликнула:

– Тарасова, смотри!

Вера посмотрела в ту сторону, куда указывала Аня. Там, за кустами, виднелся бревенчатый дом с остроконечной черепичной крышей и распахнутой настежь дверью.

– Не это ли родовое поместье мы ищем? – съязвила Аня.

– Не-а, – ответила Вера, вытягивая шею, чтобы лучше рассмотреть строение. – Свиридова говорила, что у Вовки дом кирпичный, двухэтажный. И шариков здесь нет.

– Давай зайдем, – Аня решительно направилась к дому.

Нагнав подругу около самого порога, Вера спросила:

– Ты уверена?

Аня в ответ кивнула головой, и девочки, осторожно перешагнув порог, остановились в нерешительности.

– Здесь есть кто-нибудь?! – громко крикнула Аня и прислушалась.

Ей никто не ответил. В доме стояла звенящая тишина, нарушаемая ритмичным тиканьем старинных настенных ходиков и трепетом лёгких занавесок, с которыми лениво играл тёплый ветерок из приоткрытых окон.

Девочки осмотрелись. Прямо у входной двери возвышался громоздкий шифоньер. Кроме него в комнате стоял круглый стол, накрытый белой клеёнчатой скатертью, с синей бахромой. Его украшала перламутровая ваза с отколотой горловиной, наполненная полевыми цветами. У одной из стен расположился диван с двумя большими подушками по бокам и старый чёрно-белый телевизор, поверх которого лежала белая ажурная салфетка.

– Может, уйдём? – поёжившись, то ли от страха, то ли от прохлады дома, предложила Вера. – Частная собственность, как-никак. В лучшем случае уши надерут, в худшем – полицию вызовут. Решат, что мы воровки.

– Не думаю, – ответила Аня, подходя к столу.

Выдвинув деревянный стул с резными подлокотниками, она сняла с себя рюкзачок и кинула его на сидение.

– Ань, давай лучше домой вернёмся, – попросила Вера, продолжая топтаться около порога. – Ох, и получит эта Свиридова в понедельник. По полной программе!..

– Вернёмся, – пообещала Аня, рассматривая большой настенный календарь. – Дай только отдохнуть. Ноги просто гудят.

– Хорошо, – согласилась Вера и, набравшись смелости, прошла в комнату.

Повесив свой рюкзачок на спинку стула, она подошла к телевизору и спросила:

– Ань, ты не знаешь, как этот телек включается? Я пульт не вижу.

– Он тебе дома не надоел? – удивилась Аня, поворачиваясь к подруге.

– Можно подумать, я его днем и ночью смотрю. Хоть какое-то развлечение…

Заметив узкую деревянную лестницу, ведущую наверх, Вера воскликнула:

– Смотри, что здесь есть!

Аня подошла к лестнице и, взявшись одной рукой за перила, предложила:

– Поднимемся? Вдруг найдём что-нибудь интересное?

– Ещё чего! – фыркнула Вера, стараясь понять, как включается телевизор. – Скорее всего, лестница ведёт на чердак. А там, как правило, пылища и грязь.

– Как хочешь, – пожав плечами, сказала Аня и начала подниматься по скрипучим ступенькам вверх.

Скривив губы и, помахав телевизору рукой, Вера поплелась следом за подругой.

Наверху, действительно, оказался чердак, полностью обитый вагонкой. Сквозь маленькое мутное оконце в него проникал тусклый свет, позволявший более или менее рассмотреть валявшийся повсюду хлам. Чего здесь только не было: и ящики, на которых лежали перевязанные стопки газет и журналов, и старые чемоданы, и широкое кресло с потёртой на нём обивкой, и приставленный к стене полосатый матрац, рваный в нескольких местах. Среди этого хлама стояли сломанная железная кровать, приютившая на себе несколько рулонов бумажных обоев, и покосившаяся от времени прикроватная тумбочка с расположившимся на ней старинным патефоном. В центре чердака красовался, разрисованый яркими узорами, огромный дубовый сундук с двумя чугунными кольцами по бокам.