Чтение онлайн

— Ты сам выбрал такую судьбу и не говори мне, что это не так, — горько усмехнулась старуха.

— Я выбрал или судьба выбрала за меня?

— Тоже хороший вопрос. Может, мой старый друг, твой наставник, виновен? Это ведь он тебя сделал кошачьим посланником. И вот ты являешься с дырой в груди и обманчиво-белой кошачьей мордашкой. Но скажи, а почему вообще оказался в долине Терний?

— Пришёл сам.

— Верно. Потому что решил гоняться за обречённой девочкой вместо того, чтобы быть с богиней, о которой мечтают многие.

— Проклятие тари, — бросил я.

— Но ты ведь тогда ещё не был тари? — усмехнулась она. — Или это была судьба кошачьего посланника? Что-то со временем не то, не складывается…

— В чём цель этого разговора? — прервал я старуху. — В прошлый раз здесь было гостеприимней.

— А тебе нужны мои пирожки, пушистик? Разве я не показала, что путь открыт?.. — спросила она с хитрым прищуром. — Ладно, давай свои фрукты, глядишь и сделаю чего.

Я положил на стол из инвентаря горсть маракуй из долины.

— Спасибо, что с запасом, уважил старушку. Теперь давай поговорим, о чём ты хотел, не-глашатай. — кривая улыбка превратилась в хищный оскал, который удивительно гармонировал с образом старухи с длинным крючковатым носом и спутанными седыми волосами.

— Так почему я оказался в долине и не остался с богиней Надежды?

— Ты хочешь, чтобы я ответила? — удивилась старуха. — Хорошо. Потому, что от твоей души были крохи уже тогда. Ты был слишком неразумен, чтобы понять свой выбор. А она — слишком нерешительна, чтобы запереть тебя силой, пока не восстановит утраченные части души.

— А это возможно? Исцелить сожранные пустотой участки души?

— Возможно, конечно. Да только не для таких, как ты.

— Почему?

— Потому что ты найдёшь свою смерть гораздо раньше, пушистик.

— Значит, технически, это возможно?

— Значит, технически, ты мне не веришь? Я ведь тоже кое-что могу. Может даже поболе, чем паучиха, продавшая душу той, у которой собственной не имеется.

— Я здесь, чтобы задать те же вопросы, которые задаю всем, с кем встречаюсь. Как убить сама знаешь кого? За этот ответ я готов щедро заплатить.

— Не предлай расплатиться, если не понимаешь цены, пушистик. Она ведь может быть не в золоте и не в мане.

— Нет слишком большой цены и нет слишком ценной крови.

— Ответ, достойный служителя Тиши. Я думала, культ Нефтис будет меньше напоминать орден её сестрицы, — старуха вздохнула. — Впрочем, от неё осталось ещё меньше за эти годы. Аспектный бог не так вечен, как стихийный… ополосни-ка фрукты и порежь, внучок.

Я легко мазнул левой рукой, и обжигающий пар вымыл их, а затем превратился в лезвие спресованной воды и прорезал напополам.

Старуха отвернулась спиной и принялась длинной серебристой ложкой выковыривать содержимое в заранее подготовленное, видимо к моему приходу, тесто.

— Они — лишь части силы своей матери Мортис, тогда как Пустота — это стихия. Стихию невозможно убить, пока есть сила, с которой она едина. И вот ты здесь, внучок, спрашиваешь меня о том, как совершить то, что невозможно.

Чем-то этот разговор напоминал давний разговор с Айзеком, когда он только присоединился к башне Терний. К счастью, здесь речь шла о магии — её я по крайней мере изучал в академии.

— Если легенды дают реальности силу, то почему не может быть пророчества о том, что эту тварь убью я?

— Убьёшь свою Ласку?

— Это лишь оболочка. Оболочку я способен вернуть. Мне нужен дух.

— Ты смотришь, но не видишь. Проклятие ослепляет твой дух.

— Конкретные причины есть, почему нет?

— Разве я сказала «нет»? Та, кого ты хочешь убить, и сама ведь всегда шла этим путём. Пробуй. Откуда мне, всеми забытой старухе, знать об этом? Гадание здесь не уместно, пушистик. Особенно когда речь идёт о тех, кто утратил судьбу.

— Значит, шанс есть. Хорошо. Присоединяйся к башне и Трибуналу. Твои знания помогут нам создать новый мир на этой планете.

— Ох… не приведи Рассвет я кому-то передам свои тайны. Тебе же лучше, ежели я так не сделаю. И не спрашивай почему. Это тоже будет не нужный тебе ответ. Эта история ещё не написана. Возвращайся, когда напишешь, и я укажу тебе нужный путь.

— Хватит говорить загадками, ведьма.

— Загадки тем хороши, что в нужный момент ты сам поймёшь, что и зачем было помянуто.

Пирожки приготовились неестественно быстро. Угощение появилось на столе буквально минут через пять, тем не менее, сделано оно было на славу.

Если бы для меня имело значение, что и как я ем.

Привычно проверив на яды, я откусил кусок, пока старуха наливала чай, открутив краник самовара.

Кислое… вроде бы ароматное. Запах хорошо чувствуется кошачьим нюхом. Выпечка сделана как раз чтобы ровно помещаться в руке, немного напоминающей сейчас кошачью лапу.

— Вернёмся к вопросу о пустоте. Как излечить душу?

— Тем же путём, каким она была разрушена, только обратно. И долго, очень долго. Поэтому ты ничего с этим не сделаешь.

— Что это за путь? Возможно, его можно ускорить?

— Это вторая причина, почему для тебя это невозможно.

— Не понял.

— Ты спешишь, пушистый не-глашатай.

— У меня есть имя.

— Да, много имён. Как и у меня. Да тольки называть их без повода — дурной тон. Скажи, как мне тебя звать? — в голосе старухи было любопытство.

Я хотел было назвать своё имя, но понял, что услышать она хочет вовсе не его — прочесть она и сама способна. Скорее, ей интересно, какую регалию я изберу.