Чтение онлайн

На глаза попался предназначенный для чистки и разделки рыбы узкий нож, я взял его со стола и ногтем проверил заточку. Потом шагнул в обеденный зал. Учуявший свежий запах пива Эдвин с укором покачал головой, но я прошел мимо старого слуги, даже не взглянув в его сторону.

— Кейн? — отвернулся от окна насторожившийся Свори.

Настоятель арлийского монастыря тоже не спускал с меня глаз.

И чего, тень забери, он вылупился? Смотреть больше не на что?

— Пойду проветрюсь, — сообщил я рыцарю и, нарочито пьяно покачиваясь, направился на выход. На полпути остановился и повернулся к охраннику Арнсона, словно собираясь что-то спросить. Спрашивать, впрочем, ничего не стал и молча воткнул в шею детины разделочный нож. Выпучивший глаза парень схватился за торчащую из горла рукоять и сполз по стене на пол.

— Кевин, бей! — крикнул я и едва успел сигануть за перевернутый стол, когда фальшивый настоятель арлийского монастыря швырнул в меня молнию. Та ударила в стену и брызнула каскадом жгучих искр. Доски облицовки тут же посерели и осыпались невесомыми струйками пепла.

Окрик позволил Кевину Свори вовремя среагировать на угрозу и отвести замах второго охранника кованым наручем. В следующий миг он загнал выхваченный из ножен кинжал в глазницу не успевшему отпрыгнуть бойцу и выдернул из ножен меч.

А вот Жерар на миг просто опешил от изумления, за что и поплатился. Небольшой огненный шарик, сорвавшийся со сложенных ладоней чернокнижника, угодил ему в грудь и взорвался, разметав по залу клочья окровавленной плоти, обрывки одежды и раскаленные звенья кольчуги.

Я выхватил метательный нож, но тайнознатец одним неуловимым движением оказался рядом с дочкой хозяина постоялого двора, приставил к шее девочки изогнутый клинок, прижался спиной к стене. Лицо Карла Арнсона стекло с него, словно слепленная из необожженной глины и размокшая маска. Превращение заняло доли мгновения, и уже через миг перед нами предстал совершенно другой человек. Куда более худой, горбоносый, с тонкими бледными губами и мелькавшими в глазах огонечками сумасшествия.

— Бросайте оружие или она умрет! — с решимостью загнанной в угол крысы заорал оскалившийся чернокнижник.

Кевин Свори многозначительно взглянул на Эдвина и с выполнением приказа спешить не стал. Останься у заклинателя колдовские силы, он бы всех по стенам размазал. За нож чернокнижник схватился исключительно от безысходности. И это давало нам неплохой шанс уцелеть. Но что тайнознат- цу в таком состоянии в голову взбредет — одним теням известно.

— Быстро! Оружие на пол! — поторопил нас колдун, на лице которого выступили капли кровавого пота. — И тех, что во дворе, зовите!

— Зачем? — пьяно усмехнулся я.

— Зовите! Или я ее... — Для большей убедительности тай- нознатец слегка уколол клинком девичью шею, из-под острия потекла тоненькая струйка крови. Глаза девочки закатились, но колдун удержал ее на ногах.

— А нам-то что? — удивился я, оперся о стол и развернулся к заклинателю боком, скрывая зажатый во второй руке метательный нож. — Режь, мы потом тебя порежем. На куски. Медленно.

— Загубите невинную душу? — тяжело выдохнул не поверивший моей угрозе чернокнижник. Все верно — нелегко всерьез выслушивать такое от подвыпившего сопляка полутора десятков лет от роду.

Прав ли он? Да только тень знает...

— Это ты ее загубишь. А мы тебя. Вот сдашься, чин по чину княжескому правосудию предадим. Поверь, сожжение на костре вовсе не самое худшее, что может приключиться с вашим братом. — Я специально говорил медленно и размеренно, и от этого заклинатель нервничал все больше.

— Заткните его! Быстро мечи на пол! — вновь сорвался на крик он и стрельнул глазами на замершего с обнаженным клинком в руке Свори.

Перенеся весь свой вес на стол, я подался вперед и бросил в чернокнижника метательный нож. Заклинатель даже пикнуть не успел, как клинок вонзился ему в горло, перебил хрящи и засел в шее по самую рукоять. Дочь хозяина взвизгнула и рванула от него прочь. Я шагнул ей навстречу.

Какая-то часть сознания отметила, что рывок девчушки слишком уж стремителен, а в следующий миг из пальцев выскочили длинные когти. Отдергивая голову, я начал отмахиваться ножом и заваливаться назад, но уйти из-под удара успел лишь благодаря угодившему в грудь одержимой арбалетному болту.

Отбросив разряженный самострел, Эдвин выхватил из-за голенища сапога складной нож с лезвием почти вполлоктя длиной и кинулся мне на помощь. Когда-то он был неплохим мастером ножа, но давно растерял былую форму и едва ли мог что- то противопоставить выходцу из Ведьминой плеши. Я решил отвлечь демона на себя — и не смог сдвинуться с места. Ноги не слушались, в голове звенело, залитая кровью левая щека горела огнем. Один из когтей одержимой все-таки успел рассечь кожу, и от раны по телу расходилось лишающее сил онемение.

К счастью, тварь замешкалась вырвать из грудины болт, Кевин Свори успел загородить собой старого слугу и сбить рывок твари ударом меча. Из раны не пролилось ни капли крови, и рыцарю пришлось бы туго, не заскочи в этот момент с улицы его оруженосцы. Щелкнули струны арбалетов, и пара тяжелых болтов сбила одержимую с ног.

И все же, несмотря на смертельные для обычного человека ранения, девчонка никак не умирала. Она легко поднялась с пола и вновь шагнула к седоусому рыцарю. Эдвин в длинном выпаде со спины попытался перерезать ей сухожилия, но сам едва увернулся от стремительного броска твари, которая все больше теряла человеческий облик, превращаясь в настоящее исчадие тьмы.

И тут вошедший с улицы отец Густав выкрикнул слова изгоняющей демонов молитвы! Вера священника действительно оказалась крепка: тварь в судорогах забилась на полу, и, по мере того как слабела власть создания тьмы над телом девушки, из ран начала все сильнее струиться темная, почти черная кровь. А потом потустороннее присутствие ослабло, и девчонка умерла. На этот раз окончательно и бесповоротно.

— Аминь, — тяжело вздохнув, завершил молитву священник и обессиленно опустился на стул.

— Как догадался, Кейн? — кинув мне чистую тряпицу, спросил Свори и двумя ударами меча снес чернокнижнику голову с плеч.

— У настоящего церковника на пальце отметина от кольца осталась. — Я приложил к располосованной щеке тряпку и поморщился от боли. — Твою тень!

— В следующий раз умнее будешь, — усмехнулся, глядя на мои мучения, седоусый рыцарь, вспотевшее лицо которого сейчас как никогда напоминало вырезанную из дубовой доски маску. — Так сложно нас предупредить было?

— Чернокнижник с меня глаз не спускал. Хитрый, сволочь. Только дохлый какой-то...