Чтение онлайн

Естественно, никто не собирался оставлять Настю одну. Правда, и с собой она точно не пригласит. Тем более, меня, в отличие от девчонки, на праздник не звали. Но…Когда это останавливало мой изворотливый мозг?

Я заскочил домой и быстро начал наводить порядок. У матери бзик на эту тему. Она считает, труд облагораживает человека. До ее прихода надо, чтоб все было чисто.

Попутно, размышлял. Прикидывал, как лучше поступить. Настю я не брошу. Не могу просто. Она ведь меня не бросила… Даже когда… Когда по моей вине погибли люди. Конченые мрази, конечно, но все-таки. Я замер посреди комнаты, с тряпкой в руках. Снова, будто назло, нахлынули воспоминания.

Первый год помощь девчонки была просто неоценима. Она успокаивала мою переживательную натуру почти каждый день. Я все время паниковал. Мне казалось, за мной непременно вот-вот придут.

А потом наступило время паниковать Насте. И успокаивал ее уже я. Просто события, творившие вокруг моей внезапно обнаруженной особенности, приняли крайне неожиданный поворот.

И снова сыграл случай. Мы с девчонкой сидели дома. Это была пятница. Настя пришла ко мне, чтоб готовить уроки, заданные после учебной недели. Мать, как обычно, задерживалась на работе. Мы почти закончили с математикой, когда дверь распахнулась, ударившись о стену и на пороге моего дома возник младший брат Насти. Он выглядел взъерошенным, грязным и перепуганным.

— Что случилось?! — Настя, вскочив на ноги, бросилась к пацану. Мы до его появления сидели с ней на полу, разложив перед собой учебники.

— Там, это…папка мамку… — Младший брат всхлипнул и заревел в голос, размазывая по грязным щекам слезы. Его физиономия стала еще более чумазой, чем была до этого.

— Ясно… — Настя посмотрела на меня виновато. — Борь, пойду. Надо отца спать укладывать. Разошёлся, наверное, как обычно. А слушает только меня, сам знаешь.

— Некого укладыва-а-а-ать. — Еще сильнее зарыдал пацан. Он был на два года младше Насти. Нам в то время исполнилось по восемь, а ему, как раз, должно было стукнуть шесть

— Как некого?! Ты что? — Девчонка схватила брата за плечо и тряхнул его несколько раз. Он, естественно, завыл еще сильнее. — Убил? Он ее убил?

Настя сама не замечала, как сильно трясет пацана. У него башка мотылялась из стороны в сторону, а зубы выбивали дробь. Зато, услышав вопрос сестры, он сразу же заткнулся и уставился на девчонку круглыми глазами.

— Кто убил? — Спросил пацан Настю испуганно.

— Отец! Ну! Говори! — Девчонка была в панике.

В ее воображении уже нарисовалась картина бытового убийства, которое, между прочим, не настолько уж невероятно. Папаша у них, и правда, иногда вел себя как полнейший неадекват. Бывали случаи, когда все они, включая мать и трех Настиных братьев, прибегали прятаться у нас.

— Ты что? Дура совсем? — Абсолютно спокойно, даже невозмутимо, поинтересовался пацан. — Мамка сбежала от него на улицу, а он погнался за ней. Потом мамка вернулась, а отец — нет. Она пошла его искать. Теперь нет ни мамки, ни папки. Мы одни-и-и-и-и…

В этом месте своего трагичного рассказа он снова завыл.

— Вот же ж сучий потрох…– Выдала Настя очередное новообретенное ругательство. — Борь, ну я пойду искать обоих. Мать, наверное, его просто дотащить не может. Она ведь маленькая совсем. А отец…Ну, ты знаешь.

Конечно, я знал. Папаша у них придурок редкостный. И ведь лакает так, будто у него страховка в частной клинике имеется. Или будто он бессмертный. Все подряд пьет. Водку, спирт, одеколон. Вообще без разницы.

— С тобой пойду. — Заявил я подруге и решительно подтолкнул ее к выходу.

Брата мы отправили домой. Велели, чтоб пацаны ждали возвращения взрослых. Причём, под словом «взрослые» и я, и девчонка вовсе не родителей имели в виду. Они только по годам считаются таковыми. А по поведению…. Настя в сто раз ответственнее и разумнее.

На улице уже стемнело. Мы, взявшись за руки, топали по району, в поисках Настиных матери и отца. Либо кого-то одного. Либо обоих, но по очереди. В общем, надеялись на положительный результат прогулки.

Сами не заметили, как оказались у старых заброшенных домов. Это жилье муниципалитет давно отписал под снос. Дома были слишком старые. Даже для таких непривередливых граждан, как работники завода по перерабатыванию отходов, они не годились. Стены покрылись трещинами и готовились пасть смертью храбрых. Крыши протекали…да везде они протекали! Просто — дыра на дыре. Латать там уже не имелось смысла. Пятачок этот, где стояли разрушавшиеся дома, был не сильно большой и сразу за ним шел пустырь. На пустыре иногда собирались бродяжки и детям там делать точно нечего.

— Черт…темно-то как… — Настя поёжилась. — Страшно.

— Не бойся. — Я расправил плечи и посмотрел свысока на подругу. — С тобой, между прочим, псионик.

Вообще, в этот момент чувствовал себя почти героем. «Почти», так как самому мне было, если честно, страшно до уссачки. Но виду, конечно, я не показывал.

В конце концов, уже год живу псиоником. Телекинез изучил, если не в совершенстве, то неплохо. Могу двигать предметы теперь, вообще не напрягаясь. Естественно, гоняла меня с самообучением все это время Настя. Заставляла тренироваться.

Она же вбила в голову трусливому другу, который боялся даже своих способностей, что относится к ним надо иначе. Это не наказание, это — дар. Просто знать о нем никому не надо. А так, если рассудить…

Ну, и летают у меня предметы. Ну, и могу я поднять каменную плиту. Что такого?

Короче, успокаивал себя мыслью, если вдруг возникнет опасность, смогу защитить нас обоих. Вдруг… Это было очень самонадеянно, использовать предположение. Не вдруг, а обязательно! Конечно опасность возникла!

Мы дошли до самого темного закоулка. Как раз, в этом месте и был узкий проход на пустырь. Неожиданно из черноты, сгустившейся между домами, выступили две фигуры.

— Ух ты… А что это у нас тут детишки делают?

Я прищурился, пытаясь рассмотреть говоривших. Хотя, нет… Не та очередность. Сначала я присел от неожиданности и чуть не рванул в противоположную сторону. Не будь со мной Насти, поступил бы именно так. Бежал бы максимально быстро. По нашему району днем ходить иной раз страшновато. А тут на улице — почти ночь.