Чтение онлайн

— Де Ришло, мадам, а ваше?

— A-а! Де Ришло! Конечно же, маэстро, — она тяжело кивнула. — Я мадам д’Урфе, и вы, вероятно, слышали обо мне.

— Ну, разумеется, — вновь поклонился герцог. — Что вы думаете о нашей встрече сегодня?

— Если небо расчистится, мы многое сможем узнать, — загадочно ответила дама.

«Ого! — подумал герцог. — Похоже, мы вскоре воспользуемся обсерваторией Саймона. Неплохо бы выяснить об этом побольше». Но прежде, чем он смог выжать из пожилой француженки что-либо еще, Саймон, пользуясь правом хозяина, ловко прервал их беседу и потащил герцога к столу.

— Так вы занялись изучением звезд, друг мой? — заметил де Ришло.

— О-о, да. Видите ли, астрономия, чрезвычайно увлекательная штука. Не желаете икры? — И Саймон озабоченно взглянул в сторону Рэкса, увлекшегося беседой с девушкой.

Ее сверкающие волосы, сонно-задумчивые глаза и ангельский взор, в котором, как то нередко бывает у женщин, родившихся не в свою эпоху, не было ничего христианского, на мгновение напомнил герцогу о портретах Боттичелли. Он подумал, что этой золотоволосой деве, в чьих жилах струился незажженный огонь, следовало бы жить в Италии во времена Борджа.

Затем де Ришло вновь обратился к Саймону:

— Я полагаю, вы приобрели этот дом именно из-за обсерватории?

— Да. Приезжайте ко мне как-нибудь ночью, и мы вместе взглянем на звезды. — Приглашение было искренним, и в тоне Саймона прозвучала нотка присущей ему теплоты, но герцог ничуть не обманывался относительно нежелательности их сегодняшнего визита.

— Благодарю вас. Это доставило бы мне огромное удовольствие, — поспешно ответил он, разглядывая через плечо Саймона двух других приглашенных. Один из них, высокий белокурый мужчина, чьи тонкие льняные волосы и бесцветные глаза выдавали в нем альбиноса, разговаривал в этот момент с Мокатой. Другой, коренастый седоволосый крепыш в зеленом пледе и рыжей юбке, напоминавший своим обликом ирландского барда, мягко расхаживал взад и вперед, сцепив руки за спиной, и что-то невнятно бормотал себе под нос.

«Исключительно нерасполагающая к себе компания», — подумал герцог, и его мнение ничуть не улучшилось, когда в гостиной появились еще трое гостей: одетый в платье мандарина серьезного вида китаец, чьи узкие глаза-щелочки свидетельствовали о безжалостности натуры, однорукий евразиец и высокая худая женщина, с тощей шеей и густыми бровями, смыкавшимися на переносице.

Моката с видом хозяина приветствовал их, но, когда высокая женщина направилась к Саймону, последний покинул де Ришло и поспешил ей навстречу. Герцог догадался, что этот ход имел своей целью помешать ему подслушать их разговор, однако до него отчетливо донеслись ее слова, произнесенные с явным американским акцентом.

— Привет, Саймон! Наверное, волнуешься? Сегодня твое натальное соединение, и это должно нам помочь.

«Ха-ха-ха, — рассмеялся про себя герцог. — Теперь, когда я начиная немного понимать происходящее, оно мне нравится еще меньше». Решив проверить свою догадку, он повернулся в сторону однорукого евразийца, но Саймон, очевидно, догадался о его намерениях, поспешно извинился перед американкой и успел перехватить его на полпути.

«Ну погоди, мой юный друг, — подумал де Ришло, — значит, ты не хочешь, чтобы я выяснил, для чего вы здесь собрались?»

— Чем же вы интересуетесь, Саймон, — астрономией или астрологией? Между ними есть существенная разница, вам это известно? — мягко заметил герцог.

— О, разумеется астрономией. — Саймон нервно провел пальцем по своему длинному с горбинкой носу. — И не сомневайтесь, я действительно рад видеть вас у себя. Кстати, не выпить ли нам еще шампанского?

— Спасибо, нет; может быть, позже. — Герцог заметил удивленный взгляд Мокаты, услышавшего его фразу, и подавил в себе желание улыбнуться.

— Мне бы очень хотелось, чтобы сегодня у меня была обычная вечеринка, — после секундной паузы произнес, нахмурившись, Саймон. — Тогда я смог бы попросить вас остаться, но все сегодняшние расходы общество взяло на себя, а вы с Рэксом, к сожалению, не являетесь его членами…

— Ну конечно, дружище, конечно же, — с готовностью согласился де Ришло, но про себя подумал: «Этот юный хитрец пробует всеми правдами и неправдами выставить меня вон, но, клянусь, я уйду отсюда не раньше, чем все выясню».

Он весело прошептал на ухо своему собеседнику:

— Я бы уже давно откланялся, но Рэкс, кажется, настолько сильно заинтересовался одной особой в зеленом платье, что мне не хотелось бы мешать ему.

— Дорогой мой, — запротестовал Саймон, — мне ужасно неловко просить вас сделать это.

В этот момент в салоне появились новые гости: толстый индус в оранжево-розовом тюрбане и такого же цвета халате, и краснолицый немец с безобразного вида заячьей губой.

Саймон, оставив герцога, поторопился встретить вновь прибывших, но и на этот раз де Ришло уловил слова, произнесенные немцем.

— Ну, Абрам, как настроение?

А затем до него донесся сдавленный смешок индуса:

— Не следует так обращаться к нему в столь великую ночь — это может принести несчастье.

— Черт побери, так оно и есть! — пробормотал себе под нос де Ришло.

В этот момент Саймон с почти невежливой торопливостью покинул тех двоих и поспешил вернуться к герцогу, который с улыбкой обратился к нему:

— Вы, как я понимаю, намерены в одностороннем порядке исполнить какое-то обязательства, друг мой?

— А-а? — слегка испуганно воскликнул Саймон.

— Например, поменять свое имя, — подсказал де Ришло.

— Не-а, — произнес он свое странное отрицание, которым нередко пользовался в разговоре с теми, кто хорошо знал его, и энергично затряс головой, пытаясь усилить эффект. — He-а. Это просто шутка — своего рода обряд инициации, поскольку я еще не являюсь полноправным членом нашего общества.

— В вашем астрономическом кружке существуют, оказывается, обряды — очень интересно! — Говоря это, де Ришло краем глаза заметил, что Моката быстрым жестом указал Саймону на позолоченные часы, стоявшие на камине, и, чтобы избавить хозяина от неприятной необходимости попросить их удалиться, воскликнул: — Дорогой мой, почти четверть двенадцатого! Я и не подозревал, что уже так поздно! Мне все же придется оторвать Рэкса от его очаровательной собеседницы.