Чтение онлайн

– В структуре любого из созданных мною объектов всегда присутствует некоторое количество наноботов. Они постоянно поддерживают объекты в стабильном состоянии, используя энергию комплекса. Перестав получать энергию, они начнут добывать ее извне, разбирая окружающую их среду на простейшие составляющие и производя то вещество, которое делали на модели. Если их не остановить, они сами не остановятся никогда и постепенно разберут всю планету. Конечно, живым организмам наноботы не повредят, их активность при встрече с живой клеткой за приделами комплекса автоматически блокируется, но все остальное…

– Знаю, знаю… – вздохнул Никита: – Законы Декслера, «липкая серая слизь», мы в школе проходили. Жаль, я думал… Ну ладно, тогда давайте создадим чего-нибудь по вашим правилам…

Теперь Никита перестал плакать по утрам. Черная змея тоже больше не появлялась – видимо, сдохла в своей тайной норки от злости.

Едва проснувшись, мальчик спешил к «Творцу-7», над рабочим столом которого каталось по невидимому туннелю из электромагнитного поля маленькое плазменное солнышко.

На «севере» рабочего стола выросли горы, увенчанные белыми шапками ледника, с «запада» на «восток» текла среди лесов и лугов широкая река, желтели соломенными крышами редкие деревушки и коричнивели квадратики полей, а на «юге», на холме, за деревянными стенами, медленно росло небольшое городище. Джинн и Никита моделировали участок Среднерусской возвышенности IX века. Правда, гор там не было, но Никита настоял, чтобы на модели они были – иначе что ж это за мир без гор?

По первому требованию мальчика джинн разворачивал перед ним голографическую линзу, и Никита с восторгом наблюдал, как на опушку микролеса выбегал самый настоящий микрозаяц, за которым гналась рыжая микролиса.

Еще интереснее было смотреть на людей. Вот поутру на крылечко избушки в деревеньке, которую Никита, не мудрствуя, окрестил Приречной, выходит старый дед с седой бородой, а следом за ним выбегают двое внучат в одних холщовых рубашонках. Вот бабушка в расшитом переднике и смешно повязанном платочке выносит ребятишкам крынку с чем-то белым, наверное, с молоком. Дети по очереди пьют из кувшина, и весело бегут выгонять из загона на лужок толстую грязную свинью и десяток поросят…

Никита знал, что действиями всех смоделированных живым существ, в том числе и людей, управляет джин, который для этого выделил внутри себя несколько модулей памяти и подключил к ним дополнительные процессоры, но все равно ему казалось, что маленькие человечки – взаправду живые.

Творцы микромирка заранее договорились, что на рабочем столе не будет войн, смертей и прочих нехороших вещей – пожаров, наводнений, ураганов, засух… Поэтому Никита всегда спокойно наблюдал за происходившим «в сказке», как он про себя называл модель. Тут всегда все было «в порядке», хорошо. И от этого мальчику тоже становилось хорошо…

Джинн теперь появлялся редко – сложный мир, живущий на рабочем столе комплекса, требовал больших аппаратных и «интеллектуальных затрат», как он выразился. Постепенно Никита привык к тому, что созданный «Творцом-7» микромирок живет и развивается сам по себе. Наблюдая за ним, он стал разбираться в нравах, обычаях и быте смоделированной эпохи, как заправский историк.

Но некоторые мысли не давали мальчику покоя. Например – действительно ли съедобно то, что едят и пьют микролюди? И если да, то почему бы не наладить выпуск этой еды и питья в его, большом мире?

Особенно Никиту волновало молоко, что регулярно, каждое утро, выносила бабушка своим внучатам в Приречной. «А что, если взять немного этого молока, капнуть в чашку, и подождать, пока наноботы не наполнят ее до краев? Потом выпить, оставив только на донышке. Там, в этом остатке, все равно будут наноботы, и они сделают новое молоко!» – размышляя таким образом, Никита наконец решил: нужен секретный эксперимент! Такой секретный, чтобы даже джинн был не в курсе.

К эксперименту он подготовился основательно. Сперва выменял у Борьки Колесникова молекулярную пипетку. Борька с такой замечательной вещью, подаренной ему отцом, инженером-генетиком, расставаться ни за что не хотел. Или хотел, но за что-то такое, чтобы бы было ему, Борьке, очень нужно. Пришлось отдать хитрому приятелю три диска замечательной «виртуалки» «Капитан Воронцов против космических террористов», ну да ладно, наука того стоила.

Затем с дальней полки шкафа был извлечен раритет, семейная реликвия – старый прапрапрадедушкин микроскоп фирмы «Цейс», с двойными окулярами и хорошим увеличением. В молодые дошкольные годы Никита рассматривал через него инфузорий в воде из аквариума. Голографическая лупа – это хорошо, но с микроскопом – вернее.

Наконец, с помощью деталей от макроконструктора, левой руки космодесантника Дика и ванадиевой проволоки из папиного ящика с инструментами Никита подготовил себе снаряжение для эксперимента. Над рабочим столом «Творца» завис грозный манипулятор с молекулярной пипеткой в желтоватых десантных пальцах. Для точности попадания был изготовлен проволочный каркас-шлем, к которому юный нанотехник намертво прикрутил рабочий цилиндр микроскопа, вывернутый из штатива – это устройство он назвал «прицеливатель». Теперь оставалось только ждать…

Очередное утро в микромирке Древней Руси, где сутки равнялись семи часам по времени «большого мира», наступило по графику – в 19–30 вечера, за полчаса до ужина. Никита надел шлем, поместил окуляры микроскопа перед глазами, направил молекулярную пипетку на крылечко избушки и замер в ожидании.

Вскоре, как обычно, сонно позевывая, из дверей выбрел бородатый дедок, потом колобками выкатились внучата. Никита подпер левой рукой голову, чтобы изображение не дрожало, и начал опускать тонкий кончик пипетки, пальцами двигая титановые тяги в руке десантника Дика. Ниже… Еще ниже… Еще…

– Ну, давай! – шептал Никита: – Ну бабушка, ну бабулечка… Ну где ты там?!

Словно испугавшись последнего грозного окрика, на крылечко выскочила бабка в переднике. Пухлыми руками она прижимала к груди крынку с молоком. Молекулярная пипетка ткнулась раз – мимо! Второй – мимо! Третий – ай, тонкий кончик чуть не попал бабусе в голову!

Никита занервничал – неужели не попадет? Тут старушка протянула посудину детям, и очередной клевок молекулярной пипетки достиг своей цели, враз поглотив половину жидкости из сосуда.