Чтение онлайн

– Вы...
– хрипло начал он, чувствуя, что волосы пытаются встать дыбом. Нимхейн улыбнулся, сверкая ставшими более человечекими глазами.

– Именно. Полукровка.

– Кх!

Маг застыл, пытаясь успокоиться, под насмешливым взглядом хозяина кабинета. Наконец Диппет взял себя в руки.

– Суккуб?
– слабым голосом предположил мужчина.

– Я не отношусь к низшим созданиям, - отрезал Даркеварр.

– А...

– Имя моего второго родителя - Уркварт, сын Андрамелеха.

Диппет позеленел, трясясь от ужаса.

Демон. Перед ним сидел демон и явно прекрасно себя чувствовал.

– Подробности Вам знать ни к чему, этого достаточно, а Кровавая клятва позволит сохранить тайну. Не так ли?

– Разумеется, Господин!

– Хорошо. А теперь перейдем к делу.

***

Ввалившись в свои покои, Диппет первым делом достал из шкафа бутылку коллекционного огневиски и шумно выхлебал половину. Отдышавшись и утерев слезы, маг рухнул в кресло, не выпуская ее из руки.

Вот уж повезло...

Впрочем, за его содействие крайне щедро заплачено.

Успокоившись, Диппет еще раз отпил из горлышка, фыркнул и постарался выкинуть все это из головы. Так и жить проще, и спать легче.

***

Мортимер неторопливо составлял список того, что возьмет в школу. Еще неделя и все. Но теперь все будет совершенно по-другому.

Как ни забавно, но ближе к 17 веку и еще долгое время после аристократия в Европе красилась независимо от пола, возраста и сексуальной ориентации. Это было неотъемлемой частью положенного для дворянина образа жизни. Лицо белилось, на скулы наносились румяна, губы покрывались кармином, чем-то вроде плотной матовой помады бордового цвета. На морду лица и декольте (последнее - у женской части) сажались мушки, вырезанные из черной тафты. Причина их появления очень смешна - какая-то герцогиня (не помню имя) прятала под ними свои прыщи. Девайс обществу понравился и мушки вошли в оборот, иногда представляя собой целое произведение искусства, например, в виде кареты, с запряженной цугом шестеркой лошадей. И все это такого размера, что только в лупу рассматривать. По положению мушек опытный аристократ мог запросто узнать намерения представшей перед ним дамы (если проще говорить - получить ответ на вопрос: даст или не даст?) Так что, сидхе у меня модники.

Глава 17. Как шутят в Одессе...

Тяжело вздохнув, Мортимер еще раз окинул взглядом комнату, после чего развернул список, проверяя, все ли он взял.

Так... Одежда - есть. Большой шкаф с расширенным пространством, сейчас имеющий размер ключницы. Палочка - есть. Вот она, в ножнах на руке. Фамилияр - тоже присутствует, висит на шее, шарфик изображает. Мальчик почесал головку довольно жмурящейся змеи, сияющей новой раскраской чешуи.

Ритуал создания и привязки фамилиара, проведенный под чутким руководством опекуна, подействовал просто великолепно, изменив обыкновенную, невзрачной расцветки и невысоких умственных способностей змею в нечто совершенно волшебное. Медно-коричневая, с зигзагообразной полосой вдоль хребта шкурка превратилась в серебряно-антрацитовую, что смотрелось просто великолепно. Треугольная головка обзавелась самыми настоящими рожками, торчащими вверх, сделав ее похожей на рогатую гадюку, только с гладко прилегающей чешуей, Нагайна немного выросла, достигнув длины в пятнадцать дюймов от носа до кончика хвоста.

Однако самым впечатляющим было не это. Змея резко поумнела и стала магическим животным. А всего-то Нимхейн, пакостно скаля клыки, накапал ей в рот три капли собственной, добровольно отданной крови, приговаривая:

– Ничего, малыш, вот подрастешь немного, оценишь мой... хи-хи... подарочек.

Мортимер начал ценить уже. Сейчас. Характер у Нагайны очень быстро испортился, приобретя стервозные и мерзопакостные черты, впрочем, хозяина она обожала, а Нимхейн вообще вводил ее в священный трепет, а вот остальных наглая змея ни во что не ставила, хихикая и отпуская язвительные комментарии.

Так, ладно. Нагайна присутствует. Что еще? Учебники, перья, пергаменты и прочее. Есть. Защита? Мортимер посмотрел в зеркало и кивнул. Кольцо, сережка, тонкая цепочка на щиколотке. Все есть. Замечательно. Мальчик сосредоточился и украшения стали невидимыми. Вот так, нечего выставлять свои секреты напоказ.

Дальше. Канцелярские принадлежности. Учебники. Форма. Сова? Хмм... нет, брать сову он не будет, все равно писать ему некому. Нимхейн тоже идет в школу, значит, в почтовой птице нет надобности. Значит... все? Все.

Бросив список на стол, мальчик вышел из комнаты, направившись в сад, который был так же необычен, как и его владелец. Обычные и фруктовые деревья, причем такие, которых он никогда не видел, например, шелковица. Очень необычные плоды, но вкусные, а благодаря магии деревья плодоносили дольше. Интересные клумбы с ракушняком, якорями, лилиями и ирисами. Туя и самшит. Платаны и орехи, липа и белая акация. Столбы, увитые хмелем и плющем. Виноградные лозы повсюду. Странные деревья с огромными листьями - катальпа или "слоновьи уши", как объяснил мальчику садовник. Вишни и персики, яблони и груши.

Странный полу-парк, полу-сад. Но очень красивый и уютный.

– Ну что, готов?
– насмешливый голос опекуна раздался откуда-то сверху. Задрав голову, Мортимер обнаружил Нимхейна сидящим на толстой ветке шелковицы. Мортимер кивнул и подросток легко спрыгнул с дерева.

– Тогда идем. Мне надо еще с Темучином поговорить.

****

– Что скажешь?
– Нимхейн сидел в кресле, обрисовывая перед книззлом дальнейшие перспективы.
– Ты можешь остаться здесь. Охота, личный домовик, общество моих предков и телохранителей, еда и подушка. Видеться будем редко, только на каникулах.