Прошло семь лет…
Шрифт:
Он встал со стула. Хотел походить, подумать, расставить все по местам. В самом деле, стоит ли всерьез волноваться? Если Джереми привык время от времени исчезать…
Никки словно прочитала его мысли и взмолилась:
– На этот раз я чувствую: произошло что-то серьезное, Себастьян! Джереми в последний раз видел, что со мной творилось от беспокойства, и пообещал всегда держать меня в курсе.
– Какой помощи ты от меня ждешь?
– Сама не знаю. Я уже обзвонила все больницы, поговорила со «Скорой помощью», я…
– А ты не нашла чего-нибудь необычного, когда рылась у него в комнате?
– Как это – рылась у него в комнате?
– Ты что, не роешься в его вещах?
– Нет, его комната – заповедная территория, это его…
– Заповедная? Никки! Мальчик вот уже три дня как исчез! – рявкнул Себастьян, направляясь к металлической лестнице, которая вела на второй этаж.
7
– Подростком я не выносила, чтобы мать совала нос в мои дела!
Как бы Никки ни тревожилась, она не хотела вторгаться в интимную жизнь сына.
– Ты же не роешься в комнате Камиллы, правда?
– Раз в неделю обязательно, – бесстрастно сообщил Себастьян.
– Ты уверен, что у тебя все в порядке с головой?..
«Может, и не в порядке, но девочка, по крайней мере, никуда не исчезла», – подумал он не без удовлетворения и принялся за работу.
Комната Джереми отличалась немалыми размерами, дом как-никак был некогда фабрикой, так что планировка была своеобразная. А в целом обычное обиталище geek [5] , где царил радостный хаос. По стенам афиши культовых фильмов: «Назад в будущее», «Военные игры», «Формула любви», «Трон». К перегородке прислонен велосипед с фикседом. В углу игральный автомат «Донки Конг» 80-х годов. В мусорной корзине коробки от наггетсов, пиццы и банки «Ред Булл».
5
Человек, увлеченный чем-то, часто далеким от реальности (англ.).
– Бардак неописуемый! – воскликнул Себастьян на пороге. – Он когда-нибудь прибирает у себя в комнате?
Никки испепелила его взглядом. Переждала минутку и принялась за дело: заглянула в шкаф.
– Похоже, он взял с собой рюкзак, – пробормотала она.
Себастьян подошел к письменному столу.
Три больших монитора, системные блоки. Рядом полный комплект оборудования для диджея: вертушка, микшер, колонки, усилитель, сабвуфер. Все отличного качества. Для профессионалов.
«Откуда у него такие деньги?»
Он взглянул на книжные полки. Они ломились от комиксов: «Бэтмен», «Супермен», «Пипец», «Люди Х». Себастьян со скептической улыбкой взял из стопки и полистал последний выпуск «Человека-Паука»: вместо Питера Паркера там действовал метис, сын афроамериканца и испанки. «Времена меняются», как поет Боб Дилан.
На другой полке Себастьян обнаружил всевозможные руководства по игре в покер, а рядом продолговатый алюминиевый кейс с десятью рядами керамических фишек и двумя колодами карт.
– Что тут вообще такое? Игорный дом?
– Я ему этот кейс не покупала! – стала защищаться Никки. – Но я знаю, что в последнее время Джереми часто играет в покер.
– С кем?
– С приятелями по лицею, я думаю.
Себастьян скривился. Ох, как ему это не понравилось…
Скрепя сердце он вынужден был признать, что на полке стоят и настоящие книги: «Властелин колец», «Дюна», «Машина времени», «Бегущий по лезвию», цикл «Основание».
Рядом с этими, культовыми для любого считающего себя фриком, стояли учебники по сценарному мастерству, биографии Стенли Кубрика, Квентина Тарантино, Кристофера Нолана, Альфреда Хичкока.
– Он что, интересуется кино? – удивился Себастьян.
– Конечно! Мечтает стать режиссером! Неужели он никогда не показывал тебе своих фильмов? Ты что, не знаешь, что у него есть камера?
– Нет, – вынужден был признаться Себастьян. Не без грусти приходилось признавать очевидное: сына своего он не знал. И дело не в том, что они редко виделись. Дело было в том, что в последнее время они говорили, как два глухих. Даже не спорили. Отгораживались друг от друга полным равнодушием. Джереми был не таким сыном, какого хотелось бы иметь Себастьяну. Мальчик был слишком похож на мать, и поэтому он не интересовался, чем тот живет, его занятиями, надеждами. Мало-помалу, но с полной определенностью Себастьян отстранился от сына и не чувствовал за собой вины.
– Я и паспорта его не нахожу, – встревожилась еще больше Никки, заглядывая в ящики стола.
Себастьян в задумчивости нажал на клавиатуре компьютера клавишу «пуск». Джереми увлекался ролевыми играми онлайн. Экран вспыхнул, показав картинку «World of Warcraft». Затем выскочила иконка, предлагая ввести пароль.
– Даже не вздумай! – Никки схватила Себастьяна за руку. – У него паранойя на все, что касается компьютера. По части компа он понимает в десять раз больше, чем мы оба, вместе взятые.
Очень жаль. Запрет лишал их немалого количества информации. Себастьян подчинился совету бывшей жены и не стал влезать в компьютер. Ограничился тем, что вытащил внешний жесткий диск. Кто знает, вдруг он не защищен паролем?
– У тебя есть ноутбук? Можно попробовать посмотреть на нем.
– Сейчас принесу.
Пока Никки не было, Себастьян рассматривал фреску, которую Джереми нарисовал на стене в глубине комнаты: благословляющий Христос парит в сине-зеленом небе. Он подошел поближе и увидел на полу баллончики с красками. Несмотря на открытое окно, в комнате здорово попахивало химией. Фреску Джереми нарисовал совсем недавно.
– Он что, обратился к религии? – спросил Себастьян, когда Никки вернулась.
– Да нет, насколько я знаю. Но мне кажется, что нарисовано потрясающе!
– Ты серьезно? Любовь слепа…
Она протянула ему ноутбук, бросив на бывшего мужа мрачный взгляд.
– Может, она меня и ослепила, когда я тебя встретила, но…
– Но что?
Никки не стала продолжать пикировку. У них были сейчас дела поважнее.
Себастьян взял ноутбук и подключил к нему съемный диск. На нем были фильмы и музыка, скачанные из Интернета. Судя по всему, Джереми был страстным фанатом рок-группы «Шутерз». Себастьян посмотрел несколько минут кусочек их концерта: грубоватый гаражный рок, слабое подобие «Strokes» и «Librtines».