Чтение онлайн

— Очень приятно, Андрей.

Из зеркала, на меня посмотрел плод страстной любви нетопыря и шимпанзе. Огромное лиловое пятно на раздувшейся переносице, да еще заплывшие глаза, разъехавшиеся к краям моей многострадальной головушки.

— А Вы Юрию Сергеевичу кем приходитесь?

Я чуть не уронил зеркальце. Ну конечно, придурок! Раскатал губу, как же нужна им твоя обезьянья рожа. Юрий Сергеевич, вот оно — лазейка на этаж повыше из погреба социума.

— Да так, знакомый.

— А Вы…

— Пожалуйста, давайте попозже поговорим, спать очень хочется.

— Хорошо, поняла, не мешаю, смена заканчивается, я к Вам завтра загляну. Вот возьмите на всякий случай, и называйте меня на ты. — Она смущенно протянула клочок бумаги с номером телефона.

Я молча взял листок и сомкнул веки. Хлопнула дверь. В воцарившейся тишине я занялся сбором гудящих мыслей. Ну и дела! Я конечно, не мсье Делон, но и не урод. Тем не менее, таким бешенным спросом у прекрасной половины человечества не привык пользоваться. Темная половина настойчиво убеждал брать, пока дают. Но, видимо, населению светлой области моей души такой расклад не понравился, и появилась тяжелая артиллерия в белых одеяниях: " Андрей, ты не такой", — говорили они. "Ее интересуешь совсем не ты", — говорили они.

"И как мне теперь быть?" — Ответить защитники света не успели — надрывный скрип двери прервал битву добра со злом.

— Андрюшенька, ну что будем делать? Доктор говорит перелома нет, небольшая трещина. Платить не надо, сказали что все за счет государства. Как ты себя чувствуешь, мой хороший? — заметно успокоившаяся мать вопросительно смотрела на меня.

— Мамуль, нормально все. Ты езжай домой, не волнуйся. Твари они конечно, но Министр домик пообещал тебе. Правда, ты в деревне не распространяйся сильно. Скажи сын помог. И врать не придется. А как помог — знать необязательно.

— Да что мне тот проклятый домик, даром он мне нужен, я в своем проживу. Не буду я эти подачки брать, коль сын страдать будет, — глаза ее снова заблестели от подкрадывающихся слез.

— Мам, ты ведь сама понимаешь, что правды мы не добьемся, а если и попытаемся, то хуже сделаем. Ты ведь хотела, чтобы я закончил институт? Просто забудь, я жив и, почти, здоров. А через месяц и следа от синяков не останется. Дом этот ты продать сможешь, ты ведь всегда мечтала большим хозяйством заняться. Вот и случай помог. Езжай, я летом появлюсь обязательно.

— Ладно, Андрюша. Обещай, что ты никогда больше не свяжешься с этими людьми.

— Я постараюсь, мамуль.

— Держи вот, — она поставила на стул пластиковый пакет, — Тут фруктов немножко. Больше ничего пронести не дали. Поправляйся, сынок.

Мать подошла, посмотрела на меня печальными глазами, поцеловала в щеку:

— Горюшко ты мое, постараюсь уехать вечерним поездом.

— Хорошо, мам. Люблю тебя. Я позвоню как получится.

— И я тебя люблю, сынок.

Итак, зовут меня Андрей, и я "маменькин сынок"… Нет, не так. Как и все воспитанные только мамой парни, я себя конечно таковым не считаю. Отец погиб когда мне было семь лет. Я его помню не так, чтобы очень хорошо. О подробностях его смерти мне мать никогда не рассказывала. Говорила что он был военным и участвовал в специальной операции. После похорон пришли люди в форме и попросили освободить служебную квартиру. Матери выплатили компенсацию, естественно своими размерами никак не претендующую на обретение квадратных метров в Москве. Поэтому мы переехали в одну из деревенек во Владимирской области, где когда-то проживал мамин отец, оставивший после себя небольшой домик. Говорят, характер ребенка формируется до шести лет, так что я очень сильно верил, что отец успел сделать из меня мужика.

Мать устроилась в местное подобие совхоза. А я пошел в районную школу, где начал грызть гранит науки. Небезуспешно, кстати. Так получилось, что в одиннадцатом классе, я как единственный отличник в районе получил приглашение на Всероссийскую олимпиаду по математике, проводимую МГУ. Математика мне всегда давалась легко, я бы даже сказал она меня увлекала и я далеко обгонял сверстников по точным наукам. От деда осталась огромная библиотека, с кучей советских книг, в том числе и гора разных учебников. Из-за любви к ночному чтению с фонариком, я немного испортил зрение. Как потом оказалось, линзы я не могу носить из-за деформации роговицы. Нет, видел я сносно, но померив, однажды, дедовские очки перед зеркалом, ощутил себя важным профессором, и пристал к матери с просьбой купить мне похожие, только под мое зрение.

Мать всегда гордилась моими успехами, и пророчила мне карьеру ученого. Кстати, ту олимпиаду я выиграл, в связи с чем, МГУ выделил мне квоту и зачислил в ряды студентов. Маму в деревне любили, и естественно по моему приезду гуляли всем селом. Тогда же мы впервые со своим одноклассником Славкой Осиповым и местной секс-бомбой Аленкой нажрались и благополучно потеряли девственность, а утром я познал все прелести похмельного синдрома. За это конечно получил втык от матери и длинную лекцию о вреде алкоголя на организм неокрепших отроков. Воспитывала она меня не очень строго. Так уж вышло, что в деревне заняться было нечем, молодежи почти не было, а потому с ее слов: "испортиться естественным путем я не успел". И,чтобы хоть чем-то себя занять в свободное время, я постоянно читал. К шестому классу дома не осталось новых книг; были прочитаны Теодор Драйзер, Гюстав Флобер и прочая муть, какой я ее считал на то время. А потом была районная библиотека и интернет-кафе, где я открыл для себя чарующий мир фэнтези и многопользовательские онлайн игрушки.

ММОРПГ стали моим самым большим увлечением. Это были разные миры, каждый со своей уникальностью и историей. Невероятный сплав идеального мира фэнтези и моей любимой математики. Я лепил своих персонажей как скульптор, медленно и выверено. Каждая циферка показателей персонажа, будь то ловкость или интеллект, доводилась до совершенства именно в том билде, который я планировал. Долгие часы тестов и расчетов, безостановочное штудирование математической части игры, неизменно давали максимально возможный результат. Конечно, иногда донатеры сводили мои усилия на нет, перекрывая мою работу "тоннами бабла" вливаемых в своих персонажей, но они были скорее досадным исключением из правил, чем закономерностью. Осознание того, что когда-нибудь я смогу себе позволить потратить на своего героя столько же, но куда более эффективно, грело душу и давало новую мотивацию.

А затем все это перешло на новый уровень, я выбрал экономический факультет и переехал в Москву. Мать, в честь окончания школы, выделила мне из своих сбережений денег, которых хватило на достаточно хороший компьютер и на аренду плохонькой комнаты в Южном Бутово, что меня мало волновало, так как я готов был спать и на полу, лишь бы компьютер и интернет были рядом.

Остатки лета я провел под гордым флагом Задротляндии: игры-сон-игры-еда за компьютером. Бесконечное ПВП, фарм ресурсов, гринд мобов. Пару раз в неделю экспедиция до супермаркета за запасом провианта, и снова в бой. Я стал завсегдатаем форумов о ММО, мои вариации развития персонажей, однозначно признавались игровым сообществом лучшими, и за мной прочно закрепилась слава гуру билдостроения.

Незаметно пришла осень, а с ней и учеба в ВУЗе. Нашу группу собрали в аудитории, выступил куратор Константин Сергеевич, похожий на Карлсона дядька, который механически оттарабанил вступительную речь, после чего нам дали план занятий на ближайший семестр и оставили знакомиться друг с другом.

Здесь я немного вынужден остановится и уделить время этой самой группе.

Осознав с кем придется учиться, я испытал полное разочарование от своей никчемности. Не то, чтобы я комплексовал по этому поводу, но такого обилия дорогой одежды, часов и мобильников в одном месте я никогда не видел. Мое интернет существование не давало мне паузы, чтобы оглянуться и понять, куда и зачем я на самом деле приехал. Так что мне со своим стареньким свитером, с торчащим из под него воротничком рубашки и деревянной Нокией, хотелось побыстрее исчезнуть, лишь бы не попадаться одногруппникам на глаза. Мелькнула мысль, что стоило потратиться не на компьютер, а на комплект приличных шмоток, чтобы хоть как-то соответствовать окружению.