Чтение онлайн

В соседних домах зазвучали встревоженные голоса, зажигался свет. Кто-то из жильцов успел выскочить на улицу в наскоро накинутой одежде. Раздались крики. И в этот момент бензобак взорвался, осветив ночную улицу до самого неба…

Двое мужчин с лоджии современного отеля обозревали вечерний город. Один – типичной азиатской внешности, с иссушенным солнцем лицом, мутными подозрительными глазами и коричневыми пальцами рук. Высокий, худой и очень подвижный, он кипел энергией, даже на лоджии отеля не стоял спокойно, все время переступая с ноги на ногу и поворачивая голову из стороны в сторону.

Второй, вполне европейской внешности, с глубокими залысинами на лбу, смотрел на мир лениво и немного насмешливо. Наверное, такое выражение его глазам придавали очки в тонкой оправе. Он был немного полноват в талии и имел расслабленную осанку, склонную к тому, чтобы поискать стул, а лучше кресло, и усесться в него с возможными удобствами.

Эти два человека были совершенно не похожи друг на друга, хотя, видимо, их многое объединяло. И давно.

– Да, – задумчиво сказал человек в очках, посматривая вниз на широкий зеленый проспект. – Фергана уже не та, дорогой мой Нуралли. Зачем-то вырубили чинары. Исчез неуловимый колорит, который был присущ городу еще каких-то тридцать или сорок лет назад. Он был зеленее, и пусть не такой чистый, зато тут, говорят, пахло Востоком. А теперь?

– Вы бывали в Фергане в те годы? – с сомнением спросил Нуралли. – Сколько же вам лет, Грегор?

– Не надо ловить меня на слове, – засмеялся европеец. – И вообще давайте вернемся в номер. Тут все еще жарко.

Плотно прикрыв створки двери, европеец задвинул занавеску и уселся в кресло напротив невысокого столика, заставленного фруктами, бокалами и бутылками.

– Конечно, Нуралли, я тут в те годы не бывал. Но я всегда стремлюсь познакомиться с историей, культурой тех мест, куда судьба готовится меня забросить. И этот город, если мне не изменяет память, был заложен известным русским генералом Скобелевым, победителем Османа-паши на Балканах и усмирителем ваших предков в Средней Азии.

– Здесь никогда не было моих предков, – вдруг недовольно ответил Нуралли. – Я не узбек. Если угодно, я – афганский таджик. Так, кажется, вы нас называете, по своей науке?

– А я, собственно, и не имел в виду это, – засмеялся Грегори. – Я имел в виду всю историю Востока, бактрийцев и согдийцев, которые создали на бескрайних просторах Азии непобедимое государство, не покорившееся даже Александру Великому. Но все меняется, к моему глубокому сожалению. Жернова истории перемололи и эти великие народы, превратив их лишь в придаток цивилизации. Что здесь, в Средней Азии, что на просторах некогда великого Афганистана. Собственно, тогда это все было Персией? Или я что-то путаю?

– Персия? Не знаю, что-то учил в школе. Меня это не интересует.

– Хотя припоминаю, – пропустив мимо ушей замечание своего собеседника, но внимательно наблюдая за его лицом, продолжил Грегори. – Кажется, марокканец Ибн Баттута писал в XIV веке: «Мы путешествовали по Кабулу, ранее огромному городу, на месте которого в настоящее время проживает племя персов, называющих себя афганцами».

– Там всегда жили пуштуны, – недовольно проворчал Нуралли. – И мне нет до них дела. Я живу своей жизнью, у меня своя цель.

– Бизнес, – кивнул американец. – Конечно. Я уважаю такую цель. Ты – представитель мощного клана в Афганистане, и наши цели совпадают. Не для этого ли мы с тобой встретились здесь, чтобы обсудить будущее нашего бизнеса?

– Да, и давай перейдем к делу, Грегори. Что ты хотел предложить?

– Видишь ли, Нуралли, не только ты теряешь караваны, деньги, но и я лишаюсь прибыли вместе с тобой. И мы будем терять деньги, пока ситуация в среднеазиатском регионе не изменится. Ты же видишь, насколько тут неустойчиво положение, и мы пытаемся в последние десятилетия дестабилизировать положение еще больше. Мы добились того, что русские погранотряды в Таджикистане перестали наконец быть русскими. С русскими нельзя было договориться, а с таджиками зачастую мы находим общий язык.

– Но Россия все еще контролирует границу, правда, косвенно. Трафик ненадежен даже без их погранотрядов. Теперь Таджикистан вошел в члены созданной Россией ОДКБ. Они хотят восстановить военно-политический блок.

– Конечно, только не военно-политический, – широко улыбнулся Грегори. – Это неизбежно, что Россия начинает притягивать к себе союзников и скреплять этот союз экономическим цементом и военными обязательствами. Теперь именно России трудно будет предъявить претензии во вмешательстве во внутренние дела какого-то государства, если будут использоваться силы оперативного реагирования ОДКБ, а туда входят элитные подразделения нескольких стран. Но и это не самое страшное. Самое страшное, что Россия таким образом создает потенциальную бездолларовую зону. Еще немного, и они начнут предлагать своим нефтяным партнерам расчеты в евро, а затем и в рублях. А ведь рубль значительно укрепился, Нуралли. Они разрабатывают даже такую категорию внешних расчетов, как энергетический рубль.

– Я все больше и больше склоняюсь к мысли, дорогой Грегори, что вы отстаиваете интересы не своего бизнеса, а США.

– Бизнес, построенный на долларовой системе, неизбежно затрагивает интересы и страны, – неопределенно ответил Грегори. – К тому же я могу надеяться на поддержку американской армии, как ее гражданин. У нас там все тесно связано, Нуралли. И здесь тоже. Таджикистан, увы, вошел в члены ОДКБ, Узбекистан нам удалось удержать от такого шага. Он даже одно время благодаря нашим усилиям входил в состав созданного нами союза ГУАМ, куда вошли Грузия, Украина, Азербайджан и Молдавия. Мы концентрировали антироссийские силы, создавая южный блок дестабилизации. Но… Не все пошло так, как мы планировали. Россия все равно в той или иной степени влияет на деятельность «коридора».

– Вы предлагаете начать поход против России, которая мешает работе наркотрафика? – прямо спросил Нуралли.

– Я предлагаю совместными усилиями повлиять на ситуацию в Средней Азии, – дипломатично ответил Грегори. – Нам нужно по-прежнему удерживать Туркмению от активной политики, вывести из состава ОДКБ Таджикистан и вернуть Узбекистан в состав ГУАМ. Тем более что после проигрыша грузинской карты нам удалось разыграть другую в Украине.

– Не вижу связи. Трафик через Украину и так шел без проблем. Там все еще можно купить любого, особенно на западе страны.

– Россию нужно отвлечь от нашего бизнеса, – убежденно заговорил Грегори. – Им должно быть не до нас, Россия должна стоять на пороге политического коллапса.

Гуров лежал на диване, прикрытый пледом, и старательно таращился в телевизор. Есть не хотелось, спать не хотелось, лежать, собственно, тоже не хотелось. Он поворочался и снова затих. Обещания надо выполнять, хотя дома Лев Иванович уже места себе не находил. Телевизор этот… Читать? В голову ничего не лезет. Наверное, привычка, условный рефлекс. Если разгар рабочей недели и рабочее время на часах, то ты должен быть на работе. А дома в эти дни и часы организм интуитивно чувствует некоторое неудобство.