Чтение онлайн

– Может быть, вы меня все-таки отпустите, а утром я сама приду в суд? Честно-честно. – Она закусила губу, надеясь, что это все-таки сработает и ее отпустят.

На мгновение в глазах мужчины промелькнуло сомнение, но тут же погасло. Он кивнул ей на бумагу с показаниями.

– Агата Эдуардовна, вы очаровательная женщина. Не хочу расставаться с вами раньше времени, подписывайте и пойдемте. Я сегодня дежурю в ночь, так что не могу добровольно отказаться от вашей компании, – говорил он при этом таким тоном, будто звал ее на свидание.

– А если я откажусь подписывать?

– Значит, в суд с утра не поедем, я имею право задержать вас тут до трех суток, после чего передать материалы дела уже без вашей подписи, магического отпечатка будет достаточно, – расплылся он в хищной улыбке.

«Надеюсь, я не совершаю ошибку». – И, вздохнув, она оставила витиеватый росчерк.

Агата почему-то ожидала одиночной камеры – тоже взяла образ из фильмов. Представляла, как свернется калачиком на скамье и пролежит до утра, обхватив колени. А потом суд – и полная неизвестность, что дальше.

Но когда Макаров привел её на место и сообщил усталым голосом, почти без язвительности: «А вот и номер люкс, располагайтесь, Агата Эдуардовна», – внутри неё оборвалась очередная струна. В камере уже находились женщины. Причем такой наружности, что в обычной жизни Агата вряд ли бы даже встретилась с ними на тех улицах, где обычно гуляла.

Три чертовки – судя по хвостам – размалеванные, в коротких кожаных юбках и маечках, прикрывающих разве что область сердца. На одинаково высоченных каблуках, напоминающих копыта. Девицы повалили к решетке, увидев Агату.

– Новенькую не обижать, – строго сказал им Макаров.

– Ну что вы, господин оперуполномоченный! – Одна из чертовок, низкорослая и рыжеволосая, обвила хвостом прутья решетки. – За кого вы нас принимаете.

– За кого я вас принимаю, вы и сами знаете. Вы, собственно, потому и сидите здесь. Потому и прошу нормальным языком. Услышу, что у вас стычка – добавлю ещё парочку суток за дебош. Будьте хорошими девочками.

«Хорошие девочки» подобострастно закивали. Впрочем, даже сейчас Агате показалось, что они ведут себя хоть и развязно, но не переходя границы допустимого. Стоило Макарову подойти к решетке, чтобы открыть её ключом, как вся троица отшатнулась к дальней стене.

Они тоже его боялись. Совсем как обитатели бара.

Агата ступила внутрь и поборола желание обернуться на мужчину. Неужели он оставляет её здесь? Её, выпускницу консерватории, мать двоих детей! Он же сам читал её биографию.

– Доброй ночи, Агата Эдуардовна, – несколько вымученно улыбнулся Макаров.

Стоило ему уйти, как обитательницы камеры обступили Агату со всех сторон. Она едва успела сесть на краешек скамьи, как они подошли втроем, уперли руки в бока.

– Ты, значит, у нас Эдуардовна? – спросила рыжеволосая, которую Агата окрестила главной. Слишком уж вызывающим было её поведение, а остальные как будто повторяли за ней.

– Красивое отчество, – хихикнула вторая, совсем юная блондинка, и хвост её заструился по полу точно змея в сторону Агаты. – Это, получается, твой папашка Эдуардом был?

– Получается, так, – ответила Агата.

– Ой, гляньте-ка, какая она необщительная. – Третья, тоже блондинка, но лет так «хорошо за тридцать», осуждающе качнулась из стороны в сторону. – Чего сидишь? Это вообще-то моё место. Вставай давай, а то лохмы тебе повыдираю.

Её хвост и вовсе подполз к ноге Агаты и обвил её лодыжку, дернув чуть на себя.

Агата с раздражением скинула с себя хвост и попыталась обернуться. Бесполезно. На камере стояли чары от любой магии, даже переворотной. Ну, ожидаемо.

Видимо, придется поспешно обучаться дракам на кулаках. Н-да. Не тому её мама учила в детстве.

Конец ознакомительного фрагмента.