Чтение онлайн

Оказавшийся в самой середине длинной череды связанных друг с другом рыбацких лодок «Кверн» притулился прямо под причалом. Джеффри пришвартовал ялик и по палубам перебрался на катер дяди Якова. Стоящие у пирса лодки выглядели, прямо сказать, неважно. Но «Кверн», похоже, был в полном порядке. Очевидно кто-то присматривал за ним. Салли утверждала, что этот кто-то — сам Джеффри. Что ж, остается надеяться, что он уделял достаточно внимания не только корпусу, но и двигателю.

Мотор просто сверкал. Но бензобак оказался пуст. Джеффри нырнул в кабину, и через еще один люк в передней переборке пролез туда, где дядя Яков хранил горючее. («Как можно дальше от мотора, малыш. Пожар в море — страшная штука. Я-то знаю, что это такое…») Джеффри нашел три большие канистры, все полные. В тот день, когда так трагически погиб старый мэр, их, очевидно, не нашли. Джеффри взял одну и попутно пошарил в рундуке в поисках сухой одежды. Две замасленные фуфайки и двое джинсов — потрясающе!

В машинное отделение заглянула Салли. Она дрожала от холода.

— Совсем как на одной из моих картинок, — сказала она.

— Переоденься-ка лучше вот в это…

— Но если они увидят меня в брюках, то побьют! Они говорят, что женщине не подобает…

— Да если они тебя вообще увидят, то… — он не закончил фразы. — Ладно, неважно. Я лично не помню, подобает женщине носить брюки или нет, а больше тебя, я надеюсь, никто не увидит. Так что переодевайся, а я тем временем попробую запустить эту штуку.

Салли полезла в кабину, а Джеффри занялся двигателем. Он залил бензобак, открыл кран, закрыл воздушную заслонку, дал бензину наполнить карбюратор и крутанул заводную ручку. Она повернулась гораздо легче, чем Джеффри надеялся: значит, он и вправду ухаживал за мотором. Джеффри крутанул ручку еще раз. И еще. Снова безрезультатно. Он взглянул на фильтровальный стакан над карбюратором и обнаружил, что то полон воды. Ну, конечно! В баке должно было собраться порядочно конденсата. Отвинтив стакан, Джеффри дал бензину стечь прямо на дно катера. Он уже собрался снова крутить ручку, когда заметил, что крышка магнето болтается. Подняв ее, Джеффри обнаружил, что магнето не месте нет. «Значит, все безнадежно, — с отчаянием подумал он, — хотя…» Где-то должно лежать запасное магнето…

Дядя Яков был прямо-таки помешан на запчастях, забивая каждый свободный угол деталями, которые могут понадобиться раз в сто лет, и то навряд ли. Его дружки даже шутили, что он, дескать, плавает на двух лодках сразу — из них одна в виде запчастей.

В большом рундуке в каюте Джеффри и в самом деле обнаружил запасное магнето, заваренное в полиэтиленовый пакет. Увидев его, Салли так и охнула.

— Знаешь, когда они вошли и ударили тебя по голове, ты как раз запихивал в камин точь-в-точь такую же штуковину. На самом-то деле они приходили просить тебя сделать им ночью дождь.

— Подожди… Я запихивал магнето в камин?..

Ну, конечно! Если он и вправду присматривал за катером, то должен был время от времени снимать и подсушивать магнето. Ему просто не повезло, что горожане застали его за этим занятием. Джеффри приладил на место запасное магнето, захлопнул крышку и опять крутанул ручку. Мотор зачихал, заглох, снова зачихал, и, наконец, заработал, хотя, судя по звуку, без особого удовольствия. Прибавив газу, Джеффри перевел двигатель на холостой ход, перелез по металлическому трапу на причал и отвязал все веревки, попавшиеся ему под руку. Со стороны города смутно доносились гул голосов и крики. Где-то у него над головой с грохотом распахнулось окно, и женщина, высунувшись по пояс, с визгом запустила в Джеффри подсвечником.

Джеффри прыгнул обратно на палубу, спустился в кубрик и перевел двигатель на «полный вперед». Затем круто повернул штурвал вправо. Таща за собой рыбачьи лодки, «Кверн» двинулся от причала. В тумане раздался гулкий стук ботинок по булыжной мостовой. Связанные друг с другом и с «Кверном» лодки потянулись прочь от берега, но медленно, очень медленно… Вот они отошли на четыре фута, на пять… и только грязная черная вода плещется о заросший водорослями причал. И вдруг с причала прямо на палубу «Кверна» прыгает бородатый мужчина в вязаной шапочке. Вот он на самом краю, судорожно пытается удержать равновесие, и в этот миг Салли с воплем вылетает из каюты и бьет его головой в живот. Махая руками, словно ветряная мельница, мужчина с громким плеском падает за борт. И вот они уже посередине гавани, с безопасности, по крайней мере до тех пор, пока горожане не спустили на воду свои лодки.

Держась одной рукой за руль, Джеффри сбавил обороты и начал искать в рундуке топорик. Пожарный топорик должен лежать на своем месте… Через несколько секунд он уже мчался по палубе, на бегу рубя канаты, связывающие «Кверн» с другими лодками. Вот, наконец, со звоном лопнула последняя веревка. Вернувшись в кубрик, Джеффри снова врубил «полный вперед». После пятилетнего отдыха «Кверн» заплясал на волнах (как хромой на обе ноги танцор!), все дальше удаляясь от берега.

— Молодец, Салли! — крикнул Джеффри.

Она засмеялась, и он, наконец-то, узнал ту шестилетнюю девочку, которая жила в его воспоминаниях.

Минут двадцать спустя они вышли из тумана. Слабый ветерок гнал по воде легкую зыбь, блестевшую на солнце словно мириады драгоценных камней. Англия у них за спиной по-прежнему пряталась в серой холодной дымке.

Джеффри вернулся в кабину и нашел свой золотой балахон. Побывав в соленой воде, ткань покрылась пятнами, но пока она не высохла, было не ясно, насколько сильно она пострадала. Подумав, Джеффри расстелил балахон на просушку на крыше каюты. Про себя он отметил, что мотор теперь звучит совсем не так, как в начале, и, вдобавок, кашляет, будто простуженный. Рана на груди болела довольно сильно — он заметил это только теперь. Аптечка лежала там, где ей и положено («Никогда не экономь на бинтах, малыш. Я видел, как люди умирали от того, что им нечем было перевязать рану.»).

— Салли, — спросил Джеффри, — что случилось с дядей Яковом?

— Его убили ткачи. Они собрались со всего Дорсета и закидали его камнями, а соседи глазели на это из окон. И все из-за того, что он пытался сделать в том большом сарае у ручья. Тебе помочь?

Толку от Салли оказалось немного (она даже не знала, как обращаться с лейкопластырем), но совместными усилиями они все-таки сумели довольно аккуратно заклеить рану, сперва наложив на нее немного загустевшего с годами обезболивающей мази. Потом Джеффри решил, что с двигателем надо все-таки что-то делать. Он часто наблюдал, как дядя Яков возится с мотором, и даже сам делал кое-что попроще. Джеффри прекрасно понимал, что сумеет устранить самую элементарную неполадку. Ну, по крайней мере, у него есть все необходимые инструменты. («Нет смысла браться за сложное дело, вооружившись только ножом и вилкой. Я видел, как из-за отсутствия нужного ключа тонули корабли…»). Джеффри остановил мотор и открыл люк в машинное отделение. Поток раскаленного воздуха ударил ему в лицо. Он слышал, как кипит вода в системе охлаждения.

Масло? Неужели он, обрадовавшись найденному бензину, забыл проверить уровень масла? Ну, это на него похоже: дурацкой ошибкой свести на нет все усилия и остаться с безнадежно заклиненным коленчатым валом. И все это только по своей собственной глупости. Но шток маслоизмерителя, такой горячий, что и взять-то его можно было только обмотав руку тряпкой, показывал, что масла, хоть и дымящегося и пахнущего гарью, в системе достаточно.

Значит, система охлаждения? Да. Воды на дне плескалось куда больше, чем следовало. Она, шипя, стекала с обоих охлаждающих рукавов. Джеффри снял фуфайку и наклонился попробовать температуру водозаборного шланга. Проклятие! Он еще не успел понять, в чем дело, а его рука уже отдернулась, покрытая белыми пятнами ожогов. Оба шланга вышли из строя.