Пробка
Шрифт:
Меня стремительно дернуло и остановило перед синеглазой Аналитой.
– Я сейчас все подготовлю, и мы вернем вас в ваше тело, - с профессиональной суховатостью сообщила она. Потом стрельнула в сторону глазами и тихой скороговоркой добавила.
– Не переживайте, ваша дочка оказалась жива.
Я в смятении уставился на нее.
– А чего, вы думаете, начальник бушует?
– хихикнув, шепнула она.
– Вы перепрыгнули на другую ветвь событийности, когда этот олух раскрыл ваше будущее. Это же одно из самых мощных воздействий.
Я вцепился в ее руку. Душа или не душа, а на ощупь та казалась вполне материальной.
– Вы точно знаете?
– Про вашу дочку?
– Она помедлила.
– Вообще-то, по инструкции не положено рассказывать... но она будет жить долго. Долго-долго. Вот про вас ничего рассказывать не буду.
– И не надо, - легко согласился я. Внутри звенела пустота. Вместо радости пришла теплая легкость. Я глянул на руки: все еще трясутся.
– Значит, студент своего добился?
– я запоздало сообразил, что даже имени его не узнал. Аналита качнула головой.
– Если бы. На этой ветке он даже в институт не поступил.
Вот тебе и Темпоратор Про! А впрочем, что мне до него? Подумаешь, раздолбай от футурологии с его бесконечными "ну", без спросу вломившийся в мое тело.
Изменивший мою судьбу...
Спасший Ксеньку. Так, невзначай.
Аналита деловито щелкала клавишами. Интересно, это я воспринимаю местную аппаратуру похожей на компьютер, или они действительно работают с привычной мне техникой?
– У меня все готово, - предупредил мой синеглазый ангел.
– А знаете, вы в учебниках на фотографии такой смешной были. Толстый, лысый...
Щелчок.
Лунный свет квадратами лежал на полу. Я тихонько отворил дверь в палату.
– Пап, - взъерошенная головенка Ксеньки поднялась с подушки, - Ты ушел, а компьютер не выключил.
– Ага, - я улыбался глупо и счастливо.
– Больше не буду. Ты спи, воробей.
Она уютно зарылась в подушку. Я тронул лобик - температура, вроде, спала. Толстая наглая луна пялилась на нас с фонарного столба.
Я защелкнул ноутбук.
– Не буду я убивать Язека. И вообще брошу писать этот дурацкий роман, - пообещал я Луне.
– Пусть "двойки" получают за чужие книги.