Шрифт:
Пролог
Серебряный Бор выглядел роскошно не только осенью, но осенняя роскошь была особенной. Солнце уже почти село, но последние его лучи все еще полыхали на верхушках тощих берез и серебряных тополей. По серой змеиной коже Москвы-реки скользнули алые искры. Тот же невидимый маляр окрасил розовым и заборы ближайших дач, и асфальт на площади, и бока троллейбусов, и мутноватое стекло остановки. И даже военкомат — местная достопримечательность и тоскливый ориентир окрестных мальчишек — заполыхал здоровым рубиновым огнем.
Божа даже крякнул от удовольствия, паркуя «БМВ» на небольшой площади напротив здания военкомата. Он цокнул языком и покрутил головой, размышляя, а не прикупить ли ему здесь, в Серебряном Бору, себе домик. А что? Место отменное, соседства более чем солидные. Певцы разные живут, деятели искусства. Боже было плевать и на деятелей в общем, и на само искусство в частности. Из всех видов искусств он ценил одно — искусство делать деньги, но… хорошего общества был не чужд. И то сказать, гуляют люди цивильно, по уму. Никто по ночам, от большого веселья и молодецкой удали, не палит из помповиков по воронам. Близость столицы опять же. Каких-то пятнадцать минут — и ты в самом центре златоглавой, Белокаменной.
С другой стороны, тут же подумал Божа, а на фига ему все это? Дела у него в другом городе, куски его тоже не здесь, бригады своей в Москве нет. На черта ему тогда дом в Серебряном Бору? Лучше уж в Крыму. В Сочи. Или в Ялте. Там хотя бы море. А тут пруд. Чистый, конечно, но все-таки пруд. Большая лужа.
Вот так подумал Божа и даже ощутил некоторое разочарование. Противоречивость характера.
Он посмотрел на часы. До встречи оставалось чуть более трех минут. Божа ценил точность. Да и без охраны ему было не слишком уютно. Отвык. Хотя врагов в Москве у Божи не имелось, но вот томился в груди чугунок с бедой. Пыхтел, доходил. Истекал паром тоски. С чего бы?
Без двух минут девять к военкомату подъехал троллейбус. Развернулся лениво. Выбралась из него компания изрядно подгулявших салажат. Мужик еще с портфелем и в пенсне. На вид — типичный лох. А вот за очкастым этим лохом и появился человек, которого Божа ждал. Что странно. Обычно такие люди на троллейбусах не ездят.
Божа настолько удивился, что даже начал оглядываться — может быть, упыри ментовские где-то рядом крутятся? Но, не считая пары мнущихся на остановке поодаль военкоматовских крыс, площадь была пуста.
Человек пересек площадь, подошел к «БМВ». Божа предусмотрительно открыл дверцу.
— А чего на троллейбусе-то? — полюбопытствовал он.
— А почему нет? — ответил человек, опускаясь на переднее сиденье.
— Да странно как-то. Не в уровень тебе в дрезинах кататься.
— А на чем мне было ехать? На «Линкольне»? Чтобы все окрестные менты через пять минут здесь собрались посмотреть, кто это тут такой красивый прорисовался?
Божа усмехнулся:
— Да хрен их удивишь «Линкольнами». Тут такие зубры хавиры имеют — туши свет. Не то что на «Линкольнах» — на самолетах летают.
— Это их дела, — пожал плечами человек. — А по мне, чем тише, тем спокойнее.
— Базара нет, — согласился Божа. — Так что за дело-то у тебя такое важное, что пришлось аж в Москву ехать?
— Дело, — человек оглянулся, словно бы проверяя, не следят ли за ними. — Дело, дорогой товарищ, срочное и важное. Заказали тебя.
Божа сразу помрачнел. Не в первый раз у него отыскивались недоброжелатели и не в первый раз ему сообщали о заказе. Его пугал не заказ как таковой, а то, что рано или поздно заказ должен был сработать, хотя бы исходя из элементарной теории вероятностей.
— Базар катался? — спросил он.
— Наколку дали.
— Реальную?
— Реальнее не бывает, поверь мне.
Божа подумал, кивнул. Он поверил.
— Кто информацию слил?
— Божа, дорогой, мы же не в ментовке, чтобы подобные вопросы задавать, — улыбнулся человек.
Прав был собеседник, не в детском саду. Не принято в их кругу о таких вещах спрашивать. Тем более что оба они — люди реальные и за свой базар отвечающие. Божа собеседнику доверял. Тот пару раз давал полезную информацию и никогда пустым базаром не гремел.
— Я имел в виду, твой сливщик — мужчина надежный?
— Очень надежный, — кивнул человек и снова оглянулся. — Очень.
— Хм… — Божа снова задумался, оценивая ситуацию. Ладно. Заказ — не беда. Заказов бояться — в лес не ходить. Главное, что информация пришла к нему раньше, чем исполнитель заказа. — А он не звенел насчет заказчика?
— Звенел. ФСБ тебя заказала, дорогой.
— ФСБ? — искренне удивился Божа. — Зачем бы это ФСБ меня валить?
— Они всех валят, — пожал плечами человек. — Точнее, не сама ФСБ, а спецы из бывших. Ну, и ментовские там суетятся. Из честных. Работнут двух-трех больших «пап», а потом поворачивают дело так, будто это одна из местных бригад чисто беспредельничает. Ждут, пока наши, как волки, перегрызутся между собой. Теперь понимаешь, почему мы в Москве разговариваем, а не в ресторане нашем каком-нибудь? Ни ты, ни я оттуда до дому бы не доехали.
— Значит, от них заказ пришел?
— От них, — подтвердил человек.
Теперь уже Божа не мрачнел. Теперь он напрягся. Когда за дело берется ФСБ — туши свет, заказывай музыку. Там такие волки матерые, что только молиться и остается. Он-то надеялся, что кто-то из мальков поозоровать надумал.
— Может, твой сливщик и исполнителя назвал? — прищурился Божа.
— Назвал.
Это была хорошая новость. Просто отличная. Городок у них не слишком большой. Отыскать в нем нужного человека — вопрос даже не дней, а пары-тройки часов. А там уж дело техники. Можно прикинуться, что заказ выполнен, а потом под этим соусом выйти на заказчиков и закопать их всех где-нибудь в лесу. А можно в открытую играть. Вариантов — тьма.