Присяжный заседатель
Шрифт:
Голос у Эдди нервный.
— Послушай-ка, Эдди…
— Что?
— Что ты о ней думаешь?
Молчание.
— В каком смысле? Ничего я о ней не думаю.
— Мне кажется, что ты ее вроде как опекаешь.
— Опекаю? Просто мне не нравится вся эта затея. На кой черт только мы связались с этой полоумной монахиней.
— Не думаю, что она такая уж монахиня. Ребенок-то у нее есть. Значит, половая жизнь ей не в диковинку. Как по-твоему, Эдди, она сексуальная?
— Да ладно тебе. Типичная мамаша.
— А глаза? Разве они не сексапильные?
— Винсент, ты что, собираешься там до скончания века торчать? Она едет в твою сторону очень быстро.
Тем временем пальцы Учителя ощупывают “череп” изнутри. Пальцы обнаруживают трещины, в трещинах нечто, похожее на мох. Что-то щекочет запястья — вроде бы паутина. Стало быть, это и есть склероз. Распад, запустение.
— А по-моему, она очень сексуальная и необычайно умная, — говорит Винсент.
— Неужели? Ну, тебе виднее.
— Она делает скульптуры, которые нужно не видеть, а осязать.
— Дерьмо какое-то, — комментирует Эдди.
Следующий ящик называется “МЕЧТА ОБ УВОЛЬНЕНИИ”. Название кажется Учителю интригующим, но пошарить рукой в ящике уже некогда. Ладно, думает он, оставим до следующего визита. Будет стимул. Он выходит из мастерской.
Еще минута требуется для того, чтобы вернуться в дом и установить следующий “вечный жучок” в параллельный телефонный аппарат.
Затем Учитель выходит из дома и аккуратно запирает за собой дверь.
Садится в машину, едет по Семинарскому переулку. Мимо проезжает “субару”, за рулем Энни Лэйрд, рядом ее сын. Водитель красного “лотоса” провожает их рассеянным взглядом.
Энни и Оливер, поужинав, сидят в комнате, освещенной голубоватым мерцанием компьютера. Оливер ест мороженое, Энни сосредоточенно склонилась над клавиатурой.
— Это еще что такое? — спрашивает она.
— Это Цитадель.
— Понятно. А что такое Цитадель?
— Не знаю, мам. Что-то такое в замке.
— Господи, а это еще кто?
— Только без паники. Это рабы-тролли. Они не очень страшные.
— У меня такое ощущение, что эти джентльмены хотят меня обидеть.
— Мам, они дегенераты. Очень медленно двигаются. Главное, размахивай мечом, и ничего с тобой не случится. Да не туда же! Сюда!
— Ой, помогите! А это что такое?
— Это ловушка! Осторожно!
— Что? А теперь куда?… Оливер!
— Мам, спокойствие. Они к тебе подойдут поближе, и ты их заделаешь.
— Куда идти-то? Куда? Они совсем близко!
— Жми вот сюда. Быстрее!… Молодец! Теперь вот этого! Круши его!
— Оливер…
— Да лупи же ты его! Мама! Что ты делаешь?
— Не знаю! Помогите! Как мне повернуться?
— Вот так! Давай бей! Отлично!
— Ага, получил!
— Мам, ты просто гений.
— Они покойники?
— Покойники.
— И это сделала я сама?
— Я же говорю, ты молодец. Как ощущения?
— Прекрасно.
— Еще бы.
— Мне сейчас даже не хочется думать о семьях этих несчастных рабов-троллей. Наверно, сегодня вечером их вдовы и дети зарыдают, но мне наплевать. Я чувствую себя просто превосходно. Ой, мамочки! А это еще что за чудовище?
— Спокойно, мам, без паники. Это всего лишь Паук Смерти.
Учитель сгибается в три погибели и смотрит на освещенные окна.
Снова раздается трель пересмешника. Птичка слегка охрипла, сидит где-то совсем близко. Учитель поднимает голову. Он на краю лужайки, под деревьями. Ближайшее дерево раскидистое, ветки крепкие. Вполне годится.
Учитель лезет вверх по стволу.
Пересмешник затыкается и легкой тенью уносится куда-то прочь.
У Учителя за спиной два тяжелых ящика, но он карабкается очень ловко. Ящики выкрашены в желто-зеленый цвет, по виду — обычные скворечники.
Метрах в шести над землей Учитель останавливается и оборачивается к дому. Все видно как на ладони. Тогда он усаживается на сук поудобнее и прикрепляет один из “скворечников”. Внутри находится батарея. Провод ведет ко второму “скворечнику”, который Учитель устанавливает на соседней ветке.
Пересмешник возобновляет свой концерт. Ночью он поет куда лучше, чем днем — как-то задушевнее и эмоциональнее. Пересмешники по ночам всегда во власти вдохновения.
Учитель открывает второй ящик. Внутри пять принимающих устройств “ICOM 7000”. Каждый настроен на “вечные жучки”, установленные в телефонных аппаратах, а также на паразитические передатчики в гостиной и детской. Учитель наводит пять параболических антенн, маскирует провод среди листвы.
Еще четыре принимающих устройства подсоединены к коммутатору. Учитель вставляет в левое ухо маленький наушник и начинает колдовать над цифровым тюнером. Настраивается на канал 1. Частота — 143.925 мегагерц. Канал 1 — это кухня.
Учитель слушает, ничего особенно интересного: кап-кап, кап-кап. Кран течет.
Он щелкает селектором, настраивается на комнату Оливера.
Ага, вот вы где, голубчики.
Пищит компьютерная музыка, слышится голос Энни:
— Как же я его убью? Он в два раза больше меня!
Детский смех:
— Когда имеешь дело с Пауком Смерти, нужно отрубить ему все ноги.
Энни:
— Как это?
Раздается легкое пощелкивание, затем взрыв хохота. Наушники стереофонические: левым ухом Учитель слышит смех матери, правым — смех мальчишки.
— Да сдохни же ты! — верещит Энни. — Слушай, почему он не падает?
— Мам, я же сказал тебе: ему нужно отрубить все ноги.
— У меня не получается!
— Берегись! Рабы-тролли!
— Караул! На помощь!
Щелк-щелк. Щелк-щелк. Энни отчаянно визжит, компьютерная музыка исполняет похоронный марш.
— Все-таки ты какая-то неполноценная, — заявляет Оливер.
Тем не менее требует, чтобы мама осталась еще на одну игру. Энни отказывается, ей нужно работать.
Учитель смотрит в освещенное окно. Видит, как женщина поднимается вверх по лестнице.