Принять решение
Шрифт:
– Да.
Я едва слышал его голос.
– Что с тобой?
– Это пройдет, - он с трудом распрямил плечи.
– Я за тобой, Кай. Ты должен мне помочь. Связи с Титаном нет. Мне не с кем больше посоветоваться. А задача трудная, очень трудная. Я должен проникнуть в корабль, В галактический корабль, ты понимаешь?
– Галактический корабль здесь?
– Да, здесь. На станции. Не знаю почему. Станция повреждена. Надо проникнуть в корабль...
Я еще раз объяснил ему все. Он молча стоял передо мной.
– Пойдем, - сказал я. У меня не было твердой уверенности, что Кай согласится. У роботов этой серии случались "заскоки", но он согласился.
– Да, пойдем.
Мы поднялись наверх, под прозрачный колпак наблюдательного поста.
– В корабль можно проникнуть только через энергетическое сопло, сказал Кай.
– Но тебе нельзя: там радиация. Гибель.
Я знал это. Сопло - единственный путь в корабль, но это был путь смерти.
И тут я услышал спокойный голос Кая: - В корабль могу проникнуть я.
Я уже думал об этой возможности. За успех был один шанс из десяти, не больше. Устаревшая конструкция робота могла подвести, выйти из повиновения. И потом у пластинавтов странные, очень странные заскоки.
Но у меня не было выбора.
– Хорошо, - сказал я.
– Будь осторожен и ничего не предпринимай самостоятельно. Слышишь, ничего не предпринимай самостоятельно!
Кай внимательно осмотрел квантовый резак, похожий на старинный пистолет.
– Иду, - сказал он, открывая люк. Он оглянулся: - Тебе лучше перейти к скорту. Безопаснее.
Я увидел яркий след ранцевых ракет, точно метеор, упавший на корабль...
Спокойный голос: - Это я - Кай. Ты слышишь меня? Вывел антенну через сопло. Мы сможем поддерживать связь.
– Где ты сейчас?
– В отсеке реакторов. Прошел через ремонтные шлюзы.
Через минуту: - Прорезаю путь к рубке.
Молчание.
– Кай, что-нибудь случилось?
– Нет... то есть...
– Ну, говори же...
– Их трое. Все они...
– Их трое. Все они...
– Говори, Кай!
– Они... или без сознания, или... Три девушки.
– Три девушки? Что с ними, Кай?
Внезапно я понял. Все понял! Это была "Амазонка", первый корабль с женским экипажем. Первый корабль, отправившийся в исследовательскую экспедицию к Проциону.
...Кажется, это было недавно. Совсем недавно. Мы вместе учились в институте космонавтики. Но Анна окончила навигационный факультет, а я факультет космической архитектуры. Мы часто встречались. Последний раз мы были вместе на Апшероне, в спортивном лагере института. Анна уже знала, что скоро нам придется расстаться, а я и не подозревал об этом.
Все лето мы тренировались в полетах на планерах. С завораживающей медлительностью внизу проплывали белые дома, инжирные рощи и виноградники. Я смеялся, болтал до изнеможения и не замечал, как ее глаза временами становились чужими и далекими. Анна прощалась с Землей, с голубым небом, со всем, что ее окружало. А я считал, что весь мир безоговорочно принадлежит мне, и безжалостно расправлялся с ее последними днями...
Потом я провожал Анну. На орбите Трансплутона ее ждала "Амазонка".
Маленький космодром на Байкале.
Здесь уже не было золотого апшеронского солнца. Вокруг только глухие таежные леса, прохладные ручьи и брусника. И восходы были холодные. По утрам на деревьях висел серебристый туман. Она ничего не сказала мне. Порывисто поцеловала в губы и ушла.
...Я вспомнил Анну, ее лицо, совсем еще детское, как тогда, на Каспии. Странное это было ощущение. Как мираж в пустыне. Легко ли знать, чувствовать, что она рядом. Что ты прожил большую жизнь, а для нее промелькнуло всего несколько лет. Что для нее все это только вчерашний день, а для тебя - далекое прошлое. И мне вдруг захотелось вернуть это прошлое. Дико захотелось!
* * *
– Одна дышит,-сказал Кай.-Одна живa... Пока жива...
– Дышит, жива... Кто она? Что с ней? Что можно сделать?..
Долгое, очень долгое молчание.
– Не знаю. Нельзя установить. Диагностическая машина повторяет одно и то же: - "Нужен покой". Вероятно, это какая-то неизвестная болезнь, машина ее просто не знает. Мне кажется, положение очень серьезное. Пройти в шлюзовую камеру не могу, энергия квантового резака израсходована.
– Кай, что произошло на корабле? Что там вообще случилось? Найди записи корабельного журнала.
– Записи стерты, - немного погодя сказал Кай.
– Стерты? Странно...
"Кристалл!" - вдруг вспомнил я.
– Кай, осмотри дешифратор. Там должен быть кристалл с записью.
Кристалл применяли в чрезвычайных случаях, когда надо было надолго сохранить особо важное сообщение. Сколько мертвых кораблей летучими голландцами блуждают в пространстве! И в каждом есть кристалл - надежное хранилище последней информации.
– В дешифраторе кристалла нет, - Значит, он должен быть... у кого-тo из них.
В последнюю минуту они должны были использовать кристалл, думал я.
– Есть, - сказал Кай.
– Кристалл у нее в руке.
– Вложи кристалл в дешифратор.
В динамике послышалось тихое шипение. Затем возник тревожный голос. Этот голос прерывался, будто что-то мешало ему говорить, и тогда опять слышалось шипение.
"Всем, всем... внимание, чрезвычайно важ... ние... через... ный... перед... два... ой... в районе... це... лучение... невозмож... записи кс-раб... все сильнее...".