Чтение онлайн

— О, для меня никакой опасности нет. Этой ночью я заключу помолвку со своим женихом, — почти рассеянно ответила принцесса, взглядом окидывая комнату.

— Что? — Люси схватила Глори за руку. — Что? Ты мне не говорила. Кто он?

Глори высвободила свою руку, потом пригладила юбки.

— Разумеется, я еще не знаю. Идем. Поможешь мне узнать, у кого была самая тяжелая ночь на этих комковатых матрасах, — её смех зазвенел колокольчиками, принцесса подняла подбородок и поплыла по комнате, как изящный цветок, которым она никогда, никогда не была.

— О, нет, — простонала Люси. — Горошины. Это будет очень, очень скверно. — С извинением взглянув на Йена, она приподняла юбки платья и побежала за принцессой.

Йен хотел разбить что-то. Или кого-то. Он прищурился, увидев, как один из красивейших эльфийских лордов смотрит на Люси. О, да. Он определенно хотел кого-то побить.

Принц фэйри был одет во все зеленое и золотое, а эти цвета символизировали то, что он был самым высокородным из лордов, прибывших на переговоры. Нейтралитет Эльвании давно уже сделал ее идеальным местом для возобновления договора между различными фракциями фэйри. Они приходили, съедали все видимое, потом пользовались служанками, словно женщины существовали только для их удовольствия, а затем уезжали до следующего года; если не довольными, то хотя бы удовлетворенными. Но, судя по тому, как дела обстояли сейчас, они были далеко не довольны, да и не слишком удовлетворены. Но если один из лордиков считал, что в праве попробовать те удовольствия, которые могла дать Люси, у Йена было одно острое возражение. Он улыбнулся и посмотрел на наточенное лезвие. Очень острое возражение.

Если бы он мог не думать о том, как Люси будет выглядеть в его постели: эти густые темно-рыжие волосы, рассыпанные на подушке, эти милые грудки обнажены для того, чтобы он мог прикоснуться к ним руками и попробовать их на вкус.

Или как она будет выглядеть, когда он на ней женится, с цветами в волосах и его кольцом на пальце.

Она принадлежала ему, как он напомнил ей, а это значило, что он защитит ее в этом безумии. Йен крепче сжал меч и стал плечом прокладывать себе дорогу мимо спорящих лордов вслед за Люси. Хотя она свободно скользила сквозь толпу, он находил некое мрачное удовлетворение в том, чтобы отпихивать всех со своего пути к королевскому столу. Один из лордов, которого Йен двинул локтем, начал было вытаскивать свой кинжал из ножен, но, посмотрев стражнику в лицо, казалось, застыл. Настоящий фэйри никогда бы не отступил от драки, но, разумеется, драки можно было бы избежать. Лорд вдруг обнаружил кое-что интересное в противоположном конце комнаты.

Как только Йену оставался последний шаг до королевского стола, в комнате прозвучал резкий, чистый голос принцессы.

— Прошу прощения, милорды и миледи, — надменно говорила она, что стало понятно, — несмотря на ее слова, — она никогда и ни у кого не просила прощения. В комнате стало тихо, все повернулись к ней. — Как я понимаю, в ваших комнатах какая-то проблема?

Не без восхищения Рис смотрел, как хитрая принцесса задала свой коварный вопрос. В самом деле, проблема с комнатой. Разумеется, он нашел железный шарик в тот момент, как вошел в большую и вычурную комнату, выделенную ему; из всех мифов, окружающих фэйри, этот был правдивым.

Чем высокороднее фэйри, тем чувствительнее к железу.

Великая сила всегда, казалось, давалась с величайшими слабостями, и Рис считал это пробелом в базовом порядке вещей. Не то, чтобы он когда-либо высказывал подобное предположение. Признание того, что он обладал хоть легкой философской мыслью, разрушило бы его выдержанный образ усталой скуки.

На это он поправил один из нефритово-зеленых лацканов, зевнул, а потом приподнял бровь.

— Проблема?

На лице принцессы мелькнула гримаса отвращения настолько быстро, что другой, ниже его по уровню, поверил бы, что ему показалось. Рис так не считал. Эта реакция на его показную позу такой и должна была быть.

Когда в комнате раздались жалобы, все связанные с железом, оставленным под матрасами и обвинениями в заговорах, он задумался, почему подобная реакция взволновала его впервые за столетия. Но он был слишком бесчеловечно честным с самим собой, чтобы делать вид, что не знал ответа. Это была она. Девочка с прошлой ночи, стоящая на шаг позади от Принцессы Глори. Одетая в цвета его Дома, как будто принадлежала ему. Он резко вздохнул, когда осознал, что испытывает сильное удовлетворение. Женщина с таким огнем принадлежит ему… является его другом.

Другом?

Девчонка, — как там ее имя? Магда? — решительно смотрела на приближающегося стража, мужчину, обладающего мастерством и уверенной силой, судя по его виду.

Друг? Что с ним происходит?

Он покачал головой, чтобы избавиться от незнакомых мыслей. В любом случае, это значения не имело. Она была занята. Ее сердце было увлечено. Когда-то это стало для него лишь вызовом. Теперь он просто смирился. Для какой цели накладывать забывчивость на настоящую любовь для краткого периода… дружбы?

Он отдался импульсу. Какая-то умственная необходимость требовала, чтобы он завоевал ее дружбу. Таким образом, ему нужно было уничтожить любую возможность получения ее благоволения.

— Давайте прекратим шараду, не так ли, Ваше Величество? — сказал Рис королю, его голос легко поднялся над спорами. — Ваша дочь нарушила договор, использовав обман, без сомнения, в поисках могущественного мужа среди фэйри, что кажется мне проявлением ребячества. Наказание — смерть или рабство. Я не вижу причин казнить такую милую, хоть и пустоголовую девушку, так что принцесса будет приходить ко мне в постель, пока я от нее не устану.

Глори закричала и лицо ее побелело, когда ее пьяница-отец попытался подняться на ноги, лопоча что-то бессвязно и беспокойно. На комнату опустилась шокирующая тишина. Лениво Рис заметил, что воин — страж — держал клинок наготове, приняв боевую стойку, защищая принцессу.

Но Рис не был заинтересован в их реакции. Он обратил свое внимание на единственную женщину, которая представляла для него некий интерес.

Ее лицо тоже стало смертельно бледным, но в глазах загорелась дерзость.

— Вы не получите ее, милорд, — ясно сказала она. — По крайней мере, пока я жива.

Когда она подняла руки в воздух, приготовившись вызвать какую-то магию, чтобы защитить принцессу, проблеск серебра у ее горла привлек его внимание. Это было невозможно.

Этого быть не могло.

Быстрее мысли он оказался на другом конце комнаты, наклоняясь к ней, схватив рукой серебряное кольцо, которое она носила на цепочке.

— Что это такое? Где ты его взяла? — потребовал он ответа.

— Отпусти ее или умри, — прорычал на него страж, его меч быстрее молнии оказался у шеи Риса. — Вообще-то, я мог бы убить тебя в любом случае, за то, что ты осмелился коснуться ее.