Приговоренные
Шрифт:
Скрипнули петли входной двери, Джейн повернула голову. В магазин вошел молодой человек с коротким перебитым носом и шрамом над верхней губой. Он отступил в сторону, освобождая дорогу другому мужчине, высокому красавцу в сером плаще. Сотник шагнул к Джейн и сказал:
– Простите, что отвлекаю от важного дела. Но в двух кварталах отсюда, на перекрестке, вы поцарапали крыло моей машины и даже не заметили этого. Или сделали вид, что не заметили. Не хотите взглянуть? Ну, на повреждения.
– Я жду продавщицу, – ответила Джейн, удивившись, как ровно и спокойно звучит ее голос. – Сейчас она вернется, я расплачусь, а потом мы вместе посмотрим царапину.
– У меня нет времени ждать.
Мужчина схватил ее запястье. Джейн попыталась вырвать руку из его клешней, но ничего не получилось. Отступив на полшага, она, размахнувшись, ударила нападавшего сумочкой в грудь. Плохо соображая, что делает, рванулась к двери и наткнулась на молодого человека. Тот коротко размахнулся, ударил Джейн открытой ладонью по лицу. Попал в верхнюю челюсть и снова ударил в то же место, но уже слабее, без замаха.
На пару секунд Джейн ослепла от боли и почувствовала, что прикусила язык, а носом пошла кровь. Сквозь звон в ушах послышался хриплый шепот:
– Молчи, тварь, иначе сдохнешь.
Кто-то вывернул до хруста правую руку, дернул ее с такой силой, что Джейн едва устояла на ногах. На глаза навернулись слезы, сумочка выскользнула из рук и повисла на длинном ремешке. Джейн потащили к двери. Когда ноги оторвались от пола, она на секунду почувствовала себя легкой, почти невесомой. Майси не могла оказать сопротивления своим врагам, только успела выставить ногу и во что-то упереться.
– Помогите! – Вместо крика из груди вырвался жалкий мышиный писк. – Люди!.. Отстаньте, не трогайте меня! Заберите ключи от машины. Только отпустите.
Еще секунда – и ее выволокут наружу. Слезы лились из глаз, и в этих слезах тонул окружающий мир.
– Ни с места!
Это был незнакомый мужской голос, громкий и твердый. Джейн повернула голову и сквозь пелену слез увидела чей-то темный силуэт. Мужчина в серо-голубой полицейской форме стоял по ту сторону прилавка. Рядом с ним оказалась продавщица. Значит…
– Стоять! – повторил полицейский. – Поднять лапы! Иначе стреляю…
И он действительно выстрелил. Но выстрел почему-то раздался где-то совсем близко, у самого уха. За ним еще один хлопок, и еще… Поплыл запах горелого пороха. Кто-то снова ударил Джейн ладонью в лицо. Она повисла на руках бандита, перестав понимать, что вокруг происходит, только услышала, как на плитки пола посыпалось битое стекло.
– Убили, убили!..
Это закричала продавщица. Джейн чувствовала, как ее вытолкнули из магазина в предбанник и потащили дальше по ступенькам, по тротуару. Она постаралась поджать под себя ноги, но из этого ничего не вышло. Ее тащили к машине легко, будто тряпичную куклу.
– Помогите! – собрав последние силы, закричала Джейн. – Люди!..
Через пару секунд ее засунули на заднее сиденье машины. Слева сел мужчина в кепке, справа навалился плечом молодой человек. Сумочку на длинном ремешке с нее сорвали, а на запястьях сомкнулись стальные браслеты наручников. За руль сел мужчина в сером плаще, машина сорвалась с места и, свернув с улицы, помчалась в темноту глухих переулков.
Молодой человек обшарил карманы Джейн, выудив ключи от машины и кошелек. Он что-то говорил ей в самое ухо, но от волнения американка перестала понимать русскую речь, только дико вращала глазами и повторяла, адресуя слова неизвестно кому:
– Пусти меня, пусти… Гад… Пусти…
Ее никто не слушал. Машина петляла по переулкам, но погони не было. Кто-то включил в салоне верхний свет. Стало видно, как мужчина в кепке роется в ее сумочке, перебирая содержимое. Ключи от квартиры, документы, фотографии ребенка… Только сейчас Джейн увидела, что на переднем сиденье рядом с водителем находится женщина. Пристегнутая ремнем к сиденью, она дремала, свесив голову на грудь. То ли была пьяна, то ли нездорова. На женщине темная кожаная куртка, легкий шарфик вокруг шеи. Голова не покрыта, прическа вроде той, что у Джейн, и цвет волос тот же…
Машина выехала на освещенную улицу и притормозила в сотне метров от кафе или ресторана. У освещенного подъезда стоял швейцар в форменном пальто с золотыми погонами. Он скучал, потому что посетителей не было.
Распахнулась правая передняя дверца, щелкнул замок пристяжного ремня. Женщину, сидевшую впереди, вытолкнули из салона на мостовую. Завизжали тормоза машины, идущей сзади. Это водитель вовремя заметил женщину на мостовой. Обернувшись назад, Сотник кивнул молодому человеку. Тот, ухватив Джейн за шею свой железной лапой, стал толкать ее голову вниз. Ясно: бандиты хотят, чтобы она наклонилась, не увидела дороги.
Через четверть часа машина остановилась в темном дворе, Джейн вытащили из машины и пересадили в другой автомобиль. Все тот же молодой парень с татуировкой на запястье освободил ее от наручников, поднял кверху рукав куртки. Мужчина в сером плаще, пересевший назад, достал шприц, наполненный какой-то жидкостью, и сказал:
– Не дергайся, дура, я же иглу сломаю. И все придется начинать сначала.
Джейн почувствовала болезненный укол. Через минуту она прекратила сопротивляться. Мышцы наполнило приятное, расслабляющее тепло. Непроглядная темнота вечера окружила Джейн со всех сторон, пленница провалилась в этот мрак и потерялась в нем.
Сообщение о перестрелке и похищении человека поступило в Главное управление внутренних дел Москвы в начале девятого. Дежурная группа в составе старшего следователя уголовного розыска майора полиции Юрия Девяткина, эксперта-криминалиста, четырех оперативников в штатском и кинолога со служебно-розыскной собакой прибыла на место ровно в восемь сорок.
К этому времени на месте находились офицеры из межрайонного управления внутренних дел и местного отделения полиции. Вскоре приехал следователь московской прокуратуры, который привез своих экспертов. Народу в кондитерскую набилось столько, что трудно было протолкнуться к прилавку, поэтому Девяткин решил провести опрос свидетелей в соседнем магазине «Мастерица». На счастье, полицейская машина, совершавшая патрулирование района, прибыла на место происшествия спустя пару минут после того, как смолкли выстрелы, поэтому свидетели не успели разбежаться.