Чтение онлайн

Осмотр и перевязка были для меня очень важны, и не потому, что я боялся истечь кровью, а потому что моя фамилия и имя попали в базу. Не сказать, что это доставит продажным полицейским много проблем, но двойной нечастный случай или двойное нападение на одного и того же заключенного - слишком подозрительно. Встреча с мед работником подарила мне время. Не знаю сколько, но лучше, чем ничего. Ну а то, что медиком оказалась семнадцатилетняя практиканта с милым лицом, тонкими губами и обаятельной улыбкой - шло приятным бонусом.

– Не забыла, не переживай, - сказал Милана и достала из сумки бланк об осмотре. В предыдущие разы я спрашивал её об этом.
– Перевязка всё ещё требуется, так что я приеду завтра.

– Отлично, - улыбнулся я, не собираясь оправдываться за странный смысл своего ответа.

Милана тоже улыбнулась и спряталась от меня, уткнувшись в бланк. Тысячи заполненных историй болезней и десятки тысяч выписанных рецептов ещё не испортили её прекрасный почерк. Бланк Милана заполняла лучше, чем я расписывался в согласии об усыновлении. Она дошла до раздела жалоб, остановилась и поводила ручкой по воздуху, не решаясь начать.

– Симптомов сотрясения нет?
– спросила она.

– Кажется, нет.

– Просто… На сотрясение не назначается лечение, но рекомендуется встреча и разговор с пациентом через две недели. И бланк после такого осмотра тоже заполняется, - а она оказалась ещё и смышлёной. Догадалась, что я не просто так переживаю о сведениях, которые попадут в базу.

– Мм-м-м, - я почесал затылок.
– А считается симптомом, что меня тошнит от здешней еды?

– Конечно, - улыбнулась и опустила ручку на бумагу - Почему бы и нет!

Осмотр закончился. Милана повесила на плечо сумку и пошла к двери:

– До завтра.

– Спасибо.

– Будь острожен, Данил.

– Ты тоже меньше расхаживай по полицейским участкам и общайся со всякими преступниками.

– Пока.

Райские полчаса закончились, и конвоир отвёл меня в камеру. Я по-прежнему сидел в отсеке для особо опасных, но в камере напротив. Предыдущую хоть и отмыли, но она оставалась непригодной для проживания двоих людей. Одному было бы вполне комфортно (в той степени, в которой может быть комфортно человеку во влажной коробке без света и с запахом испражнений), а вот на двоих коек не хватит.

Дело о перестрелке Калёных и Иксов потихоньку разгребали, оттуда к Данилу Огинскому прилипло ещё два трупа. Записи с видеокамер не обманешь. Впрочем, что один, что три… Разница не большая. Теперь меня беспокоило, как бы поскорее сесть. Тюрьма для малолеток - не райское место, но в полицейском участке меня прикончат быстрее. Пораскинув мозгами, я задумался взять на себя убийства, вместо того, чтобы растягивать судебный процесс. Пара подписей и меня повезут в тюрьму. Наверное.

Всё нужно было хорошенько обдумать. Что я и собирался сделать, убавив боль в затылке с помощью энергии. Благо, а энергии у меня теперь было достаточно, осталось после встречи с Рыжим…

… … …

Рыжий подходит и протягивает руки, целит в горло. Диковатый оскал, светящиеся глаза и сбивчивое дыхание. Отправляю энергию в ядро. Но откуда ей взяться?

Вскидываю руки и хватаю за кисти, толкаю от себя, но без толку. Рыжий давит с энергией. Мешаю подобраться к горлу, тогда Рыжий высвобождает левую руку, и в лицо прилетает прямой. Я откидываюсь назад и слышу хруст в затылке. Он снова тянется к шее. Прижимаю подбородок к груди и выставляю руки помехой. Рыжий наваливается, широко расставив ноги. Туда и бью.

На секунду он замирает и втягивает живот, но затем с двойной злостью бьёт боковой. Меня сметает с кровати. Делаю невнятный кувырок и приземляюсь задницей на бетон. Рыжий уже рядом. Хватает за волосы и натягивает на угол кройки.

Удар приходится чуть ниже скулы. Чувствую, как рвётся кожа, на шею и кофту хлещет кровавый ручей. Рыжий замахивается ногой и бьёт, оставляя красно-фиолетовый шлейф.

Меня отбрасывает к двери камеры. Ещё один удар затылком. Шлепок похож на звук разбитого яйца. Мутнеет в глазах. Рыжий подходит, но чуть медленнее обычного. Смакует. Приседает на левое колено и оттягивает правую руку за спину. Кулак насыщается энергией и срывается, будто снаряд с катапульты.

Пытаюсь хоть немного смягчить удар. Выставляю руки и принимаю ладонями его кулак. Будь у меня энергия, я бы не только остановил его, но и переломал косточки пальцев. Энергии нет. Руки прогибаются. Сгибаются локти. В отчаяние, понимая, что он запросто может проломать мне грудную клетку, я обращаюсь к сфере.

Камеру озаряет ярчайшая фиолетовая вспышка из всех. Энергия из его кулака струится во все стороны. Кажется, будто он стреляет в меня из пожарного шланга, а я прикрываюсь невидимым щитом. Часть энергии обтекает меня с боков и растворяется, ударяясь о дверь, а другая - пробивает щит, но проникает внутрь медленно.

Понимая, что случилось что-то странное, я обращаюсь к сфере. Фиолетовые сгустки разных размеров обволакивают пустой шар. Будто живые кляксы они липнут на стенки и просачиваются внутрь. Что удивительно, сфера не противится. Наоборот. Поверхность становится податливой, впитывает кляксы, будто губка.

Не проходит и секунды, как сфера заполняется до отказа. То тут то там вспыхивают оранжевые очаги сопротивления. Приказываю им двигаться к ядру, и они выполняют приказ. Во внешнем слове фиолетовая будра ещё переваривается, но первые победители уже мчатся к ядру.

Открываю глаза и вижу скривленный рот Рыжего. Он смотрит на свой кулак, дважды трясёт и снова заносит для удара. Ну уж не, дружок! Теперь мы сыграем по моим правилам! Оранжевый фильтр, будто медленная ролл-штора опускается на глаза. Придаёт уверенности, а ещё в темноте становится чуть лучше видно.

Рыжий бьёт. Увожу голову в сторону и чувствую, как тяжеленая дверь отдаётся дрожью мне в спину. Хватаю руку на перегибе в локте и тяну вниз. Рыжий не падает, но прогибается достаточно, чтобы словить прямой в челюсть.